Вдруг захотелось исчезнуть – испариться бесследно.
– Извини, что отвлекаю, – сокрушенно проговорил он. – Вижу, я тебе не особо нравлюсь.
Ригор запустил пальцы в волосы и взволнованно переступил с ноги на ногу.
– Древние! Веду себя как кретин!
– Все в порядке, – поторопилась я его успокоить. – Просто я не люблю общаться с людьми. Яр и Вэл не в счет. Знаю их давно и уже привыкла.
– А-а-а, да… Они тебя уважают, – улыбнулся Ригор. – И неудивительно! Ты так сразила того здоровяка! И… И двигалась так потрясающе, что я до сих пор не могу забыть! Позволишь… Позволишь мне тоже иногда с тобой разговаривать?
Повисла неловкая пауза, пока я думала, что бы такого ответить. Какими бы приятными ни были слова Ригора, они очень смущали.
– Хорошо, – все-таки ответила я в надежде, что после этого от меня отстанут, и перехватила сумку с продуктами удобнее.
Она словно бы стала тяжелее, чем минуту назад.
– А теперь позволь пройти.
Но стражник опять меня не пропустил.
– Подожди!
В итоге я бросила сумку на землю и устало выпрямилась:
– Что еще?
– Прости. Тебе, наверное, тяжело, – наконец-то догадался Ригор. – Давай помогу?
Но я отмахнулась от его помощи:
– Нет. Не надо. Я сама справлюсь.
– Но…
– Сама, – я вновь подхватила свою ношу и решительно двинулась вперед.
В конце концов, я домой хочу. И все бы хорошо, только мой нежеланный собеседник оказался на удивление настырным.
– Рей, позволь помочь.
В отчаянии парень ухватился за мое правое запястье и получил за это шквал шипящей брани. Запястье вспыхнуло болью, что волнами потекла вверх по предплечью. Она отдалась резью в висках и на мгновение затянула мир белой поволокой. Я выронила сумку и прижала больную руку к груди.
– Рей, – вновь потянулся ко мне Ригор, но я отпрянула. – Я…
Однако договорить он не успел – над моей головой прозвучал ледяной голос:
– Что в слове «нет» ты не понял?
Новое ругательство слетело с моих губ, прежде чем я успела прикусить язык, а Змей хмыкнул и медленно ко мне склонился.
– Что-что? – поинтересовался он, а я отвернулась, не желая встречаться с ним взглядом, на что асигнатор насмешливо фыркнул: – Похоже, показалось. Погода сегодня беспокойная. Ветреная.
Я удивленно вскинула бровь. На улице даже в поле спокойно: травинка не шелохнется.
– Итак, – обратился Змей к Ригору. – Объясни, пожалуйста, что ты не понял в слове «нет»? Букв мало: всего три, так в чем же твоя проблема, страж?
– Я… – растерялся новобранец, но вдруг приосанился и с вызовом расправил плечи. – Я хотел помочь! Что плохого в помощи девушке?
– Девушке?
Змей удивленно выпучил покрасневшие глаза.
– Где ты увидел девушку?
У меня челюсть отвалилась от изумления. Я даже не удержалась и воскликнула:
– Что-о-о?!
Но Змей плевал на мое возмущение.
– Я вижу только ловца! – указал он на меня. – Ловца! Истин тебя побери. Пока ты отсиживаешь свой зад за стеной, она сражается с разрушителями. И хренова сумка – меньшая из ее проблем. Ты все еще думаешь, что ей нужна твоя помощь?
– Что за бред?! – лицо Ригора исказилось от злости.
– Бред – это твое занудство. Хочешь помочь? Тогда выучи слово «нет» и не лезь, куда не просят.
Страж и асигнатор прожигали друг друга злыми взглядами, а я принялась собирать продукты. Дрязги мужчин – не мои проблемы, чего не сказать о хлебе на земле. Я уже с досадой подумала, что придется потерпеть хруст песка на зубах – за новой буханкой возвращаться не хотелось, – но мне повезло. Заботливый продавец хорошо завернул хлеб в ткань, и грязь не коснулась румяной корочки.
Я подобрала большую часть продуктов, но когда попыталась забрать яблоко, лежавшее возле ноги Ригора, страж сам его поднял и мне протянул.
– Дорога неблизкая, – мягко он заметил. – Позволь помочь. Я же не предлагаю нам сблизиться, пока ты сама этого не захочешь.
И столько искренности да сожаления было в его голосе – словами не передать, вот только меня не проняло. Если Змей раздражал и немного пугал, то в случае Ригора я никак не могла понять природу своей неприязни. Может… Может, я слишком строга с ним?
Вайя много раз говорила: я боюсь привязываться к людям, потому что каждый на границе находится на волоске от смерти. А смерть – это душевная боль и слезы. Слабость, проще говоря. Поэтому мне всегда было проще оставаться для всех ловцом. Желательно еще безымянным. Но вдруг я не права?
– Хорошо, – все-таки согласилась я и забрала у Ригора яблоко.
Помощь мне на самом деле не помешает. Нести доверху набитую сумку лишь в одной левой руке тяжело, так еще жара близилась, а вкупе с ней боль меня вконец доконает по дороге.
Змей раздраженно втянул ноздрями воздух и закатил глаза:
– Я слишком устал, чтобы спорить. Ты, – он указал на Ригора. – Иди на стену и выполняй свои обязанности стража.
– Мое дежурство уже закончилось, – возразил новобранец, а после лучезарно мне улыбнулся: – И Рей позволила ей помочь.
– Если Рей нужна помощь, то я сам помогу. Ради всех Древних, не испытывай мое терпение. Исчезни!
От его тона у меня по спине пробежал холодок. Неудивительно, почему Ригор не рискнул спорить и, бросив напоследок презрительный взгляд на Змея, а мне – слово «увидимся», послушно ретировался. Очень мудро с его стороны. Я бы так же поступила.
Для здоровья опасно пренебрегать прямым приказом асигнатора. Прибьет ненароком, а в свое оправдание свалит все на государственную необходимость или вообще изменником обзовет. Самое обидное – все ему поверят.
– О нет, – поспешила я запихнуть остатки разбросанной по земле провизии. – Вы наверняка очень устали, поэтому не стоит себя утруждать. Да и мне уже гораздо легче.
Я выпрямилась.
– Так что справлюсь сама.
– Сама, так сама, – пожал плечами Змей. – Честно говоря, мне плевать, как ты потащишь свое барахло. У меня есть к тебе серьезный разговор.
Я криво усмехнулась:
– Очередная попытка заманить меня в ряды асигнаторов? Тщетно.
– Ре-е-е-ей, – вымученно протянул Змей. – Ты глупишь и торопишься. Я не принимаю твой ответ.
Я украдкой оглядела асигнатора, который выглядел слишком раздраженным, помятым и осунувшимся в сравнении с тем, каким был вчера. Под его покрасневшими глазами залегли темные круги, светлые волосы растрепались, а одежда была грязной, будто он всю ночь провел под каким-нибудь кустом. Похоже, Змей не лгал, когда говорил об усталости. Виной ли тому бессонная ночь?
– Вам не занимать упрямства.
– Настойчивости, а не упрямства, – поправил меня асигнатор. – Я верю, что поступаю правильно. А ты?
А я предпочла проигнорировать вопрос. Ответ и так ясен. Озвучивать его показалось бессмысленным.
Вдруг меня в спину толкнул случайный прохожий и буркнул:
– Извините.
Я
