это же не показатель! Я вот могу часами без умолку болтать и что хорошего? Может, у меня тоже не все дома, значит, тоже надо выгнать в лес?
Она рассмеялась над своими же рассуждениями, а Туран судорожно сглотнул.
«Да она просто девчонка – молоденькая и глупая, чего же делает одна в лесу, когда почти стемнело! Вот дуреха! Я же ее на плечо сейчас закину и к себе утащу, она даже вскрикнуть не успеет…».
Туран вдруг ощутил, как тренированное тело отреагировало на мысли, молниями промелькнувшие в голове.
«Надо уходить и как можно быстрее, она заметит и испугается…» И это тоже было удивительно ново, пугать незнакомку ему совершенно не хотелось.
– Тебе пора домой, уже поздно. Я тоже пойду, – глухо сказал он.
– Тебя что – там ждут? – строго спросила Вика, не скрывая досады.
– Где… ждут? – растерялся Туран.
– А куда ты хочешь сейчас идти?
– Домой… к себе.
– То есть в лес! Ты ведь живешь один?
– Конечно, с кем же еще!
– И чего торопишься тогда? Давай еще поболтаем или тебе со мной скучно?
Вика нахмурилась и отступила на шажок от березы, за которую держалась рукой все время их разговора.
– Ладно! Никто здесь со мной общаться не собирается, я не напрашиваюсь! В этом «пионерском» лагере сплошные зануды, а ты на своей волне… Тогда ты зачем вообще пришел сюда, объясни? Ну?
Туран был сбит с толку переменами ее настроения. Он мог бы сейчас повернуться и убежать, но девчонка, кажется, злилась и ему не была понятна причина ее дурного настроения.
– Я хотел… у-у…
«Этого только не хватало!» В случаях нервного напряжения он начинал сильно заикаться, мучительно тянул звуки, ненавидел сам себя и надолго замолкал после. Сейчас такой приступ был и вовсе некстати. Туран глухо зарычал и попятился назад, опустив голову.
Теперь он окончательно опозорился перед богиней и если она рассмеется… Туран даже не успел придумать, что он сделает с ней в таком случае, как Вика подошла совсем близко и зачем-то смело погладила длинный рукав его толстовки.
– Не переживай. У меня такое было в детстве, ты просто глубже дыши и расслабься. Извини, что «наехала» на тебя, ты ведь не причем. У меня день сегодня нервный, все меня «достают», Катюха теперь будет ведьмой смотреть, с Хати больше не подурачишься.
Сама я, наверно, виновата… Лиза права, надо замашки пацанские бросать и становиться взрослее. А я боюсь взрослеть, боюсь становиться толстой, замотанной делами теткой, которая орет на детей, и мужа еле терпит… я много боюсь, Туран… а ты?
– Те-тебе … ч-что… до-до-до м-меня? – оскалился он и сразу же попытался отвернуться.
– Я хочу понять, что ты за человек! – грустно сказала Вика.
– За-зачем? – поразился Туран.
– Ты живешь в лесу один, совсем один. Я бы так не смогла. Я умерла бы от страха одна в лесу! Я без людей не могу, а потом оказывается, что с людьми-то еще страшнее. Я от них убегаю, прячусь, а потом снова ползу к ним, как собачонка на брюхе за порцией внимания и доброго слова.
Иногда хочу, чтобы просто выслушали меня, хоть немножко… И пусть потом снова пинают и проходят мимо. До меня никому дела нет. Дядька только из-за родства волнуется, а так и ему плевать – у каждого своя жизнь, свои заморочки, все барахтаются как могут… Я хочу быть одна, а у меня не получается. Научи, Туран!
Она с виноватой кривой улыбкой подняла на него глаза и в них стояли слезы. Пристально вглядевшись в ее лицо, он разволновался не на шутку, замотал головой.
– Д-д-да, ты чего ре-е-вешь, глупая! Правда, ду-дурочка… Чему я тебя должен у-учить? К-как п-п-по ночам на луну выть от одиночества? Как самому себя у-ублажать?
– Ты это делаешь? Серьезно? – ее и так большие глаза округлились и даже нежный ротик изобразил букву «о».
Туран окончательно смутился, это надо же было ему такое ляпнуть! Но девчонка отнеслась к его откровению как-то уж чересчур легко.
– Ну, и что такого? Я тоже иногда это делаю… только стараюсь не особо привыкать. Уж если сильно приспичит. Хм… ерунда. Да фигня полная! Было б с чего переживать.
Туран застонал и дернулся от нее в сторону. Она ненормальная – не боится его ни капельки, смотрит без отвращения, даже отпускать не хочет и наговаривает на себя. Так в жизни не бывает, это какая-то игра. Она просто испытывает его терпение! Может, нарочно прислали. Да, скорее всего так и есть.
– Все, хватит, иди к своим! – жестко сказал Тигр.
– А ты завтра придешь? В это же время, если у меня получится сбежать?
Туран молчал, отвернувшись. Он боролся с неистовым желанием удрать в чащу, но в то же время хотелось побыть рядом с Викой хотя бы еще пару минут. Смирившись, он даже смог выдавить из себя пару вопросов.
– А что, гу-гулять не пускают тебя? Ка-а-рраулят?
Вика рассмеялась, стала совсем понятная после слез, родная и близкая. Тем печальней звучало ее дальнейшее объяснение.
– Так они все тебя боятся, будто ты дикий человек, полный «неадекват»!
– Ккка-ак это? – искренне насторожился он, будто только сейчас осознал в полной мере, какую реакцию вызывает у людей.
– Ну, схватишь меня и убежишь! – отчеканила Вика.
– А т-ты сама… разве не боишься?
Туран остро глянул на нее через плечо, облизав пересохшие губы. И тут впервые в ее глазах мелькнули растерянность и испуг. Она нахмурилась и замолчала, а потом тихо произнесла:
– Ты же не такой! Я думала, ты – как они: Игнат, Хати и Лизин… этот… Володя. Вы похожи в чем-то, вы не можете быть уродами кончеными. Я тебе верю! Ты же не гад, правда?
Туран отрицательно помотал головой.
– Не-не гад… Все, все… уже иди, мне надо тоже… домой. Я приду завтра.
– Ну, пока! Я тебе тут наговорила всего… не грузись, ладно? Накатило на меня сегодня, день такой. А завтра насчет моря обсудим, ты был на море?
– Да… нет… не помню.
– А помнишь мое имя? Ты меня ни разу не назвал.
– Да… ты – победа!
– Какая еще? Ах, да! – она восторженно рассмеялась. – Ну, конечно! Виктория… Спасибо, мне нравится.
Сердце Турана забилось часто и горячо. Он вдруг понял, что не желает расставаться с ней до следующего вечера. Хотелось слушать ее еще, и пусть говорит что угодно, даже полную чепуху. Он снова представил, как обнимает богиню и она кладет голову ему на грудь… Но Вика уже махала рукой издали, прощаясь, и Туран долго смотрел ей вслед, пока бежевая курточка не скрылась
