исходом… нелегко смириться.
Вампиресса отвернулась, но я успел заметить, как дрогнули от обиды её губы. Видимо, ещё не отболело. Вот откуда печаль в глазах, участие в голосе.
Девушка наклонилась, сорвала с пышного куста белый цветок, коснулась лепестков невесомым поцелуем.
— Мне жаль.
— И мне жаль, граф. Потому хотела сказать: когда Николь насытится вами и выйдет замуж за чистокровного, вы можете рассчитывать на мою дружбу и поддержку, — графиня сжала полураскрывшийся бутон в пальцах и выбросила его скомканное подобие на землю.
Вот так кто-то перешагнул через её чувства и однажды, может статься, перешагнет через мои.
— Спасибо, Шарлотта, — решил не отказываться от заманчивого предложения.
Кто знает, как жизнь повернётся, а рыжеволосая бессмертная уже один раз выручила из беды. Разговор вошёл в то доверительное русло, когда проглоченное «леди» не казалось неуместным.
Хозяйка особняка улыбнулась и кивнула.
Некоторое время мы молча прогуливались, любуясь ясной ночью, и я не заметил, как спутница отстала. Зацепившись длинной накидкой за розовый куст, графиня зашипела себе под нос. Я обернулся, чтобы помочь, но вампиресса справилась сама и поспешила нагнать меня.
Шорох гравия, лодыжка, неудачно выскользнувшая из шёлковой туфельки, короткий испуг, мелькнувший на лице графини Сен Клэр…
Реакции обострились, и я сам не понял, как оказался рядом, чтобы поймать потерявшую равновесие спутницу в свои объятия. Вампиресса зашипела от боли, вцепившись в мои плечи. Глаза сверкнули алым — я уже знал, что боль, как и сильные эмоции, провоцирует зверя.
— Как вы, графиня? — склонился, поддерживая её.
Шарлотта быстро взяла себя в руки, не позволив второй сущности обрести власть. Постаралась наступить пострадавшей ногой, но тут же поморщилась от неприятных ощущений.
— Нужна помощь, Маркус, — попросила она, смутившись и заглянув в глаза.
Я кивнул и бережно поднял её на руки, перенёс к журчавшему фонтану и усадил на каменную скамью возле него. Леди Сен Клэр могла похвастаться точёной фигуркой, какой позавидовали бы даже красавицы Манополиса, и с новообретённой силой оказалась лёгкой.
Скинув злосчастную туфельку, Шарлотта поставила изящную стопу на холодный камень, потёрла ладонью и снова сморщила носик от боли.
— Заживёт, конечно, но лучше показаться лекарям, — вздохнула она. — Если что-то порвалось, срастётся, но не факт, что правильно. Вы меня очень обяжете, граф, если выручите в последний раз.
Учитывая, скольким я был обязан хозяйке, отнести её к лекарям казалось сущим пустяком. Графиня ойкнула, опять оказавшись в моих руках, и обняла за шею, чтобы не упасть. Пахла леди Шарлотта чем-то ненавязчивым, но одурительно сладким, может, фрезией с нотками персика.
— Нам в северное крыло, — мурлыкнула она.
Хитрющие зелёные глаза заставили вернуться в реальность и вежливо улыбнуться.
Я отнёс вампирессу в указанные покои, где ей тут же занялись лекари и слуги. Расстались мы, как подобает аристократам: я пожелал графине скорейшего выздоровления и спокойного сна, она поблагодарила за помощь и сосредоточилась на пострадавшей ноге.
Я вышел в галереи с лёгким сердцем и отправился к себе, насвистывая популярную в Манополисе мелодию — тонкую ниточку, всё ещё связывавшую меня с родным домом.
Глава 6
Вздохнув, Николь встала из-за стола и потянулась, разминая застывшие мышцы и связки. Приходилось признать, что она перебрала всю полезную литературу в библиотеке Шарлотты, но так и не преуспела в своих поисках.
Странное дело, с момента перемещения в Дракард к ней возвращались знания о мире, его устройстве и сущности вампиров, стоило прикоснуться к книгам на родном языке, как же от неё могла укрыться такая важная деталь про обращение?
По понятным причинам Шарлотта не стала предлагать ей посещать занятия вместе с Марком, но маркиза навёрстывала упущенное в читальном зале.
Ответов на самый животрепещущий вопрос она, конечно же, не нашла, зато восстановила информацию о многом другом. Как ей казалось, о том, что знала с детства и что вырвали из неё вместе с похищенными воспоминаниями.
Попросив Нору вернуть оставшиеся книги на законное место, маркиза прошлась по покоям. Рассеянная после встречи с графом служанка собирала дрожащими руками рассыпанные по полу фолианты.
На всех женщин, что ли, он так влияет?
Николь тряхнула волосами, почувствовав болезненный укол ревности.
Несмотря на то, что она с завидным упорством избегала Марка всю неделю, её задевало, что он так поздно вспомнил о ней. Успел подружиться и с Шарлоттой, и с Равией, а о ней словно забыл!
Тем большей неожиданностью оказался его настойчивый вечерний визит.
Вампиресса злилась на себя, поскольку понимала, что поступила, как маленькая девочка: спряталась за спиной служанки. И всё-таки ничего не могла поделать с собой, несколько ночей заминки не вселили ясности в мысли, и девушку, как и прежде, раздирали противоречивые чувства и желания.
В одном Марк оставался прав: уклоняться от встреч с ним — не выход.
Распустив густые светлые локоны и прокрутившись у зеркала дольше положенного, Николь вздохнула и вышла в галерею. Руки дрожали от волнения, поэтому маркиза сплела пальцы на животе, выпрямила спину и подняла подбородок, настраиваясь на непростой разговор.
К её удивлению, ни в спальне, ни в малой гостиной Кросса не оказалось. Тренировки и занятия закончились, и, пребывая в лёгком замешательстве, Николь решила пройтись по галерее, подышать сладким летним воздухом и подумать.
Ей почти удалось упорядочить мысли, когда внимание привлекли знакомые голоса в саду. Припав к колонне, державшей одну из многочисленных арок, Николь сама очень захотела, чтобы её поддержали.
Как ни в чем не бывало Марк прогуливался в компании её дражайшей подружки, убеждавшей, что благовоспитанной леди не престало оставаться наедине с обращённым мужчиной. Не говоря уже о том, как выглядела рыжеволосая вампиресса!
Да когда Шарлотта застала их в спальне Кросса, Николь и то была более одета!
Ощутив, как зверь шевельнулся в груди, маркиза Бертье впилась пальчиками в каменное заграждение, закусила губу. С момента обращения Марка что-то изменилось. Если раньше её тёмная часть боялась и ненавидела мужчину, то теперь, увидев его животную суть, тянулась к ней, как сумасшедшая.
Николь потёрла виски холодными кончиками пальцев.
Как будто ей не хватало собственного сумасшедшего притяжения к мужчине, который не мог ей принадлежать и который… Держал в объятиях другую — полуобнажённую в призывном алом платье, с такой же призывной улыбкой на губах.
Вампирессе захотелось удушить подругу собственными руками.
Шарлотта всё считала игрой и едва ли понимала, какую боль причиняла Николь, увиваясь вокруг её любимого. Губы дрогнули, когда Кросс легко, как пушинку, поднял бесстыдницу на руки. Разумная часть вопила отвернуться, а лучше уйти и не видеть, чем закончится поздняя
