– Что? – спросила Эм.
Вдруг до Джейка дошло, что он все еще не сказал своим сестрам о том, что не собирается оставаться.
– Потому что у него не будет времени, когда он начнет выполнять свои обязанности здесь, – непринужденно произнесла Джейми.
За столом воцарилось молчание.
– Джейми, – строго сказал ей Калеб.
Она подняла руки:
– Все, молчу.
– Какие еще обязанности? – осторожно спросил Джейк.
Трейвис вздохнул:
– Управление Эль-Суэньо. Ты же знаешь.
Джейк прищурился:
– Нет, я ничего не знаю. Не хочешь мне объяснить, о чем идет речь?
Калеб пожал плечами:
– Том Слоун уходит на пенсию. Ты, наверное, слышал?
– Конечно, слышал. Но какое отношение это имеет ко мне?
– Генерал считает…
– Генерал считает, – медленно повторил Джейк.
– И мы все тоже. Мы надеемся, что ты займешь его место. Мы все являемся совладельцами Эль-Суэньо, но мы хотим, чтобы управлял им ты.
– Все необходимые бумаги уже составлены, – заметила Лисса.
Джейк прожег взглядом своих братьев:
– Вы сделали это, несмотря на то что я вам сказал, что не собираюсь оставаться?
– О, Джейк, – пролепетала Эм.
– Мы все надеялись, что ты передумаешь, – признался Трейвис.
– Вам не приходило в голову посоветоваться со мной?
– Да, но…
Джейк был в ярости. Вытерев рот салфеткой, он бросил ее на стол и поднялся:
– Как мило было с вашей стороны распланировать мою жизнь.
– Послушай, брат, мы не…
– Вы это сделали.
– Послушай, Эль-Суэньо нуждается в тебе, а ты нуждаешься в Эль-Суэньо.
Наклонившись, Джейк оперся ладонями о край стола:
– Получается, я объект семейной благотворительности?
– Мы любим тебя, Джейк, – сказал Трейвис.
– Тогда не надо изображать из себя психотерапевтов, – отрезал он и, не обращая внимания на зовущих его сестер, направился к выходу, пока не сказал что-нибудь такое, о чем потом бы жалел.
Его машина была там, где он оставил ее вчера вечером.
«С меня хватит», – подумал Джейк, садясь за руль.
Он понятия не имеет, что собирается делать со своей дальнейшей жизнью, но одно знает наверняка: он никому не позволит принимать решения за него.
«Этому больше не бывать», – поклялся он себе, приведя машину в движение.
Ему следовало уехать сегодня утром, но он не хотел расстраивать своих сестер. Если он сделает это сейчас, то причинит им боль.
Он подумывал о том, чтобы вызвать Трейвиса и Калеба на откровенный разговор и сказать им, чтобы они не вмешивались в его дела, но ему не хватило духу. То, что они сказали, чистая правда. Они его любят и беспокоятся о нем. Именно поэтому они и решили предложить ему управлять ранчо.
Его родственники решили, что он страдает от посттравматического синдрома, но его проблема была не в этом.
Его проблема была в том, что он совершил непростительную ошибку и подвел других людей.
Когда он выехал на шоссе, начался дождь.
Отлично. Теперь погода соответствует его настроению.
Может, его братья сказали Эддисон Макдауэлл, что ему сейчас необходимо чувствовать себя полезным?
Может, они попросили ее его пожалеть?
Он стиснул зубы.
Неужели причиной того, что произошло вчера, была жалость?
При этой мысли к горлу подкатилась тошнота.
Есть только один способ узнать ответ.
Развернув машину, Джейк отправился на ранчо Чеймберса.
Он ехал очень быстро, и путь до ранчо занял у него вдвое меньше времени, чем обычно.
Внутри у него по-прежнему все кипело от гнева, когда он припарковался рядом с домом Эддисон.
Когда он вышел из машины и захлопнул дверцу, на него обрушился ливень. Нахмурившись, он поднял воротник куртки, поднялся по деревянным ступенькам на веранду и позвонил в дверь.
Ему никто не открыл.
– Черт побери, – пробормотал он и ударил кулаком по двери.
Снова ничего.
Она наверняка в доме. Ее светлая «чеви» стоит там, где она поставила ее вчера. В свете фар он видел, как она выскочила из нее и помчалась в дом, словно за ней гналась стая собак.
Она прячется от него, потому что боится его?
Засунув руки в карманы, Джейк уставился на мыски своих сапог.
Он не стал бы ее осуждать, если бы она от него пряталась. Вчера он вел себя как сумасшедший и сейчас ведет себя не лучше. Зачем стучать кулаком в дверь?
И с чего он взял, что она занималась с ним сексом из жалости?
Она была так же сильно возбуждена, как и он.
Как бы все ни закончилось вчера, она не заслужила, чтобы он так плохо о ней думал.
Достаточно, решил он, спустился вниз, сел в машину и уехал.
Эддисон наблюдала из окна второго этажа за удаляющейся машиной Джейкоба Уайлда.
Хорошо. Нет, отлично.
Последнее, что ей сейчас нужно, это выяснять с ним отношения.
Несмотря на принятое решение, ей не удастся уехать сегодня. На ближайшие несколько дней все места на рейсы до Нью-Йорка забронированы. Впрочем, это не проблема. Ее отъезд – это не паническое бегство из Уайлд-Кроссинга, а возвращение домой, которое можно немного отложить. Ей есть чем себя занять в ближайшее время. Прямо сейчас она начнет разбираться в чулане на втором этаже.
За несколько недель, проведенных в этом доме, Эддисон навела порядок во всех комнатах, на кухне и в ванной. Она покрасила стены, натерла полы, купила кое-что для большой комнаты, которую сделала своей спальней.
Она могла бы выставить дом на продажу в таком виде, но любопытство побуждало ее заглянуть в хранилище старых вещей. Возможно, она наткнется на что-нибудь интересное, а может, не найдет ничего, кроме пыли и паутины. По крайней мере, она займется делом, и ей будет некогда вспоминать то, что произошло вчера. Сегодня утром она только и делала, что думала о Джейке Уайлде.
– Какая заносчивость, – произнесла она вслух.
А еще нахальство и завышенное самомнение.
Ему хватило наглости заявиться сюда сегодня. Почему он приехал?
Она так и не нашла подходящую причину. Может, он просто захотел повторить вчерашнее?
Нет, вряд ли. Мужчина, желающий затащить женщину в постель, не выглядел бы таким разгневанным.
Как он смеет на нее злиться, когда это она должна…
С улицы донесся какой-то шум, и Эддисон замерла.
Что это было? Машина? Нахмурившись, она подошла к окну и отогнула край занавески.
Это была машина Джейкоба Уайлда.
