пастор вещает с её ступеней - такова она, сила упорства и заманчивых слов о праведности и спасении души, для которого стоит лишь приклонить колени перед всемогущим богом и открыть ему своё сердце.
- Ты пока ещё мал, чтобы так говорить, понял меня? - сказал строго Ханрис сыну. - Вот подрастёшь, тогда сам решишь во что верить. А пока, слушай и внимай словам матери. Она, а не пастор, тебя воспитывает и о тебе заботится.
- Прости, папа, - Никам совсем поник.
- Тебе не за что извиняться, - смягчился Ханрис и положил руку на плечо сына. - Ты очень умный мальчик. Но, увы, некоторые знания приходят лишь с возрастом. Не спеши делать выводы, пока сам не поймёшь, что к чему.
Ханрис поднялся.
- На кого же ты идёшь охотится, папа? - вновь оживился Никам, поняв, что его не ругают.
- Пока и сам не знаю.
- А почему мне нельзя с тобой?
- Потому что это может быть опасный зверь.
- Я не боюсь!
- Я знаю, Никам, - Ханрис улыбнулся и потрепал волосы сына. - Это я за тебя боюсь.
- Не бойся. Я прикрою твою спину, - уверенно и даже воинственно пообещал малыш, и Ханрис едва сумел сохранить серьёзность, услышав эти слова, явно почерпанные Никамом из военных баек отца и его товарищей.
- В следующий раз, обещаю, я возьму тебя с собой. Но сейчас мне нужно отправляться одному, - закончил Ханрис тоном, который не предполагал больше никаких споров и обсуждений. Никам понял это, и заметно погрустнел.
- Эй, бездельники! - обратилась к детям Весна, чувствуя, что надо спасать положение. - Отпустите уже отца на охоту и вперёд, заниматься делами. Лилейн - ты сегодня кормишь гусей, помнишь? Никам, на тебя собаки. И быстро, быстро! - она хлопнула несколько раз в ладоши. - Завтрак будет на столе через десять минут. Если вас там не будет, не получите сладких пирожков в обед!
- Хорошей охоты, папа! - выкрикнул Никам, и помчался выполнять поручения матери.
- Да, холосей охоты! - пискнула Лилейн, и бросилась за братом.
- Хорошей охоты, - проговорила Весна подходя к Ханрису, обнимая его за шею и целуя в щеку. - Будь осторожен, и возвращайся скорее.
***
Драйган старался вести себя как можно тише, собираясь на охоту. Под громогласный храп отца, сотрясающий стены их дома - ни дать ни взять рык разгневанного пещерного медведя, - он собрал пожитки в сумку, взял лук, стрелы и охотничий нож. С особой осторожностью Драйган снял со стены отцовский меч - «Пламя Небес», рукоять которого, вырезанную из белой кости мамонта, венчала голова скалящегося демона, с горящими волосами.
Облачившись в кожаный дублет, убрав свои волосы в хвост и обвязав их лоскутом серой ткани, Драйган, буквально на цыпочках вышел из дома в конюшню. Здесь парню уже начинало казаться, что предприятие прошло успешно - ему удастся улизнуть из дома незамеченным и не придётся объяснятся с отцом. Но, как только он вывел во двор осёдланную лошадь, дверь дома с грохотом распахнулась и на пороге появился Маллид, одетый в одни только серые портки, которые, похоже, он попросту не снял ложась вчера в постель. Лицо его было красным и опухшим.
- Куда это ты собрался в такую рань? - захрипел тот сорванным голосом, щурясь на сына.
- Отправляюсь на охоту с Ханрисом, отец, - ответил Драйган, стараясь не выдать своего разочарования от того факта, что уйти втихомолку ему не удалось.
- На какую ещё охоту? Почему я об этом не знаю?
- Когда я отвозил Илию домой, ты уже спал. Ханрис сказал, что собирается выследить зверя, напавшего на дочерей Сайна. Он подрал Зану.
- Насмерть? - спросил Маллид холодно.
- Нет, вроде она жива, но серьёзно пострадала.
Маллид шумно прочистил горло, и сплюнул в грязь.
- И что это за зверюга? Медведь?
- Ханрис и сам не знает, - Драйган чувствовал себя страшно неуютно под этим допросом отца, но ничего иного не оставалось, как покорно отвечать на его вопросы.
- Как это не знает?! - возмутился Маллид. - Не может такого быть, чтобы Ханрис не знал, что за это за зверь такой. Думается мне, что это твоя башка дурья ни черта не запомнила.
- Может и так, отец, - кивнул Драйган, проглатывая очередную обиду. - Мне нужно отправляться.
Он поставил ногу в стремя и быстро запрыгнул на лошадь. Но конь не успел сделать и шага, как Маллид задал следующий вопрос.
- А меч тебе мой на кой чёрт сдался?
- Ханрис сказал взять с собой оружие.
- Впервые слышу, чтобы меч брали на охоту.
- Ханрис так сказал, - повторил Драйган, надеясь, что это убедит отца и избавит его от последующих вопросов.
Тот оглядел сына скептическим взглядом, затем снова отхаркнул и сказал, скривив губы, не то от отвращения к горьковатому привкуса мокроты во рту, не то от неприязни к отпрыску:
- Ты бы спрашивал, прежде чем оружие моё брать.
- Прости, отец. Это единственный меч в доме,
