– Доктор!
Криноид снова взревел и ринулся на Доктора, но лишь опрокинул соседнее дерево, окатив самого себя снегом. На миг он застыл, словно оглушенный внезапным снегопадом.
– Сюда! – Доктор взял резко вправо, пригнувшись под деревьями, и Теол последовал его примеру, покатившись следом. Мгновение спустя, выбравшись из-под лесного покрова, он увидел Доктора, который ждал его на склоне холма. Позади криноид все еще прорывался через лес, издавая устрашающие звуки.
– Холод, – сказал Доктор. – Он его замедляет. – Переводя дух, он положил руку на плечо Теола: – Видел, что случилось, когда его окатило снегом?
Теол кивнул:
– Его как будто оглушило на пару секунд.
– Именно, – сказал Доктор и широко улыбнулся. – Совсем как второй плод, который был неактивен, находясь в сугробе. И это наводит меня на мысль.
Теол был слишком измотан и испуган, чтобы испытать облегчение от внезапно вернувшейся уверенности Доктора в своих силах. Шелест деревьев приближался, криноид настигнет их в любую минуту.
– Ну, так скажите, – сказал Теол, – каков план?
– Нужно заманить его в город.
– В город! – воскликнул Теол. – Это ужасный план!
Доктор покачал головой:
– Это отличный план! Нужно привести его как можно ближе к Часовой Башне.
– И что случится у Башни? – спросил Теол.
Доктор пожал плечами:
– Либо мы уничтожим криноида, либо криноид уничтожит город.
Теол вздохнул.
– Шансы, похоже, равны, – неохотно признал он.
Глава 9
Теол в жизни столько не бегал за один день.
На самом деле мальчик был уверен, что даже если посчитать, сколько он всего пробежал за свою жизнь, все равно получится меньше, чем сегодня.
Легкие горели огнем, ноги налились свинцом, но он несся во весь дух. Теол понятия не имел, как Доктор со своей деревянной ногой ухитряется ковылять следом с такой же скоростью.
Теол и Доктор бежали по дороге в город, спотыкаясь, скользя на снегу и вскрикивая от страха, волнения и адреналина. Криноид двигался следом по мерзлой земле, наступая им на пятки.
– Поберегись! – вопил Доктор. – Чудовища на свободе!
Когда они выбежали на площадь, горожане врассыпную бросились во все стороны, прячась за кусты и под скамейки.
– Простите! С меня причитается! – крикнул Доктор, случайно задев рукой тележку и опрокинув ее. Пустые бочки покатились по дороге, возчик выругался вслед. Теол не стал оборачиваться, чтобы посмотреть, что тот скажет, увидев преследующего их криноида.
– Мы на месте! – воскликнул Доктор, притормаживая у ступеней Часовой Башни. Он опустился на одно колено и остался так стоять. – Дом, милый дом, – вытянув руки, он поймал Теола, который почти пролетел мимо, не сумев затормозить на льду.
За их спинами криноид недовольно взревел, и Теол с Доктором бросились вверх, перепрыгивая через ступеньки. Доктор лишь задержался, чтобы подхватить Хэндлса – чей дозор над катком пришлось отложить до лучших времен – и вытащить из кармана пиджака странный металлический цилиндр. Когда они добрались до двери, Доктор нажал кнопку на устройстве, и Теол услышал, что замок клацнул, открываясь. Доктор схватил мальчика и затащил внутрь, захлопнув за собой дверь. Он снова включил цилиндр, и замок защелкнулся.
– Что это такое? – спросил Теол, поднимаясь с пола и отряхивая одежду.
– Это? – спросил Доктор, подбросив устройство в воздух. Оно блеснуло в тусклом свете. Он поймал его и засунул обратно в карман. – Просто отвертка. – Доктор пересек комнату и бережно положил Хэндлса на небольшой загроможденный кофейный столик.
Теол огляделся. Раньше его никогда не пускали в Часовую Башню. Это место было старым и затхлым, полным пыли и мусора. Тем не менее здесь чувствовался уют, словно Доктор превратил Башню в свой дом, используя все, что оказалось под рукой, – груду разномастной мебели, книги, деревянные игрушки, карты, а также незнакомые Теолу приборы и механизмы.
Все стены, кроме одной, были увешаны – захламлены, если точнее, – детскими рисунками, и на каждом был изображен Доктор, сражающийся с врагами. Значительную часть чудовищ Теол не узнал, они были всевозможных форм и размеров. Почти каждый рисунок сопровождался запиской с благодарностью. Некоторые были такими старыми, что бумага пожелтела и стала ломкой. Похоже, Доктор и впрямь очень долго пробыл местным шерифом.
У стены, которая не была увешана рисунками, была своя отличительная черта – большая светящаяся трещина, которая показалась Теолу похожей на кривую, зловещую улыбку. Из трещины сочился яркий чистый свет, словно она была кровоточащей раной в самой материи здания. Теол хотел спросить у Доктора, что это, но вся башня затряслась, заставив вспомнить о криноиде и о предстоящем им деле.
– Что теперь, Доктор? – спросил он.
– Наверх по лестнице, – ответил Доктор. – Нужно как можно быстрее добраться до самого верха, прямо до колокола.
Теол кивнул. Он слышал, как криноид ощупывает дверь, как его конечности царапают замок. Теол надеялся, что у Доктора есть настоящий план. Который действительно может сработать.
Он поспешил за Доктором вверх по лестнице, его сердце бешено колотилось. Так вот что произошло с его отцом много лет назад? Вот как он погиб – находясь в осаде, борясь за свою жизнь? Мать Теола всегда отказывалась говорить об этом. Из слов других детей, которым рассказали их родители, он знал лишь, что отец погиб, когда на город напали. Теол задумался, есть ли существо, виновное в этом, на одном из рисунков на стене Доктора, и возможно ли, что дети, чьи родители не погибли тогда, написали Доктору благодарность.
Теол замер на пороге, внезапно охваченный страхом.
– Вы ведь остановите их, Доктор? – спросил он. – Просто… мой отец погиб во время такого же нападения, и… – он замолк, не в силах говорить дальше.
– Я знаю, – тихо сказал Доктор. – Он был хорошим человеком, Теол. Лучшим. И обещаю, мы победим криноида. Вместе, – он протянул руку и сжал ладонь Теола. – Идем. Мы почти на месте. У нас все получится.
Рука в руке, Доктор и Теол поднялись по последним ступеням на вершину башни.
Они вышли в темный, снежный полдень. Холод хлестал по щекам, а порывистый ветер сбивал Теола с ног. Но что еще хуже, криноид уцепился за башню и теперь карабкался по стене здания, вонзая щупальца в кирпичную кладку, цепляясь за оконные рамы. Он был неудержим. Штукатурка крошилась и осыпалась на землю, а существо подбиралось все ближе.
– А теперь, криноид, послушай меня! – Доктор перекрикивал шум ветра. Он вдруг стал выше ростом, выражение его лица изменилось. – Приземлившись на эту планету, ты совершил большую ошибку. Одну-единственную ошибку. Ты забыл, что эта планета – под защитой. Не моей, о нет. Я всего лишь скромный старый повелитель времени с деревянной ногой, и мои лучшие дни давно позади. Нет, вот что ты упустил, о чем ты даже никогда не задумывался, – жители Рождества. Все эти люди внизу, на городской площади, которые вот-вот покажут тебе, чего они стоят! – Он сделал паузу, глядя на криноида, словно призывая его подобраться поближе. – Таков урок на сегодня, здоровяк. Как бы сильно ты ни вырос, никогда не стоит забывать о людях, пусть они и малы ростом!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
