лет тому назад, теперь обладают мировым именем. Их портреты известны всем. Burliuk и Marussia «в последний момент» хотят собрать малейшие крохи о них, об их жизни, сфотографировать, зарисовать, побывать в стенах их былых жилищ.
Frederik Serret оживляется и говорит, что он помнит, где жила M-me Ginoix.
Род их до сих пор обитает на улице Mirielle, поблизости.
Frederik Serret догоняет нас:
«Вот на этом месте Van Gogh написал „Старую мельницу“, тогда не было этих акаций и каменной ограды, смотрите, там, на горизонте, хорошо виден Montmajour и горы; на них выпал снег, потому такой холодный ветер».
С моста, на котором стоят Burliuk и Marussia, видны пути железной дороги, туннель и на скалистом обрыве старинная церковь.
«Вглядитесь пристальней, и вы увидите в стене обрыва гроба́ древнего кладбища, два таких я имею в моём доме, и моя жена стирает в них бельё…».
Художник, работающий в различных местностях на мотиве, всегда окружён любопытными.
Этот контакт с внешним миром подчас является проблемой. Памятно: будучи в 1947 году в феврале и марте в Мексике, Burliuk хотел зарисовать акварелью старинный собор: сооружение Кортеса{81} в первой половине XVI века, но надежду на длительную работу скоро пришлось оставить.
В. Ван Гог. Алискамп. Ноябрь 1888
Множество подростков, не обращая никакого внимания на работу художника, не проявляя никакого художественного интереса, безостановочно атаковали Burliuk'а и Marussia, желая чистить уже сияющие лаком башмаки.
Подростки стояли перед нами плотной толпой, заслоняя вид собора.
Burliuk писал в Японии, в штатах Америки, в России, Сибири.
О Франции надо сказать, что труд художника здесь обычно привлекает мало внимания. Всегда любезные и деликатные французы относятся предупредительно, предлагают стул, охотно разговаривают, не тяготясь трудностью беседы с иностранцем.
В. Ван Гог. Алискамп, осенний листопад. Ноябрь 1888
Во многих странах дети для художника могут стать препятствием к работе, их глумливость, назойливость действуют на нервы: девочка десяти, одиннадцати лет выдувает китайского змея, норовя попасть в щёку художника, или мальчик в присутствии родителей играет, подбрасывая песок перед мольбертом, на котором стоит сырая картина мастера. В Америке шалости детей останавливать не принято.
Художник нервничает: свет уходит, его работа не ла дится, она требует полного сосредоточения, и горе труженику кисти, если он поддастся чувству раздражи тельности.
В Мексике два подростка лет 15 стоят боком к художнику и с азартом дикарей вертят на верёвках железные гайки… И это только единичные примеры.
За пятьдесят лет работы на воздухе в городах и деревнях трёх континентов было множество «внешних» трудностей.
Арль. Алискамп. Почтовая карточка
Художник должен терпеть, быть безразличным и занятым своим искусством.
Во Франции, как показал первый месяц работы в Arles, дети ведут себя чинно и дисциплинированно.
XIII письмо книги
28 октября 1949 года
Родные голоса наших друзей.
As I seat here and write — I am looking out of the window: all is fire and gold — and cries for David’s brush. It seems a last magnificent effort of nature before it goes to sleeps and dreams of spring and birds to sing a new and glorious awakening.
I miss you, my sweet Marussia — your sweet and kindly understanding has given me many times new courage to live. And I hope David will find a new incentive and life for his great Art — both you must find the fulfillments of a dream came true[49].
Ria Rippenbein{82}
Я так обрадовалась вашему решению остановиться некоторое время в Cagnes и написать здешние виды. Так буду рада, когда вы придете, и услышу спокойный тихий голос милой Маруси и Burliuk'а философский юмор.
Лиза Григорьева{83}
Как чувствовали себя на пароходе?
Меня всегда радовало, когда я узнавала о ваших путешествиях и с удовольствием читала очерки в газете «Русский Голос»{84}, подробное описание вашей поездки по Мексике, Флориде, Калифорнии и думала: всегда вместе… летают по тёплым краям в зимнюю пору. Я часто вспоминаю Париж, когда-то и я со своей семьёй прожила в нём около двух лет. Побывала несколько раз в Версале и даже в Фонтенбло, чтобы посмотреть на грамоту «Отречение Наполеона», на его спальню. В парке в пруду полюбовалась на трёхсотлетних карасей, играющих с большим куском булки, как в футбол, который бросают им посетители парка. Счастливый путь в дальнейшем путешествии и — быть здоровыми.
Анастасия Белокопытова{85}
Последняя страница письма Е. Григорьевой Бурлюкам от 30 ноября 1948 г.
Стоит очень тёплая погода, это нам экономит горючее. Не идёт в трубу. Отдыхайте, мы ждём вас, надеюсь, что книга будет успешна.
Давидок
6 часов вечера. Днём Burliuk писал ночного сторожа нашей гостиницы Forum, Louis Turner’а, 55-летнего человечка. Выпив два стакана красного вина, человечек заснул. Уже три дня дует мистраль, и мы сидим в нашей большой комнате в пальто.
Мистраль, если не остановится через три дня, то будет буйствовать шесть, а если не прекратится, то девять дней. Все, улыбаясь, говорят: «Мистраль всегда так: три, шесть, девять».
Все, писавшие о Van Gogh’е в романах, основанных ли на канве жизни художника, как Just For Life by Irving Stone[50], или же в каталогах бесчисленных выставок его произведений всегда говорят о мистрале, от которого страдают местные жители и который часто мешал художнику писать этюды.
Климат района не узнаешь, пока лично не побываешь в описываемой местности.
Часто случается неувязка с приездом Гогена к своему приятелю Van Gogh’у в Arles.
Charles Terrasse говорит, что Gauguin приехал сюда в октябре{86}.
Подсолнухи в Arles в октябре уже не цветут.
Упомянутый Charles Terrasse говорит, что Van Gogh по приезде в середине февраля 1888 года поселился в меблированном доме на rue de la Cavalerie. Стоун поселяет художника в Hôtel de la Gare на Place Lamartine{87}.
В. Ван Гог. Портрет Армана Рулена.
Ноябрь — декабрь 1888
Дом Van Gogh’а Charles Terrasse даётся под адресом № 2 Place Lamartine.
Van Gogh писал в Arles с февраля по конец декабря того
