у нас беспокойство. Но теперь все изменилось. Сто лет мира – с тех пор, как в последний раз была убита фея.
Я в ужасе посмотрела на Леону и Пакстона, которые замерли с такими же лицами.
– Убийство совершено менее четырех часов назад. Но, кроме лужи крови, у нас нет никаких зацепок, – продолжила фея. – Именно поэтому мы собрались здесь сегодня. По крайней мере большинство из нас. Как вы могли заметить, некоторые члены Совета отсутствуют. Они уже отправились к месту преступления – на плоскогорье Керри.
Мисс Уэйт сделала глубокий вдох и выдох, потерла переносицу, словно о чем-то задумалась, а потом снова посмотрела на всех.
– Мы надеемся, что этот инцидент останется единичным. Что касается виновных, то изначально подозрение пало на кланы шотландских фей. Однако после встречи с их Советом стало очевидно, что они непричастны. Тем не менее мы все равно будем за ними наблюдать.
По залу, словно волна, вновь пронесся громкий ропот, и в воздухе повисло напряжение.
– Шотландские феи заключили с нами пакт о мире. Вряд ли они рискнут его нарушать, – предположил один из более молодых членов Совета – мужчина с длинной бородой. Кажется, его избранница как раз была шотландской феей. Вполне объяснимо, что сейчас он стремился защитить ее родину.
– В последние годы наши отношения стали натянутыми. Именно поэтому мы будем за ними присматривать, – отреагировала мисс Уэйт.
Несколько членов Совета кивнули в знак согласия.
– Также мы проведем допросы фей в нагорье Керри, – уточнила мисс Уэйт. – Я надеюсь, что вы будете сохранять спокойствие. На этом собрание объявляю закрытым. – Старейшина резко развернулась, быстро спустилась по лестнице и вылетела из зала.
Гул голосов нарастал. Все вокруг бурно обсуждали новость, строили догадки и перебирали подозреваемых. Настоящий хаос. И кажется, только я заметила, что в углу зала назревает новая катастрофа: там стояли не только мои родители, но и мать Элайджи.
Он, похоже, тоже понял, что сейчас что-то произойдет, и быстрым шагом направился к ним. Но было уже слишком поздно. Даже с такого расстояния было слышно, как мой отец, обычно сдержанный, сыпал обвинениями в адрес матери Элайджи, одно за другим.
Я тут же начала закипать. Как же мне надоело тратить нервы на каждую их встречу – все они заканчивались одинаково. Особенно после того, как они узнали о наших отношениях.
Я встала и, почти не осознавая своих действий, направилась к ним. Элайджа заметил меня и едва заметно покачал головой. Я знала, что он просто пытается меня защитить, держа на расстоянии, но речь шла о нас. И даже если мы больше не пара, они не имели права судить о наших чувствах. Как только я подошла к ним, все взгляды обратились ко мне.
– Мам, пап, – сказала я родителям.
– Эланор, как здорово, что ты смогла прийти на собрание. – В голосе мамы сквозила едва заметная нотка сарказма. Хотя я понимала, что она не пытается меня обидеть.
Но в чем-то она все-таки права. Несколько недель подряд я регулярно пропускала заседания. К большому недовольству родителей. Им было важно мое присутствие в зале для поддержания видимости идеальной семьи. Маму не волновало, что я часами рыдала под одеялом. Если проводилось публичное собрание, я непременно должна там быть. И наплевать на мое разбитое сердце.
– Я надеюсь, что Элайджа в будущем, наоборот, перестанет посещать собрания, – добавил мой отец.
– То же самое могу сказать об Эланор, – не осталась в долгу мама Элайджи.
– Вы можете хоть раз не цепляться друг к другу? – вставил Элайджа.
– Если бы ты не навлек на нас эту беду, не было бы никаких проблем, – укорила его мать, поправляя очки. Она всегда напоминала мне актрису, сыгравшую няню Макфи, в чем я однажды даже призналась Элайдже. После этого он уже не мог спокойно смотреть фильм «Моя ужасная няня», потому что неизменно узнавал в нем свою маму. Хотя мне казалось, что она похожа на няню в конце фильма, а не в начале…
– Если бы Эланор не посетило видение, мы могли никогда и не узнать об их отношениях, – ответил мой отец.
– Мама, папа. Могу я с вами поговорить? – вклинился в их перепалку Пакстон, который между тем тоже подошел к нам.
В эту минуту мне хотелось крепко-крепко обнять брата в благодарность за его отвлекающий маневр.
Бросив взгляд на мать Элайджи и быстро кивнув в мою сторону, родители повернулись к Пакстону и вместе с ним покинули зал. То же самое сделала и я. У меня не хватало сил оставаться здесь еще дольше. Я помахала Леоне на прощание и поспешила удалиться из зала.
Мне хотелось одного – сбежать.
* * *
Укутавшись в одеяло, я снова и снова прокручивала в голове последние несколько часов. После заседания Совета Леона, Клара и я устроились в библиотеке, которая одновременно служила чем-то вроде общей гостиной. И уже там мы обсудили произошедшее.
Мы не были знакомы с убитой феей, но нас все равно встревожила ее смерть. В наших кругах подобные преступления совершались довольно редко. Феи жили очень мирно среди себе подобных. Особенно с момента заключения мирного договора с кланами шотландских фей.
Тихонько вздохнув, я перевернулась на бок. В голове крутилось слишком много вопросов, и хотелось бы получить на них ответы. Правда, тогда мне придется вернуться к решению другой проблемы – по имени Элайджа. Я попыталась отогнать от себя воспоминания той ночи у костра, но было уже слишком поздно. Интересно, действительно ли он увлекся Аннабель, раз наши отношения остались в прошлом? Или они просто друзья? Но ведь друзья так сближаются, верно? Но зачем тогда он пошел за мной? Я ничего не понимала.
Зевнув, я поглубже уткнулась в подушку, но сон никак не приходил. С досадой я снова легла на спину. Образы Элайджи и Аннабель преследовали меня, и, лишь когда я по-настоящему впустила их в себя, мой разум, похоже, успокоился. Иногда подавление не лучшее решение. Мало-помалу веки начали тяжелеть, и меня окончательно одолела усталость.
– Что ты здесь делаешь, Эланор?
– Я-я не знаю, – растерянно заикнулась я и огляделась по сторонам. Почему Элайджа видел во сне нашу хижину? И почему я провалилась к нему в сон именно в этот момент?
– Ты же знаешь, что это происходит каждый раз, когда ты слишком много думаешь обо мне перед тем, как заснуть. – На его губах заиграла понимающая улыбка.
– Ничего подобного, – торопливо соврала я.
– Лунница…
– Не называй меня так, – отозвалась я и сделала глубокий вдох. Как давно я не слышала из его уст
