приборов новому знакомому. Француз выглядел человеком учёным до мозга костей.
— Вот он, мой секрет, профессор, — объявил Роб и поднял руку, демонстрируя пристёгнутую к запястью летательную машинку. Потом постарался пояснить, какие электрические и гравитационные поля это устройство использует.
Легко понять, насколько изумился француз!
В доказательство своей правоты Роб повернул указатель, приподнялся в воздухе над башней, описал широкий круг и возвратился к замершему на плоской крыше профессору. Машина работала безукоризненно.
Затем Роб показал чудесные электрические таблетки, изложил принцип их действия, сказал, что в каждой содержится достаточно питательных сил, чтобы целые сутки не испытывать голода.
Учёный, чудилось Робу, вот-вот задохнётся от удивления. Впрочем, вообразите сами, как чувствует себя человек, столкнувшийся с подобными изобретениями не в фантастическом романе, а наяву, средь бела дня.
— Шудьесно! Великольепно! Магнифик! — восклицал француз.
— А у меня и кое-что полюбопытнее отыщется! — продолжил Роб и вынул Автоматический Летописец. Он вручил прибор недоумевающему профессору и с гордостью показал ему важнейшие события, происходившие в разных уголках земли — особенно в цивилизованных странах.
Француза так и затрясло. Он просил, умолял и заклинал Роба сообщить: где и за какие деньги можно приобрести эдакие устройства.
— Сообщить не могу, — отрезал Роб, — но, коль скоро Вы познакомились с моими приборами, то и сами сможете сконструировать подобное. Видите? Они очень-очень полезны! А хорошему инженеру-электрику и намёка довольно, чтобы уяснить принципы и добраться до сути. За чем остановка? Думайте и создавайте.
Учёный сверкнул глазами, не в силах скрыть охватившего его разочарования. Роб спокойно продолжил:
— И это ещё не всё! У меня и получше отыщется! Вот, наверное, самый удивительный прибор изо всех, какими я располагаю.
Мальчик достал из кармана Определитель Характера, надел очки и присвистнул. Потом поспешно отступил на шаг от нового знакомого. На лбу француза чётко обозначились буквы «3» и «П».
— Кажется, мне повстречался неправильный учёный! — пробормотал Роб, скрипя зубами от досады. И отвернулся. Это было явной ошибкой.
Новый приятель Роба мигом доказал, что Определитель Характера не лжёт. Он схватил увесистый железный прут, служивший рычагом в поворотном механизме телескопа, и треснул мальчика по спине с такой яростью, что если бы не Защитное Одеяние, Робу наверняка довелось бы погибнуть в парижском предместье бесславной погибелью. Но рычаг отскочил от электрической брони с такой силой, что французский негодяй отлетел и растянулся на крыше.
Роб оглянулся и захохотал.
— Бесполезно, профессор! — возвестил он. — От убийц я тоже застрахован. И, пожалуй, Вы полагали, будто, уничтожив меня, сумеете овладеть драгоценными секретами? Да они крошки пользы не принесут подлецу вроде Вас, уж поверьте на слово! Счастливо оставаться!
И прежде нежели потрясённый и озадаченный учёный муж сумел подыскать достойный ответ, мальчик воспарил над плоской крышей обсерватории, дабы приземлиться в более подходящем месте, а заодно и познакомиться с прославленными на весь белый свет достопримечательностями города Парижа.
Париж и впрямь оказался выше любых похвал и всяческих ожиданий.
Величественные и прекрасные дома высились вдоль бульваров, осенённых столетними деревьями. На улицах было столько народу, что приземляться Роб не рисковал: в одно мгновение вокруг мальчика собралась бы целая толпа зевак. Его и так уж заприметили с земли: несколько человек тыкали пальцами в воздух, а их соседи вертели задранными головами.
Наконец, Роб замедлил полёт и повис над внушительным зданием Английской Гостиницы. На одном из верхних этажей, за маленьким железным балконом, виднелось открытое окно.
«Прибалконившись», Роб спокойно, без колебаний проник в гостиничный номер, и тут же вздрогнул от неожиданности.
— О вулер! — грянул истошный вопль. — Держи вора!
Краем глаза Роб увидел очертания женской фигуры, поспешно метнувшейся в смежную комнату. Дверь с грохотом захлопнулась, заскрежетал поворачиваемый ключ.
— Вот бедняга! — вздохнул Роб. — Испугаешься тут…
Он улыбнулся при мысли о том, какую поднял панику.
— Она, должно быть, решила, что я взломщик и пробрался по водосточной трубе или громоотводу!
Вскорости Роб отыскал дверь, открывавшуюся в коридор, и прошагал несколько лестничных маршей, пока не достиг столика портье.
— Сколько стоит снять номер на один день? — спросил он у важного толстого господина, восседавшего за столиком.
Господин встрепенулся. Потом развёл руками, окликнул по-французски спешившего мимо официанта. Официант приблизился к Робу и отвесил почтительный поклон.
— Я говориль англэ ошень отлишно! — молвил он. — Што шелаль господинь?
— Сколько стоит снять номер на один день? — повторил Роб.
— Десьятеро франкофф, месье.
— А сколько это в долларах?
— Долларах америкэн?
— Да. Соединённые Штаты.
— A! Уи! Да! Это есть двое доллар, месье.
— Хорошо, — сказал Роб. — Заказываю номер.
И мысленно прибавил:
«За один день уплачу. А потом, конечно, разорюсь в пух и прах».
— Сертэнэмэн, месье. Коньешно. У Вас… как это? Много поклажей?
— Нет. Но плачу за день вперёд, — ответствовал Роб, принимаясь отсчитывать медяки. У официанта округлились глаза. Можно было подумать, этот человек увидал монеты впервые в жизни.
Официант отнёс полную пригоршню американской мелочи толстому портье, который пристально, с тем же изумлённым видом изучил монеты.
— Ви што, имьели стоять на… как это будьет? На папьерть? — спросил официант.
— Не ваше дело, — внушительно сказал Роб. — Или берите деньги, или верните.
Воспоследовал долгий тихий совет, после коего французы решили всё-таки принять задаток и дозволить странному американскому сорванцу остановиться в гостинице на один день. Гостиница почти пустовала, с деньгами у владельца было туго, и даже несчастная пригоршня заморских медяков немного пополняла совсем уж отощавшую кассу.
Роб заявил подозрительно глядевшим на него портье и официанту, что иных денег у него попросту нет. С тяжким вздохом портье пересыпал мелочь в большую жестяную банку, не потрудившись открыть денежный ящик.
Официант проводил мальчика до нужной двери.
Юному путешественнику досталась крошечная комнатка под самой крышей гостиницы.
Роб умылся, отчистил одежду от пыли, а потом уселся на край постели и начал развлекаться созерцанием последних событий, совершавшихся повсюду на земле и непрерывно отражавшихся блестящим зеркальцем Автоматического Летописца.
Глава 12. Роб спасает Французскую Республику
Следя за многоразличными происшествиями и делами, исправно отражавшимися Летописцем, Роб неожиданно присвистнул. И было от чего.
Несколько мгновений мальчик сидел не шевелясь, погружённый в глубокую задумчивость. Роба одолели весьма серьёзные мысли.
— Кажется, — промолвил Роб, захлопывая крышку Автоматического Летописца, — мне самое что ни на есть время вмешаться во внутреннюю политику Французской Республики.
Летописец возвратился в карман.
— Если не приложить руку, — рассудил Роб, — то вскорости Французская Республика снова станет французским Королевством, а я, как добрый американец, предпочитаю республику монархии.
Роб отправился на первый этаж и отыскал уже знакомого нам официанта, умевшего «очень отлично»
