придвинул стул ближе к кровати и присел рядом.
— Как самочувствие? — приветливо спросил он.
— Нормально… — ответила я, стараясь изобразить улыбку, хотя внутри все еще бушевала буря.
— По твоим анализам я бы этого не сказал, — продолжил он, нахмурившись.
— Что это значит? — тревога начала подниматься внутри меня.
— Температура повышенная, но не критическая. Некоторые показатели в крови скачут, — объяснил он, глядя на свои записи.
— Что мне делать? — спросила я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.
— Первым делом сходить к гинекологу и сделать УЗИ, повторный скрининг. Чтобы…
— Чтобы что? — перебила я, не в силах сдержать беспокойство.
— Чтобы исключить замершую беременность, — ответил он, серьезно глядя мне в глаза.
Как ведут себя женщины при такой удручающей перспективе? Плачут? Каменеют?
— Поняла… — если быть честной перед собой, то мне и не хотелось осознавать это, наверное, как практически все беременные в такой ситуации, я внутренне отодвигала мысли, что это может произойти со мной. Как говорится, авось обойдется.
— Я не могу тебя удерживать здесь силой. Тем более ты говоришь, что воспоминания потихоньку к тебе возвращаются, — сказал врач, отодвигая стул.
— К счастью, да. Я многое вспоминаю. Обрывками, правда. Нет-нет, да всплывет что-нибудь, — ответила я, чувствуя, как в голове начинают складываться кусочки пазла.
— Это хорошо, — кивнул он. — Значит, есть надежда на полное восстановление. Главное — не торопись и дай себе время. Пей все, что я назначил!
— Спасибо… — выдавила я из себя, как будто это слово весило тонну.
Убедившись в том, что получила копию выписки из своего обследования, я поблагодарила его и направилась к выходу, испытывая необъяснимое волнение и трепет. Сильно толкнула дверь и на легких парусах покинула больничный коридор.
— Тимур?! — я невольно стиснула пальцы на ремешке сумки сильнее и попятилась в сторону, как будто увидела привидение. Мы буквально столкнулись в дверях, как два неуклюжих пингвина на льдине.
Невольно я перевела взгляд на его лицо и оказалась поймана его магнетическим взглядом.
— Привет… — острый кадык судорожно дернулся, как будто он тоже не ожидал этой встречи.
Проснулось странное чувство с привкусом паники. Я разглядывала его лицо. Немного помятое, как будто он всю ночь боролся с подушкой и проиграл. Но все равно какое-то до невозможности правильное, словно его вылепили по чертежам идеального мужчины. Со стильной прической, которая, казалось, держалась на честном слове и геле, и легкой, якобы небрежной щетиной, которая, скорее всего, требовала больше ухода, чем моя прическа за всю неделю.
Угольной чернотой его футболки можно было заполнить все пустоты в черных дырах космоса. На контрасте с ней хлопковая ткань спортивок резала взгляд белоснежной и кристальной чистотой.
Одинокая капля пота сползала по моему позвоночнику, щекоча нежную кожу, как маленький паучок, решивший устроить себе прогулку. В горле пересохло. Слова не шли на ум.
Его холодный взгляд так же беспомощно метался по моему лицу и фигуре. Казалось, что его глаза были как два маленьких дрона, которые потеряли сигнал и теперь беспорядочно кружат, пытаясь найти точку приземления. Мои губы начинали гореть, как будто кто-то включил невидимый обогреватель, и я не могла понять, то ли это от его взгляда, то ли от моего собственного смущения.
Мы разглядывали друг друга молча на протяжении минуты, не меньше. Это была та самая минута, когда время словно замерло, а воздух стал густым, как кисель.
— Мне позвонили из больницы и сказали, что ты выписываешься, — он поправил безупречную укладку, как будто это был ритуал, способный вернуть ему уверенность. Немного нахмурился, но не отвел взгляд в сторону. Он как нарочно каждый раз смотрел мне прямо в глаза и пытался удержать на месте силой взгляда.
— Не смотри на меня, как удав на кролика, — заявила я, собрав остатки самообладания, которые прятались где-то в уголках моего сознания.
— Я думал у меня больше времени…
— На что?
— Поговорим?
— Делаешь мне одолжение? — я старалась игнорировать дрожь в голосе.
— Скорее себе, — он коротко вздохнул, словно устал от всего мира. — Врач говорит, ты постепенно все вспоминаешь.
— Да, но это мало что меняет… для нас с тобой.
Он стоял рядом. Непозволительно близко Я почти задыхалась от близости мужского твердого тела и умопомрачительно свежего аромата парфюма, которым, перекрывало фоновую мешанину всех прочих запахов из больницы. Чертов токсикоз сделал меня чересчур восприимчивой к запахам. Но аромат парфюма Тимура мне нравился. Даже чересчур. Казалось, что этот аромат был создан специально для того, чтобы свести меня с ума. Если бы можно было, я бы, наверное, носила его флакон с собой и нюхала в моменты стресса, как какой-нибудь антистрессовый спрей.
— Поехали! — это была первая вспышка раздражительности, показывающая, что и он нервничал под коркой ледяного, показушного спокойствия. Его голос прозвучал так, будто он только что проиграл в шахматы с самим собой.
— Отпусти мой локоть. Думаешь, что я куда-то поеду с тобой после всего, что ты со мной сделал? — я попыталась вырваться, но его хватка была как у осьминога, который не собирался отпускать свою добычу.
Он словил мой перепуганный до смерти взгляд и немного сбавил обороты своей наглости, сказав более мягким тоном:
— Ты хочешь убежать. А я просто хочу поговорить. Нормально. И не здесь. Пожалуйста.
“Пожалуйста”? Это слово для него было таким же редким, как единорог в дикой природе. Может, он даже потренировался перед зеркалом, чтобы произнести его правильно.
— А где ты собрался говорить?
— Дома…
Теперь он стоял, бездействуя, но все равно давил на меня своим присутствием.
— Ноги моей не будет в твоем доме, это понятно? — я посмотрела ему в глаза и вложила во взгляд всю свою злость и бессилие. Тимур не стушевался, принимая удар.
— Я говорю о нашем доме.
— Это не смешно! Для меня не смешно. Уйди. Ради Бога! Когда я буду готова, сама позвоню тебе и мы поговорим. А сейчас займись своей успешной жизнью.
Я ждала, что он скажет, но дал знать о себе его телефон.
— Да. Нет. Я не знаю, когда приеду. Если я говорю, что у меня нет сейчас времени, значит, так оно и есть… Что? Какого хуя ты вздумала контролировать каждый мой шаг? Я занят. И тебе советую, — с этими словами он решительно сбросил вызов. — Я хочу все исправить… Хоть ты мне и не веришь.
— У меня есть множество причин избегать тебя.
— Полностью согласен, так оно и есть. Но ты не даешь мне шанса. Это тоже не правильно.
— Господи, Тимур! Почему ты прицепился ко мне? Взгляни на себя! Хочешь любовницу? Свистни! Устрой кастинг среди моделей, подходящих под твои запросы.
