казака.
К ночи свинцовые тучи нависли над рекой, опять заморосил дождь. Вахтенному матросу померещилось, будто огромная птица бесшумно скрылась в серой пелене. Странная птица, словно чёрная фигура приведения с развивающимися на ветру полами плаща.
— Почудится же такая страсть? — проведя ладонью по лицу, смахнул капли воды, видать чуток уснувший, вахтенный.
Безлунная ночь грозила быть тёмной.
Глава 4. Асунсьон
Глава 4. Асунсьон
К утру дождь прекратился. Временами выглядывая из–за облаков, тропическое солнце ласкало тёплом. Лучи света играли яркими бликами в лужах городской мостовой. Лёгкий ветерок гонял солнечные зайчики по стенам двухэтажных домов.
Алексей, наслаждаясь светомузыкой, сидел в плетёном кресле на открытой веранде лучшего ресторана Асунсьона и неторопливо допивал чашечку кофе. На главном проспекте столицы уже появились спешащие на службу мелкие чиновники. Но любезный управляющий ресторана заверил, что уважаемые люди появятся в правительственном квартале чуть попозже. Министры прикатят на дорогих конных экипажах, некоторые даже на заграничных новомодных авто. И лишь новый президент республики пройдёт по тротуару мимо веранды ресторана пешком.
— Синьор Ронин, вы просили показать вам президента Парагвая, — услужливо прогнув спину, склонился перед дорогим гостем управляющий ресторана. — Пожалуйста, обратите внимание на пожилого синьора с бородкой, что раскланивается с прохожими.
— Благодарю, любезный, — не глядя на номинал бумажной купюры, вытащил деньги русский синьор и «позолотил» протянутую руку богато разодетого халдея. — Надеюсь на ваш отменный вкус, милейший, и на пунктуальность: бочонок лучшего вина мне нужен сегодня к ужину. Закуску на ваш выбор, что–нибудь изысканное.
— Синьор, вы не сказали: на сколько персон планируется банкет?
— Узнайте, сколько министров в правительстве, и удвойте число, — спрятав пухлое портмоне во внутренний карман шикарного чёрного костюма, небрежно отмахнулся иностранец.
— Не сомневайтесь, синьор, всё будет доставлено на борт «Морского казака». Только у какого причала встанет ваш пароход?
— Боюсь, речной порт слишком мал для флагмана моей флотилии, — надев чёрную шляпу, рассмеялся Алексей. — К причалу он приставать не станет, но вы этот кораблик с другими не спутаете. Просемафорьте белым полотенцем с берега, капитан пришлёт за товаром лодку.
— Как будет угодно синьору, — не поленился ещё раз поклониться управляющий, а заодно поближе рассмотреть тяжёлую золотую цепяру с массивным крестом, который нагло выглядывал из–за расстёгнутых бортов пиджака. — Позвольте, я лично познакомлю вас с Мануэлем Перейра.
— Буду весьма признателен, — встав с кресла, небрежно перекинул дождевой плащ через предплечье Алексей.
Управляющий вывел дорогого гостя на тротуар главного проспекта столицы.
Президент встретил чужестранца настороженно. Массивное золотое украшение на крепкой шее высокорослого атлета вызывающе кричало о статусе владельца.
— Уважаемый Мануэль, разрешите вам представить богатого русского промышленника — синьора Алексея Ронина.
— Впервые вижу русского, и уже сразу впечатлён, — протянул руку гостю столицы пожилой интеллигент. — Мануэль Гондра Перейра, президент республики Парагвай.
— Польщён знакомством, — пожал протянутую ладонь Алексей и дружелюбно улыбнулся. — Я тоже, в своём роде, президент, атаман Южноамериканской казачьей республики.
— К своему стыду, мало знаю о русской государственной системе, — откровенно признался парагваец. — Лишь краем уха слышал о донских казаках. Однако я в курсе о пролетарской революции и о потоке эмигрантов из рухнувшей империи.
Управляющий незаметно отстал, а два президента не спеша двинулись по тротуару.
— Только вот не припомню, чтобы в прессе упоминалось о казаках в Южной Америке.
— Я привёл первый десант колонистов. Надеюсь обосноваться в Парагвае.
— Странно, мне не докладывали о десанте, — наклонив голову, искоса глянул на русского шутника президент.
— Караван судов остановился на ночёвку ниже по течению реки. Капитаны опасаются мелей. Думаю, к обеду прибудут в порт Асунсьона. Я вышел вперёд на мотоботе, договориться об аренде пирса, а заодно и успокоить местные власти.
— А нам есть, о чём беспокоиться? — прищурив глаз, рассматривал покачивающийся золотой крест на могучей груди чужестранца президент.
— Клятвенно заверяю, что не о чем, — размашисто перекрестился Алексей. — Русские идут с миром. Синьор Мануэль, попрошу вас донести эту благую весть до военного министра.
— Всё настолько страшно? — усмехнулся президент, взглядом оценивая пудовые кулаки казака.
— Я бы сказал: впечатляюще, — озадачил ответом странный русский.
— А вы интересный молодой человек, — с прищуром посмотрел в лицо казака Перейра.
— Мои спутники тоже вас не разочаруют. Прошу сегодня отужинать в кают–компании русского флагмана. Приглашаю весь кабинет министров. Разговор может состояться очень занимательным для обеих сторон.
— Весьма заинтригован, и попробую уговорить господ–министров отвлечься от растаскивания государственного бюджета, — кисло скривился президент, так и не сумевший протащить своих людей через препоны буржуазного парламента.
— Ну, тогда я жду казнокрадов в полном составе, — рассмеялся дерзкий русский богач. — От дармового угощения такая публика не отказывается.
— Может, мне и остальную братию чинуш, рангом помельче, с собой привести? А то городские клерки оголодали на казённом довольствии.
— Нет, обсуждать будем дела государственного масштаба.
— Так почему бы тогда не поговорить в резиденции правительства?
— Много длинных ушей, а дела весьма секретные.
— Я взяток не беру, — строго глянул казаку в глаза честный интеллигент.
— Ну, тогда я вам и предлагать не буду, — разведя пустыми ладонями, подмигнул наглый коммерсант. — Зато министрам доход подниму. Глядишь, и они делового президента больше уважать станут, да меньше пакостить. А вы, вместе с казаками, начнёте Великий Парагвай возрождать.
— Смелое заявление, — криво усмехнувшись, мотнул головой озадаченный президент.
— Программное, — серьёзно глянул в глаза Перейры Алексей и протянул руку для прощания.
— Да-а, интересный вы человек, — задумчиво глядя на сумасшедшего чужестранца, пожал ладонь парагваец. — Я постараюсь организовать вашу встречу с министрами.
— В неформальной обстановке и без лишних ушей, — разорвав рукопожатие, поднял указательный палец казачий атаман и уже вдогонку напомнил: — Пожалуйста, не забудьте предупредить военного министра.
— Прямо с этого и начну утреннее совещание, — обернув голову, рассмеялся Перейра.
Как позже выяснилось, никто из министров не слышал о сумасшедшем русском богаче и казацкой флотилии. Однако Перейре слабо верилось в глупый розыгрыш, уж очень уверенно держался иностранец. Его внушительную статную фигуру, если алебастром обмазать и корону на голову водрузить, можно сразу на постамент ставить памятником. Вообще, странный какой–то тип: элегантный
