радиоактивных отходов построили. Если телка рядом жила, может, ее вообще лучше не трогать. Мало ли чего она нацепляла…
– Не боись, Серый, не засветишься… – громко заржал его спутник.
– Ладно только «засвечусь», а если потом вечное «полшестого» и не встанет больше? Оно на… (ругательство) мне надо?! Не-е, парни, я пас… вы уж сами с ней.
Расслышав перебранку, Вика немного приободрившись.
– Точно, мальчики, вам лучше от меня подальше держаться. Дядя недаром таблетки дает, чтобы излучение не сильно влияло, а вам-то может и перепасть доза. Это же не лечится, сами понимаете! Дяде специально за вредность доплачивают, к тому же он старенький, чего ему терять? А вы-то, наверно, еще детей хотите, да и пожить подольше.
– Да ты че гонишь, коза? – заорал Череп, чувствуя, что его любовный запал медленно пропадает.
– Раздевайся, сучка, и соси у всех по очереди, чего не ясно!
Он разорвал тоненькую рубашку на груди Вики и чуть не до пояса сдернул бюстгальтер.
И вот тогда-то она в совершеннейшем ужасе прижала руки к груди и завопила на всю округу:
– Тура-а-ан! Я зде-е-есь!
– Ну, оглушила, сука! Череп, пасть ей закрой, а то еще кто явится на визг!
От смачной пощечины девушка полетела на землю, и Роман наклонился, собираясь сдернуть с нее облегающие синие джинсы. Подельник его стоял рядом, еле сдерживая нетерпение, а третий все еще колебался, надо ли рисковать, здоровье дороже получасового развлечения даже с такой годной цыпой.
Серый первым увидел Турана и взвизгнул фальцетом:
– Э-э-э, парни… валим… валим… мута-а-ант!
Издав еще один сдавленный вопль, он кинулся в сторону дороги, раздирая лицо до крови о сучья и ветки, что встречались на пути.
Туран даже не стал его догонять. Ему и здесь было чем заняться. Сначала одним сокрушительным ударом он превратил морду ближайшего гаденыша в кровавое месиво и больше на него не отвлекался. А вот того, кто раздел Вику… Туран определенно собирался его убить, и не просто убить, а разорвать, растоптать, стереть в порошок.
Мгновенно оценив остроту ситуации, Череп попытался вытащить нож и даже успел вскочить с колен, когда Туран нанес удар его подельнику. Но разве мог он всерьез противостоять взбешенному моряку?
Рука, держащая нож, немедленно была сломана в локте, а потом Череп получил удар коленом в живот такой силы, что сразу же задохнулся, разинул рот и выпучил глаза, как вытащенная из воды рыба.
А Туран спокойно и даже как-то чересчур бережно ухватил ладонями его шею, чтобы одним отточенным движением свернуть ее набок, как гусенку. Но остановился на полпути, потому что взгляд его нечаянно упал вглубь распахнутого ворота «олимпийки» Романа. Голубая и белая полоски… свой. Тяжело вздохнув, Тигр отбросил Череп в сторону, как мешок с песком, и круто повернулся к испуганной Вике.
Сидя на земле, она неловкими руками пыталась вернуть на место стянутые до колен трусики. Получалось плохо. Скомканные джинсы валялись в стороне. Ветровка, вместе с разодранной рубашкой были прижаты грузным телом Черепа.
Туран с шумом выдохнул из себя воздух, а с ним и остатки боевого задора. Сейчас надо было помочь девочке. Он скинул с себя серую толстовку с треугольным вырезом у горла и, присев рядом с Викой, помог ей одеться, дальше подал джинсы и замшевые грязные лоферы.
– Спасибо…
Она всхлипывала, смаргивая с глаз крупные слезы. Туран еще раз внимательно огляделся, сунул бюстгальтер в маленький рюкзачок, лежавший неподалеку, потом надел его себе на плечо, подхватил Вику на руки и понес дальше в лес, в сторону «Северного».
В разговоре с Черепом была поставлена жирная точка.
Глава 7. Наедине
– Тихо не слышно, след в след – охотничий мой секрет.
Мягкой ночною тенью двигаюсь в направлении на запах…
Спешу на мягких лапах, не просохшей тропой,
И на запах, твой чёткий свежий запах.
Будешь мой, до рассвета ещё будешь мой!
(Ю. Чичерина «На запах…»)
Первое время Вика судорожно ревела, уткнувшись носом в крепкую шею Турана. Он же отлично ориентировался в малознакомой местности и вскоре пересек глинистую лесную дорогу, ведущую в «Северный».
Однако Туран не собирался немедленно возвращать Вику в поселение на берегу озера. У него даже мысли такой не появилось. Тигр нес добычу в свою избушку возле оврага с ручейком. Нес бережно и уверенно, как любимую женщину, которую отстоял в бою. Возможно, роль сыграли его особые гены. Если они вообще имели место быть.
Так или иначе, ближе к сумеркам Туран осторожно поставил Вику на пороге своего жилища в лесу. В ответ немного опасался с ее стороны вспышки удивления или гнева, она могла потребовать возвращения к дядюшке под крло, но этого не случилось. Напротив, заметно успокоившись, Вика с интересом рассматривала убранство чужого дома.
Правда, самого хозяина ожидала пара неприятных сюрпризов: электричество отключено, а из крана в уборной текла лишь тонкая струйка холодной воды.
Чертыхаясь про себя, Туран разыскал в одном из кухонных ящиков раскрытую упаковку свечей.
– Свет частенько вырубают, я запасы сделал, в темноте не будем сидеть.
На миг он поразился тому, что говорит четко и без запинки, будто недавняя вспышка ярости избавила его от давнего речевого изъяна. Но не стоило тратить время на обдумывание таких мелочей.
– Я мыться хочу, я такая грязная, мне противно… – жалобно хныкала Вика.
– Придумаю что-нибудь, не плачь.
Туран хотел проявить себя строгим, степенным хозяином, достойно провести ночь, а наутро отвести гостью в «Северный», вот только сердце билось неровно. Впервые на его территории была женщина – отчаянная и невероятная. Его златокудрая зеленоглазая русалочка.
– Пожалуйста, дай мне какую-нибудь другую одежду, футболку, например, – сдавленно попросила Вика.
– Сейчас найду, а с кофтой моей что не так? – рассеянно спросил он.
– Она ужасно колючая. Она мне натирает везде.
В качестве невинных доказательств Вика ухватила пальчиками плотную ткань толстовки на груди и отодвинула от своего тела.
– Чего натирает? – не понял сперва Туран, а потом до него дошло…
Он словно наяву увидел ее маленькие розовые соски и представил, что может испытывать нежная кожа груди от соприкосновения с грубой тканью. Турану стало жарко.
«Ну, сейчас начнется…» – еле сдерживая досаду, с тоской подумал он, понимая, что не сможет долго скрывать свое возбужденное состояние. Не хватало еще девчонку напугать, ей и так досталось.
– Мне выйти надо ненадолго, – отрывисто пробормотал Туран, стараясь не поворачиваться к Вике.
– Я с тобой! – подскочила она.
– Останешься здесь. Я скоро вернусь.
– Не хочу, мне одной страшно.
Тогда
