Деникин дал ему два месяца отпуска, наладить здоровье и сыграть свадьбу. Они всерьез с Машей решили узаконить свои отношения, несмотря на возраст последней. Сейчас Машуле шестнадцать, и она вполне уже взрослая девушка, сказались, видимо, ее близкие отношения с мужчиной в таком раннем возрасте. Я ничего против не имел, можно сказать, даже благословил, обещал подарок сделать, правда, пока не придумал какой.
Вечером заехал Деникин, я ожидал этого. Думал, правда, позвонит и пригласит к себе, но он заехал сам. Немного поговорили, он попытался успокоить меня, сказав, чтобы я не переживал, никто меня одного на пулеметы казаков не бросит, в общем, убедил не тревожиться.
Когда гости и друзья разошлись и разъехались, оставшись вдвоем с любимой, уже было хотел сказать, что сильно хочу спать, что было правдой, как внезапно от сказанных слов с меня слетела вся сонливость.
– Что ты сказала? – От неожиданности я сел на диван, едва не промахнувшись. Услышал я такое, от чего во рту пересохло. В голове все закрутилось с огромной скоростью, и сердце застучало в два раза быстрее.
– Я беременна, Коля, – как-то смущенно, тихо и осторожно проговорила Натали. Боится моей реакции, что ли? Надо исправлять.
– Господи, да неужели? – растянулся я в улыбке и, протянув руку, взял ее ладонь. Притянув девушку к себе, усадил на колено и обнял, ласково проведя рукой по животу. Его еще нет, но ощущения уже стали какими-то другими. Предвкушение, что ли?
– Прости, я не знала, как ты отреагируешь, мы никогда об этом не говорили. Так ты не против? – моя женщина выглядела сущим ребенком.
– Ты в своем уме, моя красавица? Во-первых, дело уже сделано, а во-вторых, я просто счастлив. Счастлив настолько, что даже слов подобрать не могу… – Я подхватил любимую на руки и закружил.
– Ой, пусти, голова закружится! – притворно запричитала Наталья, а я, крутанув еще раз, вновь сел и усадил ее к себе на колени.
– Как же я тебя люблю, моя дорогая! – впился я губами в ее пухлые красивые губки и не хотел отрываться.
– Докажешь?
Вот же зараза, хотел ведь спать лечь… Хотя сна уже ни в одном глазу, поэтому почему бы и нет?
– Тебе можно?
– Так срок-то еще совсем маленький, конечно, можно. Но без экстрима, ладно?
– Это без какого? – съехидничал я.
– Ну тебя, – игриво отмахнулась девушка, и мы упали на диван, обнимая и раздевая друг друга.
Весь следующий день был одним сплошным праздником ничегонеделания. Меня как следует вымыли, вчера вечером я лишь подмылся, а после такой дороги я чувствовал себя ужасно грязным. Последний раз нормально мылся почти неделю назад у партизан в бане, тогда меня классно Старый отработал веничком, а теперь вот любимая жена. Не веником, конечно, а мочалкой и руками, но зато нежно и с любовью.
К обеду пришли Иван с Марией, мы отлично пообедали. Малой рассказал, что с продуктами в последнее время все лучше, а уж у нас, военных, вообще хорошо. Болтали обо всем на свете, девушки пытались выспросить о том, что я видел в Сибири, как там живут люди и что происходит. Ванька же сразу начал допрашивать о том, удалось ли провернуть дело и выполнить задание. Рассказал и ему, и девушкам все, что видел и с кем встречался, обо всем рассказал. Иван тоже поделился своей историей, о том, где был, что удалось и как его угораздило попасть в госпиталь. Неслабо его потрепало, но вроде все уже в прошлом. Мои «ученики», возглавляемые Иваном, ухлопали Кутепова и еще пару белых генералов, внеся очень серьезный раздрай в управление войсками Белой армии. Командование довольно и обещало награды.
Позвонил Старый, он у нас живет при школе, отчитался о том, как обстоят дела в вверенном подразделении, оказалось, пока нас не было, в школе проверку провели. Кому-то из начальства уж очень хотелось знать, что за школа и есть ли от нее толк, ресурсов-то я затребовал много. Узнаю, кому приспичило, обязательно потреплю нервы. Я сразу предупреждал Деникина, чтобы в процесс обучения в школе снайперов не лез никто. Ибо специалистов даже моего уровня, а уже тем более выше этого, в стране просто нет. Не наработали еще такую практику, так что не хрен соваться туда, где ничего не понимаете, товарищи большевики. Сто процентов, какой-нибудь хрен партии, пламенный революционер, решил показать власть. Быстро обломаю, не сам, так через Кобу, он вроде как вполне серьезно прислушивается ко мне. Правда, о том, что у Сталина в голове, знает только он сам, но ничего, разберемся. Сейчас Виссарионович еще не такой мнительный, да и власть у него пока еще жидкая, вот окрепнет, тогда только держись, главное, чтобы в это время вокруг него были нужные люди.
Вечером позвонил Антон Иванович и приказал быть к восьми утра в его кабинете. Ставка, как он объяснил, заканчивает разработку моего будущего задания, и мне предстоит получить указания и приказ.
– Товарищ Воронцов!
Я встал со стула и вытянулся. Предстояло выслушать приказ и назначение, официоз, чтоб его…
– Вы назначаетесь командиром создаваемой сводной бригады в составе Юго-Восточного фронта. В связи с реформой, проведенной в Красной армии, вам присваивается воинское звание – полковник РККА. Документы о вашем назначении, а также приказы в письменной форме получите в секретариате после совещания. – Озвучивал все Антон Иванович, но присутствующих было много, даже Коба сидел. Смотрит недовольно, он и на Колчака меня отпускать не хотел, а тут его, видимо, убедили.
Что же, охренеть, товарищи, я – полковник. Более того, комбриг, а это вообще-то генеральская должность. Да, вот и меня коснулась революционная карьерная лестница. Помню всегда угорал, когда читал, как одним махом после революции рядовые и унтер-офицеры становились комдивами и комкорами, а теперь и на себе ощутил. Комбриг, блин, это я-то, сержант Российской армии? Ну-ну, посмотрим, все же обещали помощничка поставить. Это чего, блин, у меня, значит, теперь еще и комиссар с начштаба появятся? Ох, е-е… представляю, как я с ними сраться буду, ведь я же вольницу люблю, а тут… Между тем Деникин продолжал:
– Вооружение получите здесь, вам придается вновь созданный отряд броневиков в составе десяти машин…
«Евпатий Коловрат, да если вы мне такие плюшки валите, что же за задачу поставите? Этих броневиков очень мало, все фронты их просят, а выделяют крайне мало и неохотно. Эхе-хе…»
– Ваша задача, как комбрига, полностью очистить Семиречье от бандитов и частей Белой армии!
«Приплыли… Я-то думал, меня кинут Анненкова погонять по предгорьям, а тут…»
– Есть очистить Семиречье! – ответил я, вытянувшись и коротко кивнув.
«Если
