ногами, обещая себе не вестись на сказочно-красивый блеск в его глазах.
— Не называй меня так. Просила же.
— Поздно, — широко улыбнулся он. — Это прозвище уже прикипело к твоему образу в моей голове.
У него в запасе с десяток расслабленных полуулыбок и покоряющих взглядов с обещанием секса. Я закатила глаза и, наконец, попробовала сардельку. На удивление, она оказалась вполне съедобной.
На автомате открываю приложение для поиска работы, и не успеваю просмотреть и нескольких объявлений, как Тимур ловко забирает у меня телефон, пряча его в заднем кармане джинс.
Сжимаю пальцы в кулак. Его наглость и беспринципность уже не поражали меня до глубины души.
— Отдай сейчас же.
— Искать работу тебе не стоит, — будничным тоном заявляет он мне.
Я удивленно смотрю на него, пытаясь понять, что он задумал.
— И почему же? — спрашиваю я, скрестив руки на груди.
— Потому что, — отвечает он, ухмыляясь. — Я уже нашел для тебя идеальную работу. Ты будешь моим личным дегустатором.
— О, как щедро, — саркастически замечаю я. — А зарплата будет в виде сарделек?
— Конечно, — смеется он. — И не только сарделек, но и других моих кулинарных шедевров.
— Размечтался! Тогда я точно останусь без работы и без желудка.
— Не переживай, верну телефон. Только новый, а не вот это доисторическое чмо. И повторюсь насчет работы еще раз. Нет.
— Я очень близка к тому, чтобы послать тебя матом.
— Дерзай, моя лиса, — глаза Тимура заблестели чересчур ярко.
— Теперь ты будешь распоряжаться моей жизнью?
— Не твоей. Своего ребенка.
Черт… ребенок…
Глава 24
Я, разумеется, не могла не восхититься и по-доброму не позавидовать самой себе, обладающей теперь таким сокровищем — громадной квартирой в центральном районе города. Но, с другой стороны, я едва сдерживалась от нелестных замечаний в адрес бывших жильцов. Скрипучие полы с облупившейся краской, очевидно, не часто соприкасающиеся с ведром и мокрой тряпкой. Триста лет не мытые окна с тусклыми стеклами и так далее и тому подобное. Но больше всего меня поразило состояние сантехники.
Когда я попыталась воспользоваться кухонным краном, он, казалось, решил устроить мне водное шоу, разбрызгивая воду во все стороны, кроме нужного направления. Слив в кухне был безнадежно испорчен, и мне пришлось мыть посуду в ванной. Представьте себе, каково это — стоять над ванной, пытаясь отмыть тарелки, когда душевой шланг норовит выскользнуть из рук и устроить тебе незапланированный душ.
Каждый раз, когда я открывала кран, мне казалось, что я запускаю древний механизм, который вот-вот развалится на части. Вода текла с таким напором, что можно было подумать, что это не кран, а фонтан в центре города. А уж про температуру воды и говорить нечего — она менялась от ледяной до кипятка быстрее, чем я успевала отдернуть руку.
Когда я наконец закончила уборку, мне казалось, что я прошла через все круги ада. Кухня сияла чистотой, как в первый день ее сотворения, стрелки часов незаметно подкрались к обеду.
— Надо вызвать сантехников, чтобы они починили трубы на кухне и в ванной, потому что иначе это место так и останется филиалом музея ужасов, — пускаю оставшиеся две тарелки и стакан плавать в посудном тазу.
— А?! Кого вызвать? Сантехников? — переспросил Тимур таким тоном, словно я предложила ему непонятно что.
Я посмотрела на него, как на человека, который только что понял, что шоколад не растет на деревьях.
— Хорошо, — не удержалась я от смеха, забавляясь его смущением. — Если тебе сложно, то вызову сама. Не вижу в этом ничего страшного.
Тимур, слегка покраснев, пробормотал:
— Ну, если ты так настаиваешь… да и мы здесь ненадолго, Лисенок… — слегка обиделся он.
— Конечно, ненадолго! — я мигом посерьезнела, вытирая посуду полотенцем в клеточку и ставя ее в шкаф.
— Эй, ты мне не веришь?!
— Не парься… — игриво взъерошив рукой его уложенные волосы, я пристально посмотрела на него. Красивое лицо его выглядело очень серьезным. — Мне без разницы надолго мы тут или нет. Я просто хочу вокруг себя порядка.
— Ты когда-нибудь думала о браке? — спрашивает он, неожиданно меняя манеру разговора.
После его слов я удивленно посмотрела на него, как на инопланетянина, который только что приземлился на эту кухню.
— Думала, — ответила я, приподняв бровь. — Но один раз и на всю жизнь. А ты что, решил попробовать все варианты?? Одного брака тебе недостаточно.
— Нас с Ангелиной разведут. Это не такой уж и долгий процесс. Детей нет. Имущества совместного тоже.
— Давай не будем говорить об этом? — заканчиваю раскладывать посуду.
— Олесь… я впервые понял, что хочу счастья. Без бирок с ценой, без грязных пятен.
Тимур делает шаг вперед, а я отступаю, упираясь задней поверхностью голеней в твердый край кухонного гарнитура.
— Извини… но нас двоих закрутило в порочную воронку и сломало, — выдавливаю я с непостижимым усилием, все еще пытаясь держать оборону, но очевидно, что моя защита слишком слаба против него. — Выбраться будет тяжело, несмотря на попытки.
Мне очень хотелось перевернуть эту нелегкую для нас обоих страницу, но быстро не получится, понимала. Тимур пробегает цепким взглядом по моему лицу и останавливается на глазах:
— Вредный лисенок! — фыркает в ответ. — Вот как с тобой говорить о будущем, мм?
Я закатила глаза.
— Не пытайся меня торопить, только и всего.
— Окей. А как насчет вновь тебя завоевать? — он моментально переключился на режим флирта и послал мне умопомрачительную соблазнительную улыбку.
— Тимур, ты как кот, который игнорирует все “не лезь” и “не трогай”. Может, тебе стоит попробовать завоевать кого-то, кто не ставит таблички “вход воспрещен”? — повышаю голос, но не убедительно, больше похоже на истерику, чем на готовность к борьбе за свои границы.
— Я куплю нам самые лучшие кольца на свете… — между нашими губами искрит напряжение, заряжая воздух.
С ним невозможно сладить. Тимур подбирался ближе, несмотря на все предупредительные знаки и границы, выстраиваемые мной.
— Слушай верни мой телефон, а. Мне сегодня на прием надо.
Повторять дважды не приходится.
— На прием? Что-то нет так? — Тимур бросает догадку.
— Нет, — прижимаю вспотевшую ладонь к напряженному животу и тихонько выдыхаю. — Я просто хочу сделать узи.
— Давай я поеду с тобой. Посмотрим на малыша вместе.
— Нет. Не стоит, — нервно заламываю пальцы, колени дрожат. — Или давай в другой раз…
— Ты уверена? Мне нечего опасаться?
— Совершенно! — ответила я, пытаясь улыбнуться. — Разве что, кроме твоих попыток стать суперпапой за один день.
“Да, нечего опасаться” кроме угрозы потерять ребенка… Вслух я ничего такого не сказала.
— Ну вообще-то мне нужно в клуб, да. Мишке обещал.
— Ну вот, тем более.
Кажется, пронесло.
