посмела ослушаться.
Он опустился передо мной на колени и двумя руками порвал чулок на моей ноге. Я вздрогнула, когда его дыхание обожгло чувствительную кожу, а затем его пальцы коснулись укуса в виде двух неглубоких ранок на моем бедре, игнорируя метку.
Он догадался о ней заранее? Я как-то выдала себя?!
— Так и думал, — самодовольно произнес он, и я сжала колени вместе, ощущая, как внутри все изнывает и намокает, требуя… его. — В тебе яд саланара.
— Это вышло случайно, — зачем-то поспешила оправдаться, сбив дыхание в очередной раз.
Он так близко.
Его пальцы на моем бедре под подолом юбки, соблазнительные губы всего в паре сантиметрах от кожи.
Я была на грани того, что бы начать умолять трахнуть меня на этой раковине, но каким-то чудом продолжала держать язык за зубами. Каждое его прикосновение отзывалось сладкой судорогой для меня и невыносимой болью для него. На долю секунды я даже пожалела о том, что нанесла эту метку.
— Будет хорошим уроком, — внезапно произнес он, и мое сердце едва не остановилось в груди.
Если он уйдет, я умру!
Габриэль поднялся с колен, приблизив свое лицо к моему.
— Ты думаешь, что обыграла меня, Роза. Но на самом деле совершила ошибку. Запретная метка на твоем теле поглощает слишком много маны и делает тебя слабой.
— Чем сильнее владелец инициалов, тем больше магии требует руна, — хрипло ответила, не сводя взгляд с его губ. — Я знаю. Но лучше я буду наполовину истощенной, чем стану твоей игрушкой.
— Ты уже моя, — вкрадчиво произнес он, и его рука по-собственнически коснулась моего подбородка.
— Нет.
— Ты хочешь меня.
— Нет…
— Так сильно, что едва сдерживаешь себя.
— Нет, пожалуйста… — шептала, теряя разум от дикого неистового желания, и в какой-то момент просто сдалась.
Я подалась вперед и страстно поцеловала его, издав тихий сладостный стон.
Мужчина напрягся, а затем углубил поцелуй. Он резко усадил меня на край раковины, оказавшись между раздвинутых бедер так близко, что я чувствовала его возбужденный налитый член даже сквозь брюки.
— Да-а… — с наслаждением простонала, окончательно поддавшись желанию. — Пожалуйста…
— Теперь ты говоришь по-другому.
Но мне уже было плевать.
Он целовал жадно, порывисто, горячо. Я прогибалась в его руках, терлась о твердый член в штанах, блуждала пальцами по его шеи, мускулистым плечам, спрятанным под строгий пиджак.
Боже, как я его хотела!
Широкая ладонь легла на мое бедро, и мне показалось, что руна на какое-то мгновенье ослабла. Мейз резко убрал руку, словно передумал, а после неохотно отстранился.
— Не сейчас… — произнес он, пока я учащенно дышала, испуганно вглядываясь в его карие с янтарными вкраплениями глаза, похожие на разгоревшиеся искры. — Ты должна понять, что я прав.
Что?!
Не успела опомниться, как он тут же отодвинулся и ушел, оставив меня полуголую и крайне возбужденную одну, посреди тусклого кафеля уборной.
— Ненавижу, — прошептала и обреченно сползла на пол.
Это слишком жестоко. Даже для него.
Я хотела его против воли, против здравого смысла, против своих слов.
Метка оказалась бесполезной. Я не защитила себя.
Нужно было как-то вернуться в комнату, пока я не совершила глупость и не пришла к нему сама, приняв поражение.
Этого не должно случиться!
15.
Габриэль
Я вошел в свою спальню и скинул пиджак, швырнув его на пол.
Черт возьми, нужно успокоиться!
Член болезненно ныл, оттопыривая ширинку брюк. Я закрыл глаза и оперся руками о спинку стула.
Когда я вошел в уборную и застал Розу Брайн за невероятно пикантным занятием, едва не кончил от одного лишь ее вида: приоткрытые губы, полуобнаженная грудь, раздвинутые бедра в черных чулках и дрожащие пальчики под задранной юбкой на кружевном белье.
Я зажмурился, подавляя в себе бешеное желание вернуться.
Нельзя.
Она должна смериться, усвоить урок.
Я резко выпрямился и пошел в ванную комнату, снимая по пути рубашку. Мне просто необходимо было выпустить пар.
Хлопнув дверью так, что та едва не слетела с петель, я открыл кран с холодной водой и встал под душ, запрокинув голову назад.
Она доконает меня раньше, чем эта чертова академия…
Холодные струи стекали по моему напряженному телу, ничуть не остужая. Я шумно выдохнул и, не опуская головы, расстегнул намокшие брюки, обхватив рукой каменный член.
Мурашки разбежались по спине, и я плотно поджал губы, не позволяя себе стон.
Кто кого еще наказывал!
Пальцы крепче сжались на твердой плоти, стоило вспомнить соблазнительные изгибы ее тела, запах кожи и две сияющие буквы на бедре с моими инициалами, что мне безумно понравились.
Она словно клеймила себя… для меня.
Я усмехнулся собственным мыслям, и пальцы плавно задвигались по всей длине члена, пробуждая дрожь.
О, как хотелось вновь ощутить себя в ней…
Почувствовать плавные движения податливых бедер, упругость маленькой груди, острые ноготки, впивающиеся в мои плечи с каждым глубоким толчком, и невероятно нежные губы вкуса малины, которые прекрасно смотрелись бы на моем члене.
Проклятье!
Я прислонился спиной к кафелю и зажмурил глаза. Бешеное возбуждение пронеслось сквозь тело, сконцентрировавшись на одном месте. Рука задвигалась быстрее, скользя по влажной головке члена, доводя меня до оргазма.
— Роза…
Я дернулся, прорычав ее имя, и капли спермы упали на мокрый пол, освобождая от скопившегося напряжения.
Кажется, я окончательно помешался на этой девчонке. Впрочем, не удивительно, ведь она главная часть моего плана.
Я открыл глаза, не обращая внимания на поток воды, льющийся сверху.
Наверное, не следовало оставлять ее в таком состоянии…
Но я знал наверняка, она справится. Роза Брайн, а точнее Риель Грейман сделает все, чтобы ее не разоблачили. Ее выдержке и самоконтролю могут позавидовать даже самые великие короли и маги империи, в том числе и я.
Яд саланара, особенно в чистом виде, действовал убийственно мощно. Я ждал, когда Брайн начнет умолять, просить взять ее на той раковине, но она продолжала молчать. Я видел неподдельный страх в ее синих глазах, когда отстранился, что бы уйти…
И даже тогда, она не остановила меня.
Упрямая, гордая, несносная принцесса!
Она будоражила воображение, занимала большую часть моих мыслей, возбуждала до какой-то ломки…
И это начинало надоедать.
Нахмурившись, я в очередной раз провел рукой по своему члену, что бы в следующее мгновение спрятать его за ширинку брюк и выйти из душа.
Я не хотел больше думать о ней, но не мог перестать этого делать.
Взглянув на часы, я понял, что прошло уже больше часа и, не раздумывая, открыл перед собой портал прямо в ее комнату.
Едва уловимый сладкий
