— Отпусти, — со злостью потребовала она. Вместо ответа он опрокинул ее на песок и склонился над ней. Руки Кристины взлетели, чтобы оттолкнуть его, но силы были неравны. Он перехватил ее ладони, прижал к песку и теперь склонялся к ней все ниже. Его глаза пылали.
— Прекрасно. Не рассказывай. Покажи, — грубо приказал Люк.
Она следила за приближением его губ. Кажется, прошла вечность. Дыхание срывалось. Все тело вибрировало. В глазах расплылось, и она не сумела держать их открытыми, когда его губы коснулись ее. Слегка застонав, Кристина поддалась их сладкой агрессии.
Нет, это больше чем агрессия. Это вихрь, ураган. К тому моменту, когда он поднял голову, Кристина уже плавилась податливым воском. Медленно открыв глаза, она посмотрела ему в лицо. На нем застыла мука. Кристину это смертельно поразило.
— Кто ты? — хрипло спросил он.
Она встряхнула головой, пытаясь собраться с мыслями.
— Разве не моя очередь спрашивать?
Но Люк не слушал. Он бросился целовать ее шею, спускаясь по впадинке к груди, нежную кожу у сгиба локтя. Его рука скользнула под спину, чтобы расстегнуть бикини. В забытьи Кристина выгнулась всем телом. Мокрая полоска материи отлетела в сторону, и она почувствовала кончик его языка на чувствительных бугорках своей груди. У нее вырвался стон.
Его рука обхватила ее за талию, оторвала от песка, и все изгибы мужского тела впечатались в нее словно в расплавленный воск. Освободившиеся руки Кристины обвились вокруг его шеи в крепком объятии. Сейчас уже ее губы жадно искали его рот. Одна нога обвилась вокруг его ноги. Люк хрипло засмеялся.
В какой-то момент он перевернулся навзничь, увлекая ее за собой, и она оказалась на его горячем крепком теле. Сильные руки властно мяли ее бедра. Он засмеялся в испуганные голубые глаза.
— Гори, огонь, гори.
Внезапно Кристина осознала, что нетерпеливые руки освобождают ее от остатков купальника. Она напряглась. В этот момент он искал ее губы, требуя поцелуя.
На мгновение она поддалась этому мощному напору, но затем оттолкнула Люка. До нее вдруг дошло, что он присвоил ее, незаметно и ничем не поделившись взамен, даже ничего не рассказав о себе, а то, что рассказал, всего лишь дымовая завеса. Вдобавок ко всему она припомнила его слова перед отъездом: «в тенистое и уединенное место»!
Рассчитывал ли он совратить ее уже тогда? Не из-за того ли не возражал, когда она отказалась обсуждать принцессу, что сделал ставку на летнее приключение как на надежный способ постоянной добычи информации? Не говоря уже о том, что это не самый неприятный способ, можно и развлечься, и самоутвердиться.
Кристина никогда не позволяла мужчинам брать власть над собой. О, у нее множество знакомых мужчин. Но никогда не хотелось заводить серьезный роман. У ее матери их было слишком много, и все кончались слезами.
Руки Люка напряглись.
— Вернись, — прошептал он.
Но Кристина уже полностью освободилась от наваждения. Она отстранилась от него. После краткого инстинктивного сопротивления Люк не останавливал ее. Он немного полежал на песке, искоса рассматривая ее, затем прикрыл глаза рукой.
Его бронзовая грудь вздымалась и опадала, словно он снова плыл с Кристиной наперегонки. Он даже не пытался скрыть своего сексуального возбуждения. Кристина отвернулась, охваченная стыдом.
— Простите, — с трудом проговорила она. — Мне не следовало…
Он мог рассвирепеть. Люди часто реагируют так на крушение планов. Честно говоря, у него были все основания полагать, что и она в не меньшем возбуждении, и надеяться на логическую развязку.
Но он ограничился сарказмом:
— Вы плаваете в опасных морях, леди. — Немного помолчав, он заговорил спокойнее: — Не смотрите так. Мы оба увлеклись. Оба. Вы понимаете? Все было взаимно.
Кристина покраснела и смущенно оглянулась в поисках лифчика. Люк сел и потянулся к ней. Она непроизвольно отшатнулась от этой мускулистой руки, но он лишь протягивал небольшой клочок материи.
— Вот, — спокойно сказал он. — Вам помочь? Кристина надела лифчик и повернулась к нему спиной. Он молча стряхнул со спины песок и щелкнул застежкой.
— Вот так. Снова в полном порядке.
Беда в том, что она не чувствовала себя в полном порядке. Не чувствовала из-за того слабого внутреннего трепета, который по-прежнему отзывался во всем теле.
Тронув ее за плечо, Люк спокойно сказал:
— Хватит дрожать. Ничего не случилось.
Не оборачиваясь, Кристина прикусила губу. Ничего не случилось? О, с ней случилось. С ним, очевидно, нет, едва момент страсти остался позади. Но она чувствовала себя так, словно погрузилась в магическое зеркало и вышла оттуда преображенной.
Любовь ли это? Конечно, нет. Нет — с человеком, которого она не знает. Нет — с человеком, которому она не верит.
— О Боже, — чуть слышно прошептала она. Люк легко поднялся на ноги и направился к воде, пока она натягивала шорты и майку.
— Я начинаю понимать, почему вы не привыкли к комплиментам, — заметил он.
В привычной одежде Кристина приободрилась. Она осмотрела себя и тщательно отряхнулась от песка. Ей даже удалось улыбнуться.
— Это ни к чему. Сейчас я не в лучшей форме.
Люк обернулся и посмотрел на нее.
— Я не говорю о том, как вы выглядите. Я говорю о том, как вы себя чувствуете — и как себя ведете.
— Я ведь сказала, что сожалею… — напряженно начала она.
Он прервал ее:
— Стараетесь никого к себе не подпускать? Или только меня?
— Я же говорила… Мне досталось немало…
— «Несредних» любовных приключений. Да, вы говорили. Звучит очень разумно, все под контролем. Допускаете ли вы, что однажды больше не сможете контролировать ситуацию?
— Нет, — резко ответила Кристина, хотя именно это подозрение все более крепло в ней, только что преображенной. И терзало ей сердце.
Она посмотрела на Люка. Даже в плавках, с растрепанными ветром волосами, даже разговаривающий таким рассудительным тоном, он был на столько неотразим, что у нее истомно темнело глазах и перехватывало дыхание.
Кристина внезапно догадалась, что такая способность подчинять своей воле людей культивируется годами. Она расправила плечи. Меня он не подчинит, поклялась она. Никогда!
Она пробежались пальцами по волосам и произнесла с предполагаемой легкостью:
— Мне пора возвращаться. По крайней мере если собираюсь сохранить работу…
Люк пристально посмотрел на нее. Его глаза были непроницаемо черны. Он словно заковал свой темперамент в броню.
— Решение окончательное?
Кристина пожала плечами и подхватила туфли
