Наварро упал, его пистолет отлетел в сторону. Джесс увидела, как кровь потекла по его виску. Ей тут же вспомнилась смерть Большого Эда. Девушка взмолилась, чтобы из-за нее не погиб еще один человек, особенно этот.
До нее донеслись ругательства. Джесс повернулась и увидела, что к ней приближается Джош и собирается снова открыть огонь. Она упала на землю, откатилась в сторону, перевернувшись несколько раз, и выстрелила.
Пуля попала Джошу в живот. Тот отрывисто вздохнул и попытался зажать рану рукой, но кровь сочилась у него между пальцами. Больше всего бандиты боялись ранений в живот, но в глазах Джоша пылала ненависть. Он снова двинулся к Джесси.
— Ты ранен! — закричала она. — Остановись! Если ты уйдешь, я не буду больше стрелять! — Джош знал, что мужчина, который был с ней, лежит на земле. Возможно, он мертв. У Джоша в пистолете оставалась одна пуля, и у него не было времени на перезарядку. Он решил, что женщина слишком напугана и не будет больше стрелять.
— Черта с два, сука!
Теперь Джош мог отчетливо видеть Джесси, но ни ее красота, ни то, что она была женщиной, не имели для него никакого значения. Он должен отомстить ей, убить ее, пока ужасная боль не сковала его.
Джесс тяжело дышала, глаза ее были широко раскрыты, сердце колотилось, во рту пересохло. Раненый бандит был опасен, он пугал ее. Джесс не знала, сколько патронов у нее осталось. Времени на то, чтобы выяснить это, у нее не было. Она не могла рисковать и ранить его еще раз. Джош был так разъярен, что будет продолжать приближаться к ней даже на четвереньках. На этот раз ей надо как следует прицелиться, выстрелить наверняка. Это было труднее, чем просто перестрелка или пальба по цели, которую плохо видно. Но если она этого не сделает, Джош убьет ее. И тогда Джесс сделала то, что должна была сделать, — она спустила курок, и Джош упал замертво.
Джесс подошла к Наварро и наклонилась над ним. Он был не медлительнее Джоша Адамса, но не мог одним выстрелом убить двоих. Он пострадал, спасая ее жизнь. Если бы он не оттолкнул ее в сторону… Девушка осторожно нагнулась вперед и прислушалась к биению сердца Наварро. Оно было слабым, но Джесс едва не закричала от радости. Она торопливо высвободила рубашку из джинсов и размотала тряпку, которой перетягивала грудь. Она много раз заботилась о раненых людях и животных, и вид крови не пугал ее. Джессика ножом отрезала достаточной длины полосу, чтобы сделать перевязку. Пуля сильно поранила висок Наварро, но рана была не смертельной.
Наварро задвигался и застонал, но не пришел в себя. Джесс перекинула его через седло гнедого и, чтобы он не упал, связала его руки и ноги обрывком веревки. Она понимала, что им надо убираться отсюда, пока не случились новые неприятности.
Затем Джесс расседлала лошадь Наварро и пустила ее пастись. Конь был слишком стар и устал, чтобы быть им полезным во время долгого путешествия. Кругом было полно травы, вода тоже находилась поблизости, так что, если и никто не подберет его, животное не пропадет. Пожитки Наварро и его седло Джесс также погрузила на гнедого. После этого она перезарядила ружье и пистолет Наварро и взяла их с собой. Усевшись на лошадь и взяв за повод гнедого, девушка устремилась прочь от города. Если им повезло и они остались незамеченными, то она успеет найти безопасное место для ночлега до наступления ночи.
Через час Джесс решила посмотреть, как себя чувствует Наварро. Его дыхание стало ровным, но он все еще не пришел в сознание. Начинало смеркаться, но она решила продолжать движение, пока они не окажутся на приличном расстоянии от города и от места перестрелки.
Но вот стало так темно, что продвигаться дальше было опасно. Джесс пришлось остановиться. Если бы не низкорослая растительность, из-за которой горизонт был виден на многие мили, она не смогла бы уехать так далеко в такой темноте. Она не смогла бы двигаться быстрее даже при полной луне. Вокруг росло множество мескитовых деревьев, кактусов, местами встречались каменные россыпи, и дальнейшее продвижение вперед могло привести к еще одному несчастному случаю. Кроме того, в ночи раздавались звуки, издаваемые животными, которые рыскали в поисках пищи. Это были ядовитые змеи, скорпионы, пауки и им подобные твари. Джесс не боялась только койотов. Они были слишком трусливы, чтобы напасть.
Девушка спустилась на берег реки. Там было спокойнее, чем на открытом пространстве пустыни. Ей не хотелось рисковать лошадьми, — ни ее хорошо подкованным, умным и непугливым Беном, ни гнедым. Джесс опустила поводья и спешилась. Затем она перерезала веревки, поддерживавшие Наварро, и начала опускать своего спутника на землю. Наварро соскользнул с седла и упал на нее всем телом. Джесс не удержалась на ногах и упала, придавленная телом находящегося без сознания мужчины.
Джесс выбралась из-под него и распрямила руки и ноги Наварро. Затем она расседлала Бена и гнедого и пустила их пастись. Ей не нужно было привязывать лошадей — Бен никогда не отходил от нее, а гнедой не стал бы уходить от другой лошади. После этого Джесс укутала Наварро его спальной подстилкой. Сама она устроилась рядом, чтобы ночью Наварро находился в поле ее зрения. Рана на голове требовала постоянного наблюдения.
Девушка побоялась развести костер, хотя ей очень хотелось выпить крепкого кофе. Порывшись в своей сумке с припасами, она нашла пару бисквитов. Тогда она заглянула в сумку Наварро. Улыбнувшись, она отметила, что они оба собирались в большой спешке.
Джесс разгорячилась от езды и поэтому быстро выкупалась. Она была уверена, что Наварро проспит до самого утра, ведь он был не только ранен, но и сильно устал. Без сомнения, прежде чем добраться до Сан-Анджело, ему пришлось проделать дальний путь. Джесс переоделась в чистые джинсы и рубашку, которые сидели на ней лучше, чем мешковатая одежда, используемая в ее маскараде. Она присела перед Наварро на колени, осторожно сняла повязку, осмотрела рану и перевязала голову снова.
Девушка разглядывала Наварро при лунном свете. Его волосы были шелковистыми и выглядели недавно подстриженными. Он зачесывал их ото лба на затылок. Одна прядь падала на лоб, что придавало его лицу игривость. Его густые брови нависали над глубоко посаженными глазами. Нос был широким и прямым. Чувственные, полные губы красиво смотрелись над массивным подбородком. На щеках были глубокие впадины до выдающихся вперед скул. Ей страшно захотелось провести рукой по этим щекам.
Джесс разглядывала его с восторгом. Наварро был высоким, мускулистым, хорошо сложенным, с красивыми руками. Его бронзовая кожа была гладкой и чисто выбритой. Белая повязка резко контрастировала с черными волосами и загорелым лицом. Джесс показалось, что в нем текла испанская или индейская кровь. Его черты подходили и той и другой расе. Хотя ей не было до этого никакого дела.
