class="p1">Отправив ребенка на занятия, я спустилась в столовую. Повариха Золя на раздаче расхваливала свои изыски и собирала последние новости академии.
— Как же так вышло, что вода еле бежит из крана? Лина, ты все знаешь, расскажи. Снова проказники пытались сорвать занятия?
Вдаваться в подробности я не стала. Сказала, что скоро все наладится. Сегодня привезут зелье от личинок штырей, и все это прекратится.
Пока пью чай, сидя в столовой за преподавательским столом, разглядываю студентов, поглощающих завтрак. Все разные и по манерам, и по статусу. Сразу видно ребят из простых семей и тех, чьи родители занимают высокие должности. Знакомый мне темноволосый Пит появляется в столовой, уверенно проходит к раздаче, но его отталкивают подошедшие парни, те самые, которые задирали его в прошлый раз. Пит расправляет худые плечи и возмущается:
— Вы пришли после меня, так что встанете за мной.
— Что⁈ Перепутал, стихийник, с кем говоришь? — вырос перед ним студент в бурой форме боевого факультета. В его руке зажегся огненный шар.
— Нет, не перепутал. Викарт Смил, сын советника короля по делам несовершеннолетних подданных Интарии. Я все прекрасно знаю.
— Так знай свое место, безродный, — засмеялись все, кроме самого Пита.
— Не думаю, что твой отец будет рад узнать о твоем поведении в академии и о неуспеваемости, в частности. Я легко могу донести до его сведения твои пропуски и неуды по всем предметам. Так что не задирай меня и своим дружкам об этом скажи. — Пит обогнул студентов и подошел к Золе.
С одной стороны, я была рада, что он смог ответить обидчикам, но шантаж — это нехорошо. Богиня, ну вот зачем я влезла? Зачем помогла Питу? Теперь его не оставят в покое и начнут пакостить еще больше. Это мое проклятие, а не дар. Папа ласково называл меня музой желаний. Смешно, но так грустно. Дар, из-за которого моя жизнь превратилась в то, что она есть. Я скрываюсь от собственного мужа, желавшего держать меня при себе только из-за моей способности влиять на ауру людей. Подсыпать немного удачи, всколыхнуть энтузиазм, повлиять на исход дела посредством увеличения внимательности, усилить решимость, дав возможность выполнить все в срок, вдохновить на действия… Стоит только прикоснуться к человеку, и вот он, ведомый своей идей, добивается успеха, конечно, если прилагает к этому усилия, а не просто лежит на кровати.
— Не узнаю Пита, — ко мне присоединился ректор. — Спокойный, талантливый парень, слегка замкнутый как будто изменился. Возможно, взрослеет.
Да уж, а я всего лишь немного подтолкнула его к взрослению. Моя мама говорила, не стоит вмешиваться. Добро не всегда может обернуться добром. Тебе кажется, что ты делаешь как лучше, а получается все с точностью до наоборот. Я всегда ей возражала. Разве не для того боги наделяют нас дарами, чтобы мы ими пользовались?
— Лина?
— Простите, задумалась. Что вы говорили?
— К часу будьте готовы к встрече с послом. Я за вами зайду.
Глава 7
Проверка
Без пяти минут час пополудни я в синем платье с тонким красным пояском стояла перед зеркалом и внимательно разглядывала себя в нем. Струящиеся волны ткани спускались ниже колена, новые полусапожки с аккуратными каблучками дополняли образ. Я не знала, как нужно было одеться на встречу, но мой вид мне нравился. Волосы распустила, только заколола две пряди по бокам, чтобы не падали на лицо. Образ некричащий, сдержанный, но в то же время не лишенный романтической нотки.
— Отлично выглядишь! — Эйт Гурский стоял у открытой двери. Привычная белая рубашка, но более нарядная, с вышитыми по воротнику и манжетам узорами, сидела на нем безупречно. Строгие прямые брюки и идеально начищенные туфли кричали о важности предстоящей встречи. Светлые волосы не растрепаны, как обычно, а причесаны волосок к волоску, что делало его лицо более открытым.
— У вас было не заперто, — споткнулся о порог и вошел. Поднял руку с двумя лоскутами ткани. — Я не нашел Ильгиду, обычно она помогает мне с этими дурацкими платками. Кто-то придумал, что данный аксессуар, будь он неладен, должен носить уважаемый эйт.
Я подошла к ректору. От него вкусно пахло, хотелось вдыхать этот аромат постоянно. Его парфюм определенно ему шел, а мне был приятен.
— Не знаю, какой надеть, — прошептал Гилатер, словно боясь, что его услышат и осудят за неумение сделать выбор.
— Думаю, этот подчеркнет цвет твоих глаз. — Я взяла платки из его рук, один отложила в сторону, а светло-голубой оставила. Поднялась на носочки и перекинула его через шею ректора.
Платки я не раз повязывала Синтеру. Супруг без них не выходил на улицу. Порой вычурные нововведения моды ему совсем не шли, но он считал иначе. Я поморщилась от воспоминаний, а ректор подметил:
— Я могу присесть, если тебе неудобно. Знаю, фигура у меня… В общем, порой причиняет неудобства.
Я заглянула в его глаза. Взрослый, весьма привлекательный эйт залился румянцем, будто передо мной был не глава Королевской академии, а юноша, смущенный своим внешним видом.
— Гилатер, нет, я… — улыбнулась из-за своего предположения. — Я уже закончила, — отошла на пару шагов, чтобы посмотреть на свое творение, и удовлетворенно кивнула.
Вышли мы из административного здания, мягко сказать, не вовремя. В самый разгар большой перемены. Студенты заполонили площадь, оккупировали все лавочки. Только и слышалось:
— Здравствуйте, ректор!
— Добрый день, эйт Гурский! Я к вам зайду.
— Можно вас спросить?
— Я хотел узнать…
— Забыла уточнить…
— А можно?..
— А зачем?..
— А почему?..
Фамилия и должность Гилатера с просьбами и вопросами прозвучали раз пятьдесят, пока мы с ним не подошли к воротам. При этом сам глава ни разу не ответил студентам отказом. Я никогда не сравнивала людей, но тут волей-неволей мой жизненный опыт подкидывал другие примеры. Мужу всегда было некогда ответить на вопросы Элана. То он занят, то устал, то не мешай, спроси у матери и вообще чего ты от меня хочешь, иди играй.
— Долго ты работаешь в академии? — спросила я ректора, но он промолчал, и я уже была готова обратить на себя его внимание, похлопав по плечу, но догадалась: мы вошли в защитный периметр, он меня не слышит. Надо бы спросить, с чем связано такое воздействие на слух, но все забываю.
— Неуклюжий медведь, — вдруг заговорил эйт Гурский. — Вымахал в два метрина, а за девушками ухаживать не научился. Думаешь, если гонять ее по всей академии, она обратит на тебя внимание? Мнешься как мальчишка шестнадцати лет.
Мои брови от удивления подпрыгнули. Это он себя ругает?
Ректор взглянул на меня.
