этом раздавался крик: «Луку гну в дугу»[518].
Как и многие другие демоны (например, леший), банные духи склонны к играм со словами и рифмовке. Так, мужик слышит голос банника: «Топи баню жарчее, пойдет кожа ходчее!»[519]. В другом рассказе чёрт, содрав в бане с женщины кожу, бросает ее мужу со словами: «Вот твоя рожа, а вот женина кожа!»[520]. В быличке из Новгородской губернии банники переиначивают слова молитвы мужика — человек произносит: «Да воскреснет Бог», «Да расточатся врази его», а банники отвечают: «Да растреснет лоб», «Да раскачается осина»[521].
Место обитания и время появления
Как следует из названия, банник живет и является человеку в бане.
Здесь позволим себе небольшое этнографическое отступление и подробнее расскажем о традиционной деревенской бане и связанной с ней мифологии.
Классическая деревенская баня[522] — небольшая постройка (площадью 4–6×4 метра и 2 метра в высоту) с маленькими окошками, стоящая обычно на некотором отдалении от основной крестьянской усадьбы, часто у реки. Внутри бани два помещения: предбанник и собственно парилка. В парилке стоит печь — каменка, часто сложенная из крупных камней без цемента. Легко себе представить, как раскаленные камни трескаются, щелкают и «стреляют» осколками. Каменку до XX века часто топили «по-черному», то есть дым выходил не в трубу, а заполнял помещение и затем вылетал через отверстие в крыше или маленькое окошко под потолком. При таких условиях в бане можно легко угореть, стены покрываются сажей. Рядом с каменкой устраивали высокий настил (полок)[523], ставили лавки, бочки с водой и щелоком; последний приготовляли из древесной золы и использовали вместо мыла. Именно за каменкой или под полком чаще всего и видели банника. Из-за маленьких окон баня была плохо освещена, этот эффект усиливался за счет черных закопченных стен.
Бани нередко горели и подмывались во время разлива рек. На месте сгоревших бань не принято было строить дома: считалось, что хозяев одолеют клопы и мыши, а домашний скот передушит банник[524].
Баня. Лубок XVIII в.
Национальная электронная библиотека
Помимо собственно мытья, баню также использовали для девичьих посиделок, женских рукоделий, там проходили роды. В баню можно было отправиться на ночлег, если в избе оказывалось тесно.
В традиционной культуре баня часто характеризуется как нечистое место. В баню нельзя входить в праздничные дни, туда не вносят икон, там не кропят святой водой, перед посещением бани снимают нательный крест: «баня-то хоромина погана, так там уж нету икон»[525], «в бане святой водой кропить нельзя, так как там нечистая сила водится»[526], «баня место нечистое и с [нательным — В. Р.] крестом туда не ходят»[527]. Кроме того, считается, что в бане можно было научиться колдовству[528].
Как это часто бывает с нежилыми постройками, баня — это место встречи с нечистой силой, мертвецами, потусторонним миром. Например, в бане традиционно проходили девичьи гадания, во время которых людям являлись демонические существа. Поминальные обычаи предусматривают подготовку бани, чтобы умершие родственники пришли попариться. Например, в Великий четверг (последний четверг перед Пасхой) топили баню, грели воду, оставляли чистое белье, полотенце, пищу, произносили особые слова, кланялись и уходили в дом; утром по следам, оставленным на рассыпанном пепле, определяли, были ли мертвые в бане. В Новгородской губернии принято готовить баню накануне сорокового дня после смерти хозяина дома, при этом для мертвеца клали на окне одежду, полотенце, банный веник, мыло[529]; как мы увидим дальше, подобные предметы оставляли и для банника. В рассказе из Симбирской губернии в бане происходит общение дочери с матерью-покойницей[530].
Неудивительно, что с баней связано множество страшных историй, чьи персонажи не только банник и обдериха (как специфические хозяева бани), но и другая нечисть. Так, в Калужской губернии на Святки в бане могут появиться особые демоницы — святочницы. Считалось, что они поют песни без слов и пляшут, а если им попадается человек, то они начинают «откалупывать» от него куски мяса своими длинными когтями[531]. В рассказе из Симбирской губернии в бане видят «чертей, банных анчуток, кикиморами что прозываются»[532].
Нередко демонов, появляющихся в бане, называют общими, неспецифическими именами: чертями, бисями, нечистыми, шишками, нядобриками. Порой, как это часто бывает в быличках, в бане происходит встреча с некой таинственной силой, для описания которой используют только местоимения или безличные конструкции: «дверь открыла — ой! — ладушки захлопал, заревел, захохотал. Я, гыт, закрестилась и взапятки, взапятки — и убежала»[533].
Что делает банник
Чаще всего банник всячески вредит человеку: пугает, угрожает, бросается камнями, выдирает волосы[534] или вытаскивает за волосы из бани[535], душит, «мнет», «давит»[536], «коверкает», гнет в дугу[537], щекочет до смерти[538], сдирает с человека кожу и растягивает ее на каменке[539]. В двух схожих рассказах из Вологодской губернии банник вступает с мужиком в борьбу, пытается завалить на каменку[540], вскакивает на спину[541] и в конце концов ломает человеку ногу, отчего тот на всю жизнь останется хром[542]. Банник нередко запихивает человека в какое-то узкое, замкнутое пространство: в бочку[543], в щель между стеной и печью[544], под полок[545], в щели под полом[546], в желоб для воды[547].
А вот рассказывала мать такой рассказ. Ну, ён пошел мытца, человек, а где ён был, что опоздал или… [пошел мыться поздно и после всех, в третий пар — В. Р.]. Нет и нету. А утром пришли в баню — ляжить в жолоби. (В жолобах, ета, камушки опускають в воду, чтоб воду-то нагреть.) Пришли — вот ён в этом жолобу втиснутый ляжить. Целый жолоб крови. И няживой.
А от, мол-от и сказали, что «гряхи [черти — В. Р.] запарили». Нельзя никак-от мытца в третий пар. После всех и поздно[548].
Некоторые ранения или увечья объясняли действиями банника или обдерихи. В одном из рассказов бабушка наставляет «шального» внука: «не ходи в баню после полуночи, банница шашками закидает, спину в кровь исцарапает»; про царапины, оставшиеся после посещения бани, могли сказать: «банница обняла»[549], «обдериха драла[550]». Про мужика, больного сифилисом, говорили, что его банник обезобразил, содрав с лица кожу[551].
Человек после бани мог на время стать немым и глухим, неспособным ответить, почему убежал из бани[552]. В разных рассказах
