Наварро был рад, что его ранили в голову, а не в грудь. Если бы девушке пришлось снять с него рубашку, чтобы перевязать раны, она увидела бы отметины на его плечах и спине. Это были «подарки» жестоких охранников, которым нравилось избивать заключенных. Наварро было проще бросить Джесс на произвол судьбы, чем объяснять происхождение этих шрамов.
Мысли Наварро перенеслись к мрачным временам его прошлого. Он получил двадцать лет за кражу золота, совершенную бандой Брида, его отца. Наварро совершил побег, но был слишком слаб от побоев и голода, и уйти далеко ему не удалось. После этого его положение стало еще хуже. Грязная одежда, камера с неубранными нечистотами, вши, крысы. Малейшую поблажку приходилось вымаливать со слезами на глазах. Наварро морили голодом или давали еду, которую было невозможно есть, отправляли в карцер, «черную дыру», для исправления. Летом его ждала непосильная работа под палящими лучами солнца без капли питьевой воды, зимой — леденящий холод камеры. Наварро болел, но никто не лечил его. У него не было денег, чтобы подкупить охранников, не было родственников, которые могли бы позаботиться о нем. Наварро казалось, что надежда умерла навсегда.
Самым худшим было то, что его заперли в крохотном и грязном помещении. Иногда Наварро даже с нетерпением ждал, когда его поведут на работу, чтобы увидеть солнце, вдохнуть свежий воздух. Он больше никогда не вернется в эту преисподнюю. Он будет убивать, погибнет сам, но останется свободным. Если его вновь схватят, он совершит убийство, как он сделал это с охранником, чтобы совершить повторный побег. Теперь для него оставалось только одно — бежать вперед, опережая власти, ускользая от сил правосудия.
Наварро почувствовал горечь. Никто никогда не любил его, не нуждался в нем, даже мать и отец относились к нему с пренебрежением. Никто не помогал ему, когда случилась беда, никто не поддержал его, когда он порвал с прошлым. Если бы он не был связан со своим отцом! Быть полукровкой или ублюдком — достаточно плохо, но хуже всего быть и тем, и другим одновременно. От этого испытываешь стыд и ужасные муки. Для своих родителей он не значил ровным счетом ничего. Почему кто-то чужой должен испытывать к нему иные чувства?
Да, Джесс рисковала всем — своей жизнью, свободой, своим делом, чтобы спасти его. Она могла бы бросить его на произвол судьбы, но не сделала этого. Почему? Потому, что он дважды спасал ее? Потому, что он был ей нужен, чтобы помочь справиться с домашними неприятностями? Нет, Джесс спасла его от Джоша Адамса не только из благодарности. Она могла бы перевязать его раны и оставить одного. А в качестве уплаты своего долга оставить ему лошадь и седло. Да и для своей работы она могла бы найти более опытного наемника, чем Наварро. Любой согласился бы работать на нее за предлагаемую плату.
Поведение девушки озадачивало Наварро. Он не так уж много знал о дружбе, заботливости и самопожертвовании. Его родители, апачи и те белые, которые встречались на его жизненном пути, учили его, что он самый плохой, ублюдок и полукровок. И он перестал доказывать обратное. Но Джесс не оставила его, она посчитала, что рядом с ним ей хорошо. Может ли он рискнуть и помочь ей? Что ждет его на ее ранчо? Там он не сможет завести друзей, у него уже были неприятности после того, как он доверялся чужим людям. Ему надо все время быть начеку, чтобы не угодить в руки правосудия, а девушка будет отвлекать его внимание. Еще до того, как угодить в тюрьму, Наварро не рассказывал правды о своем прошлом. Он всегда чувствовал унижение, враждебность, ему приходилось обороняться от всех и вся. «Меня опять используют и причинят боль, — думал он. — Знай она правду обо мне, не стала бы со мной связываться».
Наварро до сих пор преследовали ночные кошмары о его ужасном прошлом. Иногда оно казалось ему сплошным страшным сном. А еще он понял, что хорошие сны, которые пытаешься запомнить, о воплощении которых мечтаешь, подобны воде, которая просачивается сквозь пальцы, как бы крепко ты их не сжимал. Нет, сон не может быть правдой, его нельзя удержать, все это глупость и ложь.
После второго побега Наварро спасся. Он ограбил лавку, где взял оружие, пищу и одежду, и пустил погоню по ложному следу. Он спрятался на то время, пока его разыскивали, а когда поиски поутихли, украл лошадь и уехал. Наварро стал вором, убийцей и конокрадом. Он не знал, куда ехать, что делать. Единственное, что ему оставалось, это все время находиться в пути, держать ухо востро и доверять только себе самому. Зачем он связался с этой отчаянной девушкой? Он взглянул на нее и увидел, что она просыпается. Наварро продолжал смотреть на нее, не отрывая глаз.
Джесс перевернулась на спину. Она привыкла вставать рано, даже если накануне сильно уставала. Девушка потянулась и зевнула. Открыв глаза и увидев над собой небо, она поднялась и огляделась вокруг. Ее широко открытые голубые глаза остановились на мужчине, рассматривавшем ее в упор. Джесс глубоко вздохнула и улыбнулась ему.
— Я уже было испугалась. Как ты себя чувствуешь? — спросила она, одергивая смятую рубашку и поправляя волосы.
— Как будто меня подстрелили, — ответил Наварро и улыбнулся в ответ. Улыбка вызвала у него странные ощущения. — Спасибо, что спасла меня. Зачем ты это сделала?
Увидев, что Наварро не сердится, Джессика снова улыбнулась.
— Я всегда возвращаю свои долги, Наварро. Ты дважды спас меня, так что я еще не расплатилась с тобой до конца. Я отпустила твою лошадь. Она была в не лучшей форме. Ты можешь взять гнедого, что принадлежал Большому Эду, и его седло. Папа не будет против, даже если ты откажешься работать на нас. Все твои пожитки я переложила в седельные сумки, — сказала Джессика.
Наварро заметил слева свою кобуру.
— Очень щедро с твоей стороны, Джесси. Теперь я чувствую себя твоим должником, потому что моя помощь не была такой уж большой. Теперь ты поняла, что такое быть на грани смерти. Ты все еще хочешь бороться с Флетчером и его людьми?
— Нам придется это делать, либо мы потеряем и ранчо, и наши жизни. Наварро, мы не отступим. Вряд ли тебе знакомо чувство страха. Ты сам можешь о себе позаботиться. Мы не можем. Иногда мне хочется пробраться в дом Флетчера и убить его. Но, хотя он отвратительный тип, это будет убийством. Я хочу победить его в честной схватке или добыть достаточно доказательств, чтобы передать его в руки закона. После вчерашнего я поняла, что смогу убить Флетчера, если придется.
— Тогда, думаю, мне придется помочь тебе. Но хочу, чтобы ты знала: были случаи, когда и я испытывал страх. Никто не хочет умирать. Бесстрашны только дураки. Дело в том, что страх надо использовать для того, чтобы он научил тебя осторожности, но никогда не позволяй ему одержать над тобой верх. Ты очень умная и хитрая. Твой трюк в городе мог бы сработать, если бы не Джейк.
