тут же объявился с ехидным вопросом:
— И зачем ты так беззащитную невинную женщину! Как же она теперь…
— Ничего с ней не будет! — огрызнулась Марго. — Это простая пугалочка. Через час развеется. Лучше бы помог, чем задавать глупые вопросы.
— Как?
— Оттащи ее от дверей и придержи. А я попробую добыть еды.
— Ты что? Я надорвусь! Не потащу. Вон она какая здоровая…
— Казик, — Марго почти шипела, — не зли меня. Я сейчас шуток не понимаю…
— Страсти какие…
И тут раздался вопль, по мощности сравнимый лишь с воем корабельной сирены:
— Люди добрые! Вы только посмотрите, что эта ведьма со мной сделала! Да я ее сейчас!
Мадам наконец-то узрела свои руки.
— Казик! — уже вслух прокричала Марго. — Быстро!
— Слушаюсь и повинуюсь!
Фамильяр скользнул из кулона наружу, отодвинул девушку себе в тыл, на миг застыл, оценивая габариты голосящей бабы, потом подрос, раздался в ширь, принял похожий окрас, а сверху добавил для колорита бородавок. После напялил на себя очаровательную улыбку и выдал:
— Мадам, вы так прекрасны. Из нас получится такая пара! Позвольте пригласить вас на танец?
Женщина сдавленно хрюкнула, закатила глазки и тихо сползла на пол по стеночке.
— Ну вот, — Казик довольно потер руки, — и тащить не пришлось. — Потом обернулся к Марго и склонился в дурашливом поклоне, теряя по ходу окрас и бородавки: — Леди, задание выполнено. Вход свободен. Прошу…
— Шут, — процедила Марго еле слышно.
Потом ведьмочка, ничуть не стесняясь, задрала юбку, перешагнула тушу, закупорившую проход, и оказалась внутри трактира.
Мешать ей никто не рискнул.
* * *
Марго прошествовала к стойке и сказала громко, так чтобы это слышали все:
— Мне пудинг, кофе и штрудель. С собой! В этом гадюшнике я не собираюсь есть!
У подавальщика если и были возражения, то он их оставил при себе. Бедный работник, едва не закатывая глаза от страха, пролепетал:
— Все будет сделано в лучшем виде, — запнулся и через силу выдавил, — леди.
Тут же замелькали проворные руки собирая заказ. Это Марго вполне устроило. Никаких особых гадостей от подавальщика она не ожидала. Правда, вдруг вспомнила о монете, оставленной накануне в залог. А потому постучала по стойке, привлекая внимания.
— И да, у за вами должок — один сантим. Зачтите в счет оплаты. А за посудой потом придете сами, в номер!
Кулек был собран в рекордные сроки и торопливо водружен на столешницу. Рядом поставили большую чашку. После чего работник шарахнулся от Марго, как от прокаженной.
— Не могу сказать, что я довольна, — сварливо произнесла ведьмочка, — но так и быть, сегодня никого больше в жабу превращать не стану. — Она обвела зал строгим взглядом и повторила: — Сегодня! Но если вы еще хоть раз…
В трактире повисло тягостное молчание. Дамы пребывали в обмороке практически поголовно. Марго не договорила, подхватила свой завтрак, перешагнула через тело в проходе, стараясь не расплескать напиток, и удалилась, бросив напоследок:
— Пойдемте, Казимир, нам нечего здесь делать! Нас здесь не любят!
* * *
Лишь в номере она швырнула кулек на стол, гулко бухнула по столешнице кружкой и бросилась на кровать. А там уже разревелась белугой. Казик остался в стороне. Успокаивать рыдающих девиц он не умел.
Зато от шума проснулся Бэрримор, дремавший на коврике в углу. Он тут же запрыгнул к хозяйке, принялся громко мурчать и ластиться — тереться об ноги, цепляя колючками то юбку, то колготки.
И слезы Марго как-то сразу иссякли. Ну как тут плакать, когда рядом помесь кота и кактуса жалеет тебя и требует ласки.
— Бэрричка, — рассмеялась она сквозь всхлипывания, — какой ты у меня замечательный.
Девушка протянула ладонь, прикидывая, как бы так погладить фамильяра, чтобы не уколоться, но быстро сдалась. Никак! Бэрримор был колючим со всех сторон. И она вздохнула:
— Но нам с тобой что-то надо делать…
Бэрримор и не думал спорить, он завалился на спинку и замурчал еще громче.
— Ладно, — Марго последний раз всхлипнула, вытерла ладонью глаза и встала, — видимо здесь мы работу не найдем…
— И что? — Тут же встрепенулся Казик.
— Ничего! — она достала из пакета яблочный пирог, откусила от него, запила кофе и, не успев прожевать, оповестила: — Пойду работать к лорду. Платят там хорошо. Работа не пыльная…
Казик затаился, боясь сглазить. Марго доела штрудель в три укуса, сполоснула руки и спросила:
— Где там визитка поверенного?
Глава 9
Марго поступает на службу
Казик молча протянул ей помпезную черную карточку. Марго практически выдернула ее из пальцев фамильяра и рванула к телефону. Быстрее, пока не изменила решение, пока не передумала. На самом деле у нее было три варианта действий. Она могла уехать из Аратина в другой город. Могла вернуться домой. Могла пойти на работу к лорду Орчей.
Наверное, этих самых могла было куда больше, только ведьмочка сейчас кипела злостью на темных местных обывателей и здраво рассуждать не пыталась. А потому выбрала самый простой вариант, способный утешить ее ущемленное самолюбие.
Диск телефона слегка поскрипывал под нервными пальцами. В трубке что-то загадочно шелестело. Марго вообще каждый раз с трепетом замирала от мысли, что этот аппарат работал без капли магии. И как работал! Чудо техники, одним словом.
Лишь раздались гудки Марго затаила дыхание, моля про себя всех богов о благосклонности к ее малюсеньким земным проблемам. На этот раз боги оказались милосердны и вняли ее мольбам. Трубку подняли почти сразу.
Знакомый мужской голос на том конце произнес:
— Леди Маргарет, это вы? Рад вас слышать.
Марго подавилась заготовленным приветствием и выпалила:
— Но откуда вы знаете?
— Магия! — сказали на том конце.
Ответ поставил девушку в тупик. Какая магия? Ведь всем известно, что даром волшебства наделены только женщины — ведьмы. Мужчины милостью небес не отмечены.
— Магия? — Переспросила она осторожно.
— Оооо, — на том конце раздался довольный смех. — Не нужно так пугаться. Я пошутил. Все просто. Мне только что позвонили из вашей гостиницы, рассказали о, э-э-э… незначительном происшествии в трактире.
— А-а-а-а… — С облегчением выдохнула Марго.
А сэр сэр Харди продолжил:
— И предупредили, что вы у мадам Лилит скупили все приворотное зелье и грозите околдовать всех мужчин Аратина.
Здесь уже
