работа. Все нормально. Ты сделал нужные реверансы, успокоил совесть.
Стетсону удалось выдавить кривую улыбку.
– Проблема в том, что мы в отчаянном положении и времени очень мало.
– Звучит знакомо, – сказал Орн. – Но я не уверен, что хочу играть в старые игры. Что у тебя на уме?
Стетсон пожал плечами.
– Ну… раз ты все равно будешь гостить у Буллонов, мы подумали… в общем, мы подозреваем, что Ипскотт Буллон плетет заговор с целью захвата правительства, и если ты…
– Что значит захвата правительства? – перебил Орн. – Верховный комиссар Галактики – и есть правительство, согласно Конституции и решению Ассамблеи, которая его избрала.
– Не в том смысле.
– А в каком тогда?
– Орн, возможно, у нас на руках внутренний конфликт, который может вылиться в новую Рубежную войну. Мы считаем, что у его истоков стоит Буллон, – сказал Стетсон. – Мы обнаружили восемьдесят одну подозрительную планету – все из старой проверенной гвардии, которая уже многие века состоит в Галактической лиге. И у нас есть основания полагать, что на каждой из этих проклятых планет орудует банда предателей, поклявшихся свергнуть власть Лиги. Даже на твоей родной планете – Чаргоне.
– На Чаргоне? – Весь облик Орна выражал недоверие.
– Могу повторить.
Орн покачал головой.
– А чего ты от меня хочешь? Чтобы я вернулся выздоравливать домой? Я там с семнадцати лет не был, Стет. Не уверен, что…
– Да нет, чтоб тебя! Ты нам нужен дома у Буллонов. И, кстати, ты не мог бы объяснить, как они оказались твоими экстренными контактами?
– Знаешь, это очень странно, – сказал Орн с задумчивой отстраненностью. – Сколько в КИ ходило банальных шуточек про старого Выскочку Ипскотта… и тут я узнаю, что его жена и моя мать учились вместе – даже были соседками по общежитию, во имя всего святого!
– Твоя мать об этом ни разу не упоминала?
– Насколько я помню, не всплывало вообще.
– А с ним самим ты уже знаком?
– Пару раз он привозил жену в госпиталь. Показался мне приятным дядькой, хоть и немного чопорным.
Стетсон задумчиво сжал губы, перевел взгляд на юго-запад, потом обратно на Орна.
– Любой школьник знает, как натийцы и маракская лига сражались в Рубежных войнах – как развалилась прежняя цивилизация. Теперь, когда маракская лига стала Галактической, а мы начали потихоньку собирать осколки, все это кажется далеким прошлым.
– Пять веков – срок немалый, – сказал Орн. – Уж извини за банальность.
– Может статься, все это было не далее как вчера. – Стетсон кашлянул и внимательно посмотрел на Орна.
Тот спросил себя, почему Стетсон действует так опасливо. На что он намекал, говоря про натийцев и маракцев? В глубине души его что-то тревожило. Зачем заговорил про доверие?
Стетсон вздохнул и отвел взгляд.
– Ты сказал, что доверяешь мне, – прервал молчание Орн. – Почему? Этот потенциальный заговор как-то связан с КИ?
– Мы так полагаем, – сказал Стетсон.
– Почему?
– Где-то с год назад команда археологов из ПП копалась в развалинах на Даби. Те места почти сровняли с землей в ходе военных действий, но целому банку записей с натийского аванпоста удалось уцелеть.
Он искоса посмотрел на Орна.
– И что? – спросил тот, когда молчание снова затянулось.
Стетсон кивнул, будто бы сам себе, и продолжил:
– ПэПэшники не сумели разобраться в своем открытии – тут ничего удивительного – и вызвали криптоаналитика из КИ. Он взломал сложный шифр, которым были сделаны записи. А потом, когда то, что он читал, начало обретать смысл, нажал на экстренную кнопку, не давая знать ПП.
– Из-за чего-то, что натийцы написали пять сотен лет назад?
Стетсон вскинул набрякшие веки, перестав скрывать холодный, пронзительный взгляд.
– Даби была перевалочным пунктом для избранных членов влиятельнейших натийских семей, – сказал он.
– Перевалочным пунктом? – озадаченно переспросил Орн.
– Для подготовки беженцев, – пояснил Стетсон. – Известная уловка. Такая же старая, как…
– Но пятьсот лет, Стет!
– Да плевать, хоть пять тысяч! – сорвался Стетсон. – В прошлом месяце мы перехватили обрывки послания, написанного тем же кодом. Какая самоуверенность, только подумай! Ты бы не поразился? – Он тряхнул головой. – И во всех обрывках, которые нам удалось перехватить, речь идет о ближайших выборах!
Орн почувствовал, что головоломка Стетсона затягивает его, волнует воображение, заставляет снова думать как натасканный следователь из КИ – любой ценой необходимо предотвратить новую Рубежную войну.
– Предстоящие выборы очень важны, – сказал Стетсон.
– Но до них всего два дня! – возразил Орн.
Стетсон коснулся датчика времени у себя на виске, помедлил, налаживая хроносинх.
– Если точнее, сорок два часа и пятьдесят минут. Вот уж дедлайн так дедлайн.
– В записях Даби фигурировали какие-нибудь имена? – спросил Орн.
Стетсон кивнул.
– Да, названия планет. И фамилии, но их зашифровали какой-то новой кодовой системой, которую мы пока не взломали и, возможно, не взломаем вообще. Она слишком простая.
– В каком смысле «слишком простая»?
– Кодовые имена, очевидно, имеют какое-то внутринатийское культурное значение. Мы можем перевести записи Даби в слова, но каким образом эти слова соотносятся с кодовыми именами – выше нашего понимания. Например, кодовое имя для Чаргона – Победитель. Есть идеи, почему?
Орн покачал головой.
– Нет.
– Вот и я так подумал, – сказал Стетсон.
– А у Марака какое кодовое имя? – спросил Орн.
– Голова. Может, это как-то связано с Буллоном?
– Ясно. Но тогда как…
– Они наверняка уже все равно их поменяли, – сказал Стетсон.
– Необязательно. Шифровальную систему ведь не поменяли. – Орн тряхнул головой, пытаясь ухватить мысль, которая мерцала где-то рядом, прямо за чертой сознания, но она не давалась. Он вдруг ощутил, что совсем обессилел от напряжения, с которым слушал осторожный рассказ Стетсона о заговоре.
– Ты прав, – пробормотал Стетсон. – Тогда мы продолжим ими заниматься. Может, что-нибудь и всплывет.
– Какие у вас есть зацепки? – спросил Орн. Он был уверен, что Стетсон еще не раскрыл какую-то критически важную деталь.
– Зацепки? Мы зарылись в книжки по истории. Если им верить, натийцы были виртуозами политических игр. Записи с Даби сообщили нам пару-тройку фактов – как раз достаточно, чтобы раздразнить и сбить с толку.
– Например?
– Натийцы выбирали, куда внедрить своих подсадных беженцев, дьявольски тщательно. Каждая из этих планет была настолько истерзана войнами, что местные жители просто хотели восстановиться и забыть о насилии. Указания, данные натийским семьям, были предельно ясны – окопаться, впитать приемную культуру, разработать политические слабые места, создать подпольную организацию, подготовить своих потомков к захвату власти.
– Эти натийцы, похоже, необычайно терпеливый народ.
– С какой стороны ни посмотри. Они взялись подкапывать изнутри, чтобы обернуть поражение в победу.
– Напомни-ка мне, что у них за история, – сказал Орн.
– Первая волна людей прибыла с Натии II. В их собственной
