– Все хорошо, Гаруда, все хорошо, мой маленький. Я тебя не обижу. Ты будешь самым красивым моим другом, вот увидишь. Доверься мне.
Рэнди поднесла руку к ноздрям жеребца, давая тому возможность запомнить ее запах, а зачем вытащила из складок одежды носовой платок и принялась обтирать им влажную морду Гаруды и его шею. Рэнди продолжала гладишь Гаруду, а когда ее пальцы коснулись его передней правой ноги, она почувствовала боль животного.
– Бедный Гаруда, тебе больно. Дай я помогу тебе.
Опустившись на колени, Рэнди провела рукой по длинной мускулистой ноге жеребца. Когда ее пальцы коснулись копыта, Гаруда вздрогнул и отпрянул назад. Рэнди подняла его ногу, и жеребец тревожно скосил вниз свои карие глаза.
В стрелку копыта забился дорожный камень. Рэнди вытащила из-за пояса длинный кинжал и осторожно вынула камень.
– Когда придем домой, я приложу мазь, и твое копыто заживет, Гаруда. Очень скоро ты забудешь об этом камне.
Жеребец склонил голову набок, и казалась, что он внимательно вслушивается в слова Рэнди. Она поднялась с колен, пошла к изгороди, и Гаруда после недолгого раздумья двинулся вслед за своей новой хозяйкой.
– Это было превосходно, Рэнди! – воскликнул Акбар, открывая калитку в загоне. – Ты приручила этого дикаря всего за несколько минут! Впрочем, я знал, что ты с ним оправишься.
– А где капитан Грейсон? – спросила Рэнди, оглядываясь по сторонам.
– Англезы уехали, как только убедились в том, что этого жеребца им не видать как собственных ушей, – засмеялся Акбар.
– Признаюсь только тебе одному, Акбар, был момент, когда я подумала, что у меня ничего не выйдет. Это случилось, когда Гаруда попятился от меня. Я еще подумала тогда, что он либо совершенно дикий, либо больной. Ну, а как мне удалось вытащить у него из копыта камень, ты и сам видел.
– Да, сестренка, сегодня я еще раз убедился, что в мире нет никого, кто устоял бы перед твоими чарами, – расплылся в улыбке принц. – И четвероногий, и двуногий склонит голову перед твоей красотой, грацией и…
– Остынь, братец, – перебила его Рэнди, – или не отделаешься простой оплеухой. На следующий раз я приготовлю для тебя более изысканное наказание.
– Но, Рэнди, что я могу с собой поделать? – воскликнул Акбар, поднимая вверх ладони. – Ну, не сердись на меня, хорошо? Да я знаю, ты и не сердишься.
– Не сержусь, Акбар, – серьезно ответила Рэнди, – и ты прекрасно знаешь, как я дорожу нашей дружбой.
Акбар поймал себя на том, что не может отвести глаз от влажных губ Рэнди, тряхнул головой, чтобы взять себя в руки, и сказал:
– Поедем лучше домой, Рэнди, иначе я не сдержусь и снова поцелую тебя.
– Да уж, лучше не стоит. Иначе как ты объяснишь всем, почему целовался посреди базара, да еще с мужчиной. Боюсь, после этого калькуттские леди перестанут считать тебя самым пылким любовником на свете.
Они вскочили на лошадей, и Акбар сказал, наклонившись к Рэнди:
– Не важно, что ты одета в мужскую одежду, она все равно не может ни скрыть, ни испортить твоего ангельского личика. – Он заметил недовольный взгляд Рэнди и поспешил перевести разговор на другой предмет: – Кстати, что ты там говорила о моей славе любовника среди калькуттских дам?
– О боже, что мне делать с этим несносным мужчиной? – притворно вздохнула Рэнди, закатывая к небу глаза. Тут она почувствовала легкий толчок под руку и увидела, что это Гаруда. Рэнди погладила жеребца по морде и сказала, обращаясь к нему: – То ли дело ты, мой красавец. Не беда, что у тебя четыре ноги, а не две, как у некоторых. Зато ты не знаешь, что такое тщеславие и гордость, и ты никогда не предашь и не обидишь меня. Пойдем домой, Гаруда! Пойдем домой.
Рэнди пустила вперед свою лошадь и двинулась прочь от шумного базара, а Гаруда как привязанный шагал рядом. За ними двинулся Акбар со своими стражниками, и вскоре вся кавалькада скрылась в густом облаке белой пыли.
* * *
– Да, Стивен, один раз в жизни и ты оказался прав. Нужно было выбрать другой порт, чтобы начинать торговлю, – сказал Джеймс, пробираясь между бочками и ящиками по причалу к тому месту, где была пришвартована «Диана». – Местные купцы мне не верят, помощи от Спенсера ждать не приходится, а без этого вся моя затея напрасна.
Стивен промокнул мокрый лоб носовым платком и ответил:
– Но Спенсер не отказывался помочь тебе. Чед сказал, что майор уехал по делам и через неделю должен вернуться.
– И ты веришь в это, Стивен? Начнем с того, что Спенсер солгал мне насчет Рэнди. После этого он будет отсиживаться где-нибудь до тех пор, пока я не подниму якорь. Не удивлюсь, если узнаю, что он вообще никуда не уезжал и просто спрятался на какой-нибудь квартире.
– И что ты собираешься делать дальше? Подождешь его еще несколько дней?
– Нет, – покачал головой Джеймс. – Пустая трата времени. По-моему, нам больше нечего делать в этом городе. Если сегодня мне удастся поработать с картами, завтра с утренним приливом мы отплываем из Калькутты.
– Завтра? Я не ослышался, ты сказал «завтра»? А как же Миранда Коллинз? Мы не можем отплыть, не попрощавшись с нею!
– Сегодня вечером я буду очень занят, Стивен. А ты, если тебя это так волнует, можешь написать леди прощальное письмо. Отправим его с посыльным. Лично меня это не волнует.
Джеймс говорил спокойно, но это было наигранное равнодушие. На самом деле он ни на секунду не мог забыть Рэнди – ни днем, ни ночью, ворочаясь часами на своей постели. Перед ним постоянно стояло ее лицо, его губы до сих пор хранили вкус поцелуя. Но что ждало бы его, пожелай он задержаться в Калькутте? Ничего хорошего. Влюбиться еще сильней, а затем все равно расстаться? К чему наносить себе самому еще одну сердечную рану? Чем дольше он задержится здесь, тем труднее ему будет разорвать эту ниточку. Хватит и того, что в Англии его ждут долгие бессонные ночи.
Чем скорее он уедет отсюда, тем скорее сможет забыть эту девушку, и в этом его единственное спасение.
Поглощенный своими мыслями, Джеймс поднялся по трапу на палубу, где его поджидал первый помощник, Эммет О'Дональд. Этот седой ирландец много лет бороздил моря и океаны, был капитаном на одном из судов их компании, но, когда узнал о том, что Джеймс собирается идти в Индию, попросил взять его с собой. Джеймс знал Эммета с детства и привык доверять ему, как себе самому.
– Капитан, в вашей каюте вас ожидают, – сообщил Эммет, разглаживая пальцами свои густые рыжие с сединой усы.
– Кто ожидает? – улыбнулся Джеймс. – Надеюсь, прекрасная незнакомка?
– Нет, сэр, незнакомец. Он сказал, что у него к вам очень важное дело, и попросил разрешения дождаться вас. С ним ваш вестовой, Гарри. – Эммет увидел унылый взгляд Джеймса и спросил: – Я что-то сделал не так, сэр? Мне лучше было не пускать этого человека?
