Цветущей в Ночи, которая традиционно скривила носик, но взяла и фыркнув надела. Для меня размерчик был маловат, даже на голое тело, поэтому сразу отправил в криптор. Поножи брать не стал. Они имели чисто декоративную функцию, мялись при обычных ударах ног, и отлично пробились выстрелом Дефендера.
Стоило мне раздеть трупы и закинуть трофей в криптор, как на нас выскочило нечто…
— Рыба. Какого червя это за штука? — проорал я, обращаясь к рыбообразной, как к специалисту по водным тварям.
— Это рглуусгл.
— Меня интересует, что она здесь делает? — задал я уточняющий вопрос и одёрнул подругу, а в то место, где она была секунду назад ударил кончик хваста.
Водная ящерица, покрытая роговыми пластинами, с огромным перепончатыми лапами и массивным длинным хвостом, приспособленным для плавания под водой, зло зашипела и бросилась на здоровяка, который приложил её огненной руной, выбив сноп искр и наполнив воздух запахом гари. Что делает этот, который трудно произносимый, в пещере, посреди обмороженной горной местности? Ему-бы в тёплом болоте обитать и на местных водоплавающих ужас наводить, а не жабры среди обындевелых камней морозить.
Я прыгал вокруг здоровенной, метров в шесть ящерицы, явно не приспособленной для жизни вне воды. Только это и спасало нас от перекуса пополам или переломов всех костей разом, при ударе мощного хвоста. Очень напоминала ту рептилию, в логове которой мы прятались от наблюдения с воздуха, только эта была покрыта массивной бронёй, которую Дефендер не пробивал и мне приходилось проявлять чудеса прицеливания, чтобы пробить по стыкам пластин и открытым местам. Нимфея отправлял свои огненный стрелы из сердца героя, а наша главная огневая и силовая мощь, прыгал вокруг, используя целую кучу всего, от льда, до острых шипов, выскакивающих из под земли.
Стоило нам навалившись толпой, и прибить зверя, к нам побежали ещё две девки с серпами. Они появились дальше, поэтому я успел выстрелить обеим в голову по два раза. Тела по инерции покатились и свалились с края неширокой дорожки, по которой мы поднимались к пещере. Было очень жаль ещё пары броне-юбок, но в такой спешке лезть за ними точно не надо, да и не было возможности. Второй рглуусгл, только покрупнее, начал преследование из глубины прохода. Мы не побежали назад, а наоборот рванулись вперёд к к краю входа в пещеру и полезли вверх по камням. Чудовища приспособлены для воды и плаванию в болоте, лезло по склону не очень. Здесь мы его зашвыряли камнями, а здоровяк дожёг рунами.
Всё это время, пока мы воевали с местными чудовищами, медведь с отрешённой мордой наблюдал за моими прыжками звал меня посетить столь замечательное убежище. На мой ментальный посыл, что там есть какие-то чудовища и ужасы, откровенно недоумевал. Плешивый не понимал, чего мы застряли и был уверен, что ни врагов не еды в отличном месте для днёвки нет и даже нервничал, рассчитывая на угощение из моего криптора, а я по неизвестной причине застрял на входе. Просто возмутительно и безобразие, когда медвегрызы не кормлены.
Оставив своих на скале, решил спуститься к Плешивому. Здоровяк и Нимфея брались меня подстраховать, если что. Из глубины пещеры на меня бежала девка в ярком клоунском парике сиреневого и флюоресцентно-зелёного цвета. На ней был минималистичный купальник в таких же цветах, едва прикрывающий грудь и причинное место. На ногах разноцветные туфли с громадным каблуком и платформой. Через лицо была надета повязка, закрывающая один отсутствующий глаз, а второй глаз говорил о том, что выпила клоунесса изрядно. Она вопила и пыталась запугать меня до смерти с помощью подушки-пердушки.
— Понятно. Ну допустим, — кивнул я и выстрелил работнице прекрасного в голову.
Парик снесло вместе с половиной головы, а она грохнулась на спину плашмя, совсем по некультурному раскинув руки и ноги.
Я прекрасно помню эту девицу. В очередном богом забытом астероидном поясе, который мы чистили от азур тварей, нас позвали на праздник, проходивший на скромном типовом Орбитале. Это был единый День Рождения. Орбитал был не из богатых, и жители договорились, что день рождения празднуют вместе, сообща собирая на угощения и объявляя общий выходной. По местным меркам мы были настоящими богачами, а небольшая сумма кредитов и некоторые запасы не положенной по штату еды с тральщика и личные запасы спиртного, отданные на общий стол, привели местных в восторг. Мы получили приглашение посетить праздник без возможности отказаться.
Праздник был совмещен для всех возрастов. Вначале была детская программа. Я сразу приметил одну клоуншу, в обвислом балахоне и с повязкой, скрывающей потерянный глаз. Её выделяли тупые и даже для детей не смешные шутки, но шума и воплей от неё было много, и детям нравилось.
Детская часть праздника была завершена и малых растащили по жилмодам, отправив спать, на столах появилось спиртное, а клоунши сменили свои наряды с яркого балахона на очень скупые на материал и нескромные купальники. Репертуар шуток тоже сменился на очень взрослые. Концертная программа была рассчитана уже на совсем взрослую публику и большое количество спиртного. Кстати, клоунессы могли развлечь не только веселыми шутками, но и сольными номерами, которые исполнялись в жилом модуле индивидуально и разуметься за дополнительную плату. О чём труженицы прекрасного очень прямо и без изысков постоянно намекали.
Она бесила страшно. Я реально боялся, что одноглазая клоунша обратит на меня внимание, подбежит, и будет полвечера бегать со своей штуковиной вокруг и вопить несвязные и несмешные шутки. Вот тогда точно придётся дать по роже и надо быть очень осторожным, чтобы не лишить обдолбанную клоунессу последнего глаза. Жутко пьяная и одетая в максимально яркий и ничего не скрывающий купальник и башмаки на огромной платформе, она бегала между столами пьянствующих работяг и пугала всех громким звуком из специального приспособления, имитирующего выход газов из организма.
В Единстве большинство людей практичны и наверняка боялись червей, теневых тварей, нападения с воздуха крупных Дрейков и хищников со звёздной кровью. Боялись соплеменников и представителей других народов, которые могли убить ради звёздной крови или сделать трелями. В отличие от местных у меня были и другие страхи. Я действительно боялся этой обдолбанной и полуголой девки с подушкой-пердушкой и действительно переживал, что именно меня она приметит главной целью и будет весь вечер бегать около нашего стола со своим ужасающим предметом пыток, заглушая пьяное ржание окружающих, громкими и специфичными звуками.
Благодаря моему импланту дело со страхами у меня обстояло не так, как у всех. К крикам тварей Грани, выпрыгивающим из разрывов пространства, привыкнуть невозможно. Любой без
