Со спины Лора показалась Сиду еще привлекательнее. Он смотрел на ее волосы и представлял себе, как накрутил бы каштановые пряди на свои пальцы и опустился вместе с ней на софу, как его руки скользнули бы под ее блузку, как…
— Лора, ради бога! — резко прервал он свои мечтания. — Что подумают ваши гости, если вы каждые пять минут будете убегать сюда?
Она повернулась к нему, лицо упрямое, руки скрещены на груди.
— Мне наплевать, что они подумают. Я еще никогда в жизни так не скучала. Я думала: может, мне пойдет на пользу пообщаться с людьми, побыть в компании, но ошиблась. Мне казалось, Мариза и Трейс мои подруги, а им до меня не больше дела, чем мне до них. Представляете, я рассказала им, что случилось с Бланш, а они даже не поинтересовались, как она сейчас и смогу ли я в понедельник выйти на работу. А Рони для них просто не существует! Мариза даже заявила, что вообще не собирается иметь детей, потому что это портит фигуру! Грейс тут же стала ей поддакивать. А что касается их друзей… Могу сказать, что если эти мужчины лучшее, что можно найти в наше время, то я в эти игры не играю, спасибо!
Сид слушал гневную речь Лоры молча, но в душе полностью разделял ее чувства. Она словно озвучила его собственные мысли о взаимоотношениях мужчин и женщин в последние десять лет. Он не ставил целью найти себе постоянную партнершу, но и не мог не заметить, как ложь все больше проникает в самую сокровенную сферу человеческой жизни. Большинство неженатых и незамужних старше тридцати были безнадежно закрыты для чувств, эгоистичны и до нелепости требовательны. Они хотели получить как можно больше, ничего не давая взамен. Компромисс для этих людей невозможен, самопожертвование абсурдно, а постоянство улетучивается, как только на смену бурной страсти приходит повседневная жизнь.
— В наше время трудно жить вместе, — сказал Сид. — Хорошие отношения в семье большая редкость.
Лора нахмурилась.
— Поэтому у вас никого нет?
— Частично поэтому.
— А еще почему?
Он вдруг почувствовал, что ему очень хочется излить ей душу. Но что это даст? Это не вернет ему ни жену, ни дочь, не изменит трагичных обстоятельств далекого прошлого. Только снова повергнет его в отчаяние. Примерно так он рассуждал последние десять лет и носил свое горе в себе. Хотя его врач и сестра Мария твердили, что он должен говорить об этом, чтобы облегчить душу и заглушить чувство вины. Сид не верил им, но сейчас вдруг подумал, что они, возможно, правы.
Он смотрел на Лору и думал, как она отреагирует, если он вдруг выскажет ей все, что наболело. Он знал, что она будет сочувствовать ему от всей души. Кому, как не ей, понять его чувства! Она ведь тоже потеряла близкого человека при трагических обстоятельствах.
Сид снова восхитился ее мужеством. Как она решилась оставить ребенка? Каждый взгляд на Рони напоминает ей о Роджере!
Может быть, в этом одна из причин ее проблем с малышом? А вдруг она подсознательно винит Рони в том, что его отец мертв? Или винит за это себя? Ведь Роджер погиб, а она жива.
Сид чувствовал именно это. Он бы предпочел в те дни умереть. Страстное желание мести остановило его, но, когда суд решил дело в его пользу и ему присудили громадную компенсацию, он понял, что все усилия напрасны. Чувство вины и гнев не прошли, а деньги ничего не могли изменить.
Тогда он решил бежать. От боли, от одиночества, от горькой мысли о том, что все, что он любил, умерло, а сам он все еще жив.
Постепенно это помогло. Смена мест, профессий, встречи с разными людьми залечили свежие раны. Теперь он функционировал вполне нормально, но о свадьбе или о новой семье даже не помышлял. Предпочитал иметь с женщинами даже не связь, а просто сексуальные отношения.
Тогда почему он так томится по душевной близости с этой женщиной? Понятно, что он хочет ее. Этого хотел бы любой нормальный мужчина. Но изливать душу, привязаться к ней сердцем? Она не подходит для этого, твердил себе Сид. У нее, черт возьми, ребенок! Она ищет мужчину, который разделил бы с ней жизнь, а не посланца ада, живущего сегодняшним днем. Так что ж ты не бежишь от нее, глупец? Или ты слишком сильно хочешь не только тепла ее тела, но и тепла ее души?
— Я думаю, вам пора спуститься вниз. — Сид старался быть благоразумным. — Ваши гости, наверное, удивляются, куда это вы пропали.
— Ну и пусть удивляются! — запальчиво сказала Лора. — Если я пойду вниз, мне придется напиться до головной боли, чтобы не искать каждую минуту тему для разговора. Этим четверым куда приятнее сидеть в обнимку. Они так и вьются вокруг друг друга с тех пор, как появились. Я не понимаю, зачем они вообще пришли ко мне. Пару минут назад я чуть было не сказала им, чтобы они не обращали внимания на меня и на еду, а переместились на пол и занялись тем, что им нравится!
Сид усмехнулся. Похоже, милая Лора сегодня вечером сильно расстроена, как и он сам.
— Ну и почему не сказали? — с иронией спросил он.
— Да надо было. Жаль, что мы никогда не говорим то, что думаем! Вам не хочется иногда сказать все как есть, ничего и никого не боясь?
— Очень хочется. Но, к сожалению, это часто приводит к неприятностям.
Интересно, что бы сказала она, если бы узнала, что он в эту минуту тоже думает о сексе на полу, причем не с кем-нибудь, а с ней самой!
— Скажите мне, о чем вы думаете! — внезапно приказала Лора. — В эту самую минуту! Скажите, я хочу правду, только правду, ничего кроме правды!
— Нет, не хотите. — Сид говорил насмешливо.
— Нет, хочу! — повторила она и вызывающе тряхнула головой. Серьги качнулись в ее ушах, волосы блеснули шелком.
Ее слова прозвучали так, словно она флиртовала с ним. Неужели сестра Майкла готова начать с ним любовную игру?
Сузив глаза, Сид внимательно и задумчиво оглядел ее с головы до ног. Он заметил и румянец на щеках, и то, как взволнованно вздымалась ее грудь, и то, как напряглись под тонкой тканью блузки нежные соски.
Все благие рассуждения мгновенно улетучились. Он вскочил на ноги и решительно двинулся к ней, всем своим видом выражая сжигавшее его желание. Лора не бросилась к двери, как он опасался. Она стояла и смотрела на него широко открытыми глазами, не в силах тронуться с места, как кролик, застигнутый на дороге светом фар.
Сид подошел к ней, протянул руку и взял за подбородок. Лора дрожала с головы до ног, и Сид знал, что не от страха. Ее глаза взволнованно блестели, она судорожно втягивала воздух ртом.
Это были верные признаки страстного желания, и он наблюдал их с наслаждением.
— Вы хотите знать, о чем я сейчас думаю? — слегка насмешливо спросил он, проводя пальцем по ее шее и груди в глубоком вырезе блузки. — Я думаю, что вы отчаянно нуждаетесь в мужчине. И что я тот мужчина, который устроит вас…
