сидр, варенье.
– Пастила, джемы, компоты, – мечтательно продолжила мама. – Печёные яблоки с грецкими орехами, изюмом и мёдом. Запечённые яблоки с творогом и ягодами.
– Да-а, – закивала Ляна, – и всё с сильными целебными свойствами.
– А Россошанские полосатые и зелёные Гренни Смит, они что, без всяких волшебных эффектов? – уточнила я.
– Почему же, они тоже магические, но отчего-то слабее Чёрного бриллианта и Голден Делишеса. Почему так, не знаю, – развела руками девушка.
В честь завершения сезона яблок мы решили устроить небольшой праздник для всех работников. Последнее воскресенье сентября было избрано датой икс.
– Так, надо составить меню и как следует подготовиться, – провозгласила мама, как только с ужином было покончено.
– Имеет смысл съездить в город и закупить недостающее, например, мука подходит к концу. Заодно навестим чету Ройсов и позовём их в гости, – добавила я, устало вставая из-за стола.
– Да-да. Я с вами в этот раз поеду. Мне нужно переговорить с кузнецом и столяром, – объявила матушка.
– Лучше обратиться к Рону, он в соседней деревне кузнечных дел мастер, чем к городским, те втридорога берут, – предложил Алекс.
– Я слышал, что в деревеньке Нея, близ Эви, есть неплохой деревщик, – добавил Жильбер.
Парни полностью освоились, мама помогла им чуточку облегчить неприятные ощущения от ношения неказистых протезов, но всё равно была твёрдо намерена создать для них новые. Тем не менее с каждым днём настроение у наших бравых охранников ползло вверх, они всё чаще улыбались, чувствуя свою полезность и нужность. А ещё наше радушие благодатным теплом пролилось на их почерствевшие сердца. Кроме того, они работали наравне со всеми, и ни разу не пожаловались, как совершенно здоровые люди, впрочем, так оно и было, всё ведь зависит от отношения к жизни и к себе в целом. Кто-то ноет на судьбу-злодейку, кто-то искренне благодарен ей за каждый прожитый день.
Глава 16
Праздник. Как много в этом слове!
Я считаю, любое важное событие, некую веху, которая пройдена, да ещё и с прибытком, необходимо отмечать, благодаря Всевышнего за ниспосланное терпение. Сказать спасибо себе и близким.
Вот и мы решили устроить вечер с танцами и вкусной едой для селян, ведь во многом именно они поспособствовали столь скорому сбору урожая. Женщины, правда, ещё будут к нам приходить, и за малую денежку помогут перебрать, а после и переработать яблоки. Мы договорились с ними об этом отдельно.
Плоды следует рассортировать не только по внешнему виду и размерам, но и разбить по группам: что на варенье, что на сидр, что останется для транспортировки в столицу. Да-да, я решилась, и мы поедем в большой город, отвезём в королевскую кухню наши яблоки. Добавим к ним вкусный яблочный сок, пастилу, и, если у нас сладится с погодой, хочу сделать вяленные на солнце яблочные "чипсы".
А ещё надо параллельно разобраться со своим даром. Нельзя упускать этот важный момент из вида. Итак похудела на добрых пять килограммов. Это, безусловно, радовало, обозначилась ранее скрытая за складками талия, но не стройнеть такими темпами явно не на пользу организму.
До праздника мы съездили в город. По пути заехали к кузнецу, мастеру Рону, приятному, полному мужчине невысокого роста с руками-кувалдами. Он выслушал объяснения мамы, посмотрел её эскизы, задал несколько уточняющих вопросов, сделал замеры увечных ног обоих охранников, и мы, внеся предоплату, довольные друг другом, попрощались. Не доезжая до Эви, свернули вправо и покатили по утрамбованной пыльной колее в сторону деревушки, где жил столяр. С ним тоже разговор был недолгим. Мужчина почесал макушку и, свернув лист бумаги с матушкиными чертежами, сказал:
– Я переговорю с Роном, тут работа должна быть слаженная, чтобы потом, коли каждый отдельно свою часть ладить будет, не сговорившись, не пришлось переделывать.
Мастер Шон деньги тоже взял наперёд. Жильбер и Ник видели, как я с ним рассчиталась, а когда мы вернулись в телегу, Ник не выдержал и воскликнул:
– Леди Лиза! Столько трат, зачем? Нам и со старыми деревяшками вполне ничего живётся, особенно в последнее время, когда леди Надежда сделала для нас эти подкладки.
– Так, ребята – посмотрела строго, – только не говорите этого матушке, она сильно обидится. Мы всё это делаем от души, это наш вам подарок. А от даров отказываться просто неприлично, – последнюю фразу говорила, мягко улыбаясь.
– Я и Ник каждый день, как переехали к вам в усадьбу, благодарим провидение за новый шанс на лучшую жизнь. Спасибо, – сказал Жильбер, опередив Ника, уже открывшего рот, явно, чтобы возразить мне, и с намёком сжал другу плечо.
– Всё же, не стоим мы таких трат, – не удержался Ник и добавил: – Спасибо вам. Сердечное, – и, прижав правую руку к сердцу, сделал полупоклон. Мне отчего-то стало неловко, и я, кивнув на маму, как раз вышедшую из столярной мастерской, выпалила:
– Лучше леди Надю поблагодарите, ей будет очень приятно.
– Да, непременно! Леди Надежду мы готовы на руках носить!
А я смотрела на мастера Шона, глядевшего вслед матушке с нескрываемым восхищением. Мужчина был среднего роста, не худой и не толстый, навскидку я бы дала ему лет пятьдесят. Седина благородно посеребрила его виски и короткую бородку.
– Ребята, деревщик женат? – вырвалось само собой.
– Нет, вдовец, – ответил Жильбер. – Есть двое взрослых детей, сын, кажется, подался в гончары, а дочка замужем и живёт в соседней деревне. А почему спрашиваете?
– Да так, – качнула головой, – просто любопытство.
Но мама точно приглянулась одинокому мастеру. Вопрос, насколько? Если весьма, то что он предпримет, дабы привлечь её внимание? Или же побоится разрыва в социальном статусе? Ни я, ни матушка все эти условности всерьёз не воспринимали, но мы дети иного мира и времени. Здесь же многое не так.
Тут мы аристократки, владелицы приличного куска земли, и потому между нами и простыми крестьянами, мастерами и даже обычными торговцами – внушительная пропасть. И это очень серьёзная преграда в матримониальном плане.
Хочется верить, что мама найдёт своего человека, ей не к лицу одиночество. И ещё… С момента переселения в другой мир матушка будто ожила, стала чаще улыбаться,
