Ключи оказались от длинного блестящего лимузина с затемненными стеклами. Должно быть, это одна из самых роскошных машин в автопарке отеля. Кристина нахмурилась. Не она ли преследовала ее после побега из кафе Косты? Кто знает… Может ли репортер скандальной хроники, даже преуспевающий, иметь «мерседес» с шофером? Маловероятно. Тем не менее…
— Расходы оплачены? — спросила она, стараясь не показывать своих подозрений.
— Не совсем. — Он распахнул правую дверцу. Кристина не двинулась с места.
— Я не катаюсь на ворованных машинах, — твердо объявила она.
Он засмеялся.
— Неужели похоже, что я украл ее у Майкла?
— У Майкла?
— У шофера. Я… ээ… знаю его.
Она все еще колебалась. Люк взял ее рукой за подбородок.
— Не смотрите так. Он дает мне иногда машину, вот и все. Никогда не встречал девушек, столько раздумывающих из-за пустяков.
Кристина отстранилась от его руки.
— Должно быть, вы очень хорошо знакомы, если он дает такую машину, — сухо сказала она.
Люк сохранял невозмутимость.
— Я действительно очень хорошо знаю его.
Кристина внезапно просветлела. Скандальный хроникер нуждается в информаторах, не так ли? Возможно, шофер — один из них. Следующая мысль смутила ее. Не ожидает ли Люк и от нее подобных услуг?
— Кристина, здесь жарко, — терпеливо сказал он. — Я хочу искупаться, и вы тоже. Садитесь.
От его снисходительного тона Кристина вновь ощутила отпустившее было раздражение. Но так даже легче.
— Нельзя подвергать великодушие человека таким испытаниям, — с жаром заявила она. — Что с ним будет, если… если вы задержитесь слишком долго или… или что-нибудь сломаете?
Кажется, Люка ее слова позабавили. Губы его растянулись в усмешке.
— У него не будет неприятностей.
— Откуда такая уверенность… — начала было она, но он остановил ее самым надежным способом, обняв рукой за обнаженную талию. Слова внезапно застряли у нее в горле.
— Кристина…
Она не могла поднять глаза.
— Да?
— Предоставь заботы о Майкле мне. Садись.
Она подчинилась. Захлопнув дверцу, Люк прошел на водительское место. Глядя прямо перед собой, Кристина сделала заявление:
— Прежде чем мы приедем, хотела бы предупредить, что не собираюсь ничего говорить о принцессе или ее семье.
Она старалась смотреть куда угодно, кроме его лица. Руки на руле выглядят сильными и красивыми, заметила она. А взгляд его глаз ощущается как прикосновение.
Возникло короткое молчание. Затем Люк нервно произнес:
— Меньше всего мне хочется тратить время на разговоры о миссис Астон.
Кристина рискнула бросить на него быстрый взгляд.
— Еще одна встреча вне времени и пространства? — сухо спросила она.
Люк явно оценил удар.
— Признаюсь, я тогда проявил недальновидность. Но на этот раз займусь как следует.
Кристина не спросила, что он имеет в виду. Да и хотелось ли ей это знать? Она чопорно выпрямилась.
— Лишь до тех пор, пока вы будете понимать, что я не собираюсь говорить о моих хозяевах…
— Они вне повестки дня на сегодня, — прервал ее Люк. У нее возникло впечатление, что он снова тихо посмеивается. — Честно говоря, пора отдохнуть.
— Не понимаю, о чем вы говорите.
— Ничего, поймете.
Она прикусила губу. «Отдохнуть» от работы? Значит, он следит за принцессой по обязанности, причем долгими часами? О, как бы хотелось узнать правду… Она молча вздохнула.
Люк явно знал эти места лучше Кристины. Он отвез ее дальше по побережью, где можно поставить автомобиль прямо у песка. Пляж был пуст. Зрелище впечатляло. С узкого въезда открывался вид на бухту. Повсюду виднелись холмы, склоны которых сбегали к морю, а вершины были покрыты каштанами и серебристыми оливковыми рощами. Далеко впереди над зеркалом воды вырастал в небо огромный серый утес. Но на этой стороне бухты пологий склон был покрыт кустарником. Жужжали пчелы, цвели альпийские розы, и воздух был напоен ароматом тмина.
— Как здесь красиво! — выдохнула Кристина. Люк следил за ее реакцией.
— Да, — согласился он, и на губах его появилась усмешка. — Не открыл ли я еще одну вашу слабость?
Кристина вспыхнула.
— Море так чудесно! — как бы извиняясь, проговорила она.
— Не оправдывайтесь. Я уважаю женщин, имеющих вкус в своих слабостях.
Ясно, ее снова дразнят. Но ничего не поделать с румянцем, вспыхивающим на щеках, даже если она восторгает его. Впрочем, меньше всего хочется вызывать восторги Люка-Анри. Ему нет веры.
Однако между ними возникла какая-то сила притяжения — нечто, чего она не ощущала раньше ни с кем. От этого все ее чувства в смятении. Она не позволит себе влюбляться слишком сильно, но… нельзя же оставить свои чувства без анализа. Из чисто познавательного интереса, естественно, — чтобы потом научиться справляться с ними, если такое случится снова.
Здесь ее мысли оборвались. Слишком она честна, чтобы лгать себе. Опомнись! Посмотри только, как далеко зашла с этим таинственным незнакомцем вопреки привычкам или даже природной осторожности!
Будь реалисткой, приказала она себе. Но лишь покачала головой и засмеялась. Люк недоуменно поднял бровь.
— Пустое, — сказала она, все еще смеясь над собой. — Возможно, нужно составить перечень собственных слабостей.
Люк усмехнулся.
— Он окажется довольно жалким.
Она снова рассмеялась, протянув руки к безоблачному небу.
— Трудно не согласиться с вами. Особенно в таком райском уголке. Море — словно магическое зеркало. — Она восторженно повела плечами. — Давайте купаться.
Глаза Люка потеплели. Он с преувеличенным восторгом проникся полетом ее фантазии.
— В магическом зеркале? — подзадорил он. Кристина послала ему взгляд из-под ресниц.
— Готова поспорить, каждый, кто в нем искупается, будет говорить одну правду, — с удовольствием парировала она.
Люк сделал задумчивое лицо.
— Тогда я заготовлю вопросы.
Но Кристина слишком увлеклась собиранием волос в пучок на затылке, чтобы испугаться. Она закрепила волосы парой шпилек и поспешно сняла майку, под которой обнаружился купальник. Люк следил за ней во все глаза.
— Такое впечатление, что вы не плавали несколько недель.
— Пожалуй, несколько дней. — Кристина сбросила туфли и с удовольствием погрузила ноги в песок. — Я убегала вчера, но это впервые после выхода из Афин.
Он поднял брови.
— Вы не купались на «Леди Елене»?
Кристина не собиралась рассказывать, что ей не нравится, как на нее глазеет капитан. Опасения монашки. Однако именно по этой причине ее не очень тянуло купаться.
