как будто ей нужно было отвести руку как можно дальше от оскорбительного предмета, который подавал Бен, и дискомфорт наполнил её. Боги, она никогда в жизни не видела чёрного амекса. Только фотографии золотозубых головорезов. Её взгляд снова упал на Гевина.
— Временно, — прошептал он.
Она неохотно взяла карточку и уставилась на неё. С такой картой у девушки могут возникнуть проблемы. Если бы она оказалась такой девушкой. Денья, с другой стороны, взяла бы её и имела бы смелость попросить его сходить с ней за покупками. В его машине. И попросила его подвезти и её тоже.
— Забирай. — Сабель протянула карточку Гевину. — Будет лучше, если ты будешь её хранить у себя.
Полностью игнорируя её протянутую руку, Гевин шагнул мимо неё к Бену.
— Так, я думаю, это всё. Мы готовы ехать. — Гевин пожал Бену руку, приняв модный чемодан и сумку с одеждой.
Тролль оглянулся на Сабель, затем протянул ему кинжал, заключенный в самую замысловатую кобуру, которую она когда-либо видела.
— Для вашей защиты и защиты мисс, сэр.
Гевин пристегнул кобуру к поясу.
— Как Зик?
— Мастеру Зику становится лучше с каждым днём. Он сообщает, что теперь может видеть одним глазом и, кажется, снова обрёл голос. К сожалению. — Гевин усмехнулся. — Однако он всё ещё довольно слаб. Я подозреваю, что его более серьёзные раны заживут через недели.
— А как насчет Логана и Каллы?
— Мисс Калла чувствует себя хорошо. Мастер Логан настаивает, чтобы я внимательно за ней присматривал. Он довольно часто охотится.
Пока они говорили, Сабель взглянула на чёрную карточку, всё ещё зажатую в её руке. Перед ней промелькнули «Предприятия Гневов», и она могла только представить, с какой лёгкостью братья взимали всё, что хотели, с куска пластика.
— Охотится на что? — вопрос Гевина вернул её к их разговору.
— Боюсь, он не посвятил меня в эту информацию, сэр. Как вы знаете, мастер Логан делает то, что ему заблагорассудится и когда ему заблагорассудится. Мастера Каликса в последнее время тоже почти не было в особняке.
— Ава. Я подозреваю, что он её ищет.
— Возможно. Ваши братья были рады услышать о вашем освобождении. Леди Циферина ясно дала понять, что они не должны вмешиваться в вашу договоренность, но мастер Мэддокс попросил меня сообщить о вашем состоянии.
Слова Бена уязвили совесть Сабель. Порабощение суккубами или в некоторых случаях инкубами часто означало полный разрыв связей раба — с семьей, работой, свободой — и некоторые суккубы злоупотребляли своими правами, провоцируя возмездие со стороны близких жертв. В результате, если сначала не было получено разрешение рабовладельца, что случалось редко, законы запрещали любое вмешательство — это было преступлением, караемым окончательной смертью. То, что должно было быть обоюдным соглашением между двумя людьми, часто заканчивалось для суккубов оправданием для мести, основанной на специфическом социальном угнетении и сексуальном разочаровании — часто бывает трагическаяой комбинацией для раба.
Конечно, Сабель не собиралась использовать Гевина таким образом, но стереотип её всё равно беспокоил. К сожалению, из-за бочки с гнилыми яблоками, стать выше над ней, было практически невозможно.
— Бен, пожалуйста, скажи моим братьям, что со мной всё в порядке.
На лице тролля, казалось, появилось понимающее выражение.
— Я передам ваше сообщение, сэр.
***
Сидя на пассажирском сиденье, Сабель возилась с ремнём своей сумочки, её колено подпрыгивало как сумасшедшее. Транспортное средство заставляло её нервничать — как будто простое сидение внутри могло бы понизить его стоимость.
Грустно, что проклятая машина, казалось, имела бо́льшую ценность, чем она.
Весь салон автомобиля был кожаным и украшен электроникой, которая выглядела так, будто принадлежала панели управления НАСА. И пахло хорошо. Кожа смешалась с запахом Гевина, который, казалось, был скорее фирменным запахом, поскольку он не привез с собой одеколона, и ничего из того, что у неё было, не имело такого приятного аромата.
Гевин припарковал зверя рядом с автомобилем, который можно было бы увидеть в баре типа «Мэл на Шестой». Немного лучше, чем её собственный юнкер, но уродливая сводная сестра Гевина.
— Итак… такая машина — ты просто приходишь в автосалон и говоришь им, что хочешь её, и это уже решённое дело?
Гевин оглянулся.
— Почему у меня такое ощущение, что меня хотят подставить, задавая такой вопрос.
Она вздохнула.
— Извини.
— Это всего на пару дней, Сабель. Тогда ты сможешь снова заползти в объятия самоотречения, которые тебе, видимо, так приятны.
— Это не самоотречение, — огрызнулась она. — Это реальность.
— И в реальном мире люди используют возможности. Феномен, именуемый «выживание». — Он поднял бровь, и сопровождающая его ухмылка придала ему притягательности. — Может, тебе станет легче, если ты узнаешь, что у тебя есть то, чего я хочу?
Сабель нахмурилась.
— Например, что?
— Свобода.
Свобода. Точно. Глядя на мерцающую табличку, предупреждающую о придурках, которых ей придется развлекать остаток ночи за жалкие чаевые, она усмехнулась.
— Если бы ты только знал.
Выход из обогретого салона был для неё неким наказанием, поскольку прохладный вечерний ветерок обвил её обнаженные ноги. Гевин последовал за ней в бар, и как только она достигла первого этажа, все взгляды были обращены на неё.
Хотя нет. Все взгляды, вероятно, были устремлены на мужчину позади неё. Она бросила быстрый взгляд через плечо туда, где Гевин пробирался к кабинкам, прежде чем бочком подойти к официанткам, собравшимся возле бара.
— Будь я проклята. Кто. Это. Такой?
Джина, вероятно, проработала в Мэл на шестой дольше всех, но это не делало её более взрослой, чем остальные двадцатилетние, работавшие здесь.
Сабель фыркнула, завязывая крошечный фартук, в котором она чувствовала себя французской горничной.
— Моя тень. — Иногда по ночам она ненавидела работать с кучей суккубов. Казалось, всё, что они делали, это стояли и разглядывали каждый раскачивающийся член, входящий в дверь. Владелец заведения оказался человеком и совершенно не обращал внимания на тот факт, что большинство его официанток могли высасывать душу быстрее, чем большинство людей могли бы вылакать стакан воды через соломинку.
— Твой парень? — спросила Майя, светлокожая новенькая, с ноткой надежды в голосе.
— Нет. — Последнее, что было нужно Сабель: слухи о том, что у Джевену появился конкурент демон. — Точно нет.
— Ух. — Майя закусила губу. — Он… свободен?
Сабель снова оглянулась, наблюдая, как Гевин проскользнул в одну из кабинок, его массивное тело впечатляло в таком небольшом пространстве.
— Думаю, каждую вторую ночь.
— Разве это не брат сынов Гнева? Самый старший? — Будь это любой другой мужчина, блондинка с большегрудая Харпер, первой бы бросилась на его член. Кисло поджатые губы подсказали Сабель, что цыпочка вот-вот станет ханжой и монашкой. — Он изнасиловал женщину. Это было
