Наварро укорял себя за то, что рассказал ей об апачах. Она могла догадаться о его постыдном происхождении. Если другие могли, взглянув на него, сказать, что он полукровка, то и она могла тоже. Так почему это не имело для нее значение? Большинство людей не хотело знаться с полукровками. Шу. Даже его имя действовало на других, словно обнаженное клеймо каторжника. А может, ему стоит сменить имя, ведь его родители не были женаты. Карл Брид не считал нужным жениться на индианке, даже после того, как она принесла ему сына. Наварро понял, что ему надо установить некоторые правила в общении с Джесси. Главное — сохранить собственное спокойствие. Однако трудно будет отступать назад, да ему этого и не хотелось.
Джесс догадалась, что Наварро проснулся и о чем-то думает. Она заполняла водой фляги и размышляла о том, как мало она, в сущности, знает о нем. Она пыталась проанализировать то, что он рассказывал ей. Джесс не могла забыть слова, произнесенные им перед нападением братьев Адамс. Что же вызвало в нем такую тоску, такое опустошающее чувство собственной ненужности никому? Почему никто не любил его? Что-то ужасное заставило его запрятать поглубже свое сердце, попытаться заставить его молчать. И тем не менее он производил впечатление человека глубоко ранимого, жаждущего внимания, тепла, уважения. Он был одинок и растерян. И он был нужен ей.
«Непонятно, — думала Джесси, — почему он так беден, почему он не может позволить себе новую лошадь и седло. Его руки говорили о том, что он много работал, так почему же у него нет денег? Одежда его была вполне приличной, волосы недавно стрижены, оружие новое. И в то же время вещей у него было совсем мало». Она пожалела, что не посмотрела, что лежит в его седальных сумках, пока он спал, но ей стало стыдно при этих мыслях.
Перед ужином девушка совершила небольшую прогулку, осторожно ступая по каменистой почве.
Вернувшись к костру, Джесс обнаружила, что Наварро исчез. Она прислушалась, но ничего не услышала. Оглянувшись по сторонам, она не заметила никаких следов. Она знала, что он не ушел совсем, так как лошадь и седло оставались на месте.
Джесс подошла к своей лошади, которая паслась на берегу реки, обняла черно-белую шею жеребца и погладила его. Он потерся мордой о ее плечо.
— Можем ли мы доверять ему, Бен? — прошептала девушка. — Такой человек, как он, может быть непредсказуемым. И почему при нем я чувствую себя так…
Вдруг рядом с ней появился Наварро, и Джесс замолчала. Она наблюдала, как он приближается, не сводя глаз с ее лица. Снова она испытала странную дрожь и попыталась переключить внимание на животное.
Наварро подошел с другой стороны от лошади и спросил:
— Кусается?
Джесс продолжала гладить шею Бена.
— Обычно нет, но он недолюбливает незнакомцев. Он защищает меня и не позволит никому ездить на нем. У Бена тонкий нюх, он предупредит нас в случае опасности.
Наварро почувствовал, с какой теплотой она произносит эти слова.
— Хороший конь. Гнедой тоже. Ты уверена, что отец не выпорет тебя за то, что ты отдала его? — Последние слова Наварро были шутливыми, но он произнес их серьезным тоном.
— Конечно нет. Папа разрешает мне делать то, что я считаю нужным. Скорее всего, он скажет, что лошадь — недостаточная награда за то, что ты дважды спас меня. Папа нас никогда не наказывал, хотя, думаю, в последнее время он хотел бы наказать мою младшую сестру. Иногда она становится просто невыносимой. Она очень красивая и образованная, но при этом избалованная и взбалмошная.
Подумав о сестре, Джесс издала протяжный вздох. Интересно, что скажет Мэри Луиза о красивом и загадочном Наварро и что он скажет о ее сестре? Джесс посмотрела на свою мужскую одежду и вспомнила красивые платья своей сестры, выглядевшей, как настоящая леди. Разве сможет она состязаться с такой красавицей в глазах Наварро? Ее взгляд вновь пересекся с его взглядом. Джесс покраснела.
— Прости, не следовало мне говорить о сестре. Просто она доставляет отцу столько неприятностей после своего возвращения из школы.
Раздосадованная воспоминаниями о требованиях Мэри Луизы нанять прислугу, Джесс постаралась отогнать мысли о сестре.
— Обе лошади принадлежат отцу. Карлос помогал укрощать их. Бен позволил мне приручить его. Он один из тех диких существ, которых надо полностью переделывать, прежде чем они начнут служить.
Взгляды Джессики и Наварро вновь встретились. Чем ближе они придвигались друг к другу, тем сильнее ощущали взаимное странное напряжение. Рука Наварро медленно прикоснулась к ее руке, лежавшей на спине Бена. Он как бы случайно задел ее, гладя лошадь. Некоторое время они пристально смотрели друг на друга, а потом одновременно отвели глаза.
Он думал о том, имеет ли ее последнее высказывание отношение и к нему.
— Преданная лошадь — это очень важно. Она может быть защитником. А плохой конь может стать потерей.
Наварро еще раз нежно погладил Бена. Джесс спросила:
— Ты сердишься, что я отпустила твою лошадь? Я не имела права отпускать ее без твоего разрешения. Но я растерялась и не знала, что делать.
— Джесси, мой конь был стар, он сильно устал. Он пробыл у меня недолго, так что мы не были старыми друзьями. Моего настоящего коня украли, а для меня имел значение только он.
Наварро посмотрел вдаль и глубоко вздохнул. Ему сделалось нехорошо от этой неприкрытой лжи.
— Я не мог завести новую лошадь. Я некоторое время был без работы. Поэтому решил принять твое предложение. Деньги, лошадь, седло, жизненный комфорт — все это звучит довольно заманчиво.
Наварро ничего не сказал о влечении к ней, но Джесс постаралась скрыть свое разочарование.
— Мы не обсудили твои деньги. Наемники берут дорого?
Наварро смотрел, как заходящее солнце золотит своими лучами ее рыжеватые волосы. Ее голубые глаза смотрели настороженно. Она напряглась, напряжение чувствовалось и в ее голосе.
— Не знаю. Я не наемник. Это слишком опасная работа. Мне нравится оставаться живым.
Эти краткие и неожиданные фразы заинтриговали Джесси. Она задумчиво смотрела на Наварро некоторое время, потом сказала:
— Но ты такой быстрый и внимательный. Ты выхватываешь свой пистолет быстрее, чем другой успевает глазом моргнуть.
Наварро пожал плечами.
— Адамс был пьян и двигался медленно.
— Это не умаляет твоих способностей. Я видела, как ты вел себя там. Тебе, наверное, часто бросают вызов?
— Я стараюсь не выставлять напоказ свое умение, поэтому мне угрожают не так уж часто.
Джесс спросила с явным недоумением:
— Разве ты жив до сих пор не благодаря своему оружию?
