кое-что, чем ты займешься, но людей тебе понадобится и того больше… Но и возможностей у тебя будет больше.
- Владыка?
- Я считаю, что вассальные клятвы – пережиток прошлого. Составлю контракт с тобой, как если бы ты был кондотьером из Империи. Но получишь ты и то, что ни одному наемнику не снилось – я позволю тебе вербовать людей по всем нашим землям в свои отряды. Будешь ты отчитываться или передо мной… Ну и перед Урсом, когда он придет в себя.
- Приемлемо – буркнул Бакх, изображая безразличие, хотя сам был готов пританцовывать от радости.
- Сроку тебе будет до конца лета. Набери больше людей… а главное не дай разбрестись тем, что есть.
- Не подведу. И уж точно не буду пытаться использовать в столь важном деле людей, знающихся с бесами.
- Так слухи не врали? – Удивленно уточнил Теодорик - Заигрался, заигрался твой лысый покровитель... Но раз так, теперь он в весьма тепленьком местечке, причем буквально. Я распоряжусь устроить твоим людям достойный ночлег и ужин. Тебя приглашаю в замок, расскажешь, что на самом деле случилось в Арн-Дейле. – Теодорик проводил взглядом Свена, который поглядывал на дорогу, заметив телеги, вероятно, груженые бочками с заветным напитком. – но про искрящийся порошок при бородатых молчок, усек?
Майсфельду все больше казалось, что Хелдор, несмотря на возложенные на его обязанности, все еще был мальчишкой. Смерти он не просто смотрел в глаза – буквально он танцевал с ней, но и это на него повлияло лишь в малой степени. Несмотря на изнуряющие тренировки, что он выдержал в детстве и отрочестве, вопреки лишениям и потерям – он, в сущности, так и не повзрослел. Ведь как повзрослеть, если и детства у него не было?
Сейчас здоровенный детина, что был выше него на несколько вершков, но заметно шире в плечах – злобно дулся, отвернувшись к выходу из зала. На одном плече висел упелянд, вторая его половина болталась заткнутая за пояс, являя миру нижнюю рубаху. Хоть он после тренировки на плацу надел свежую и, похоже, даже новую, с довольно старательно подшитыми рукавами, но где-нибудь в столице явиться в таком виде даже на улице было верхом неприличия. Боги, хорошо, что они не там.
Глаза Лекса, что был при графе, выражали сочувствие к Хелдору, но чуть кривая усмешка лишь убеждала Майсфельда, насколько Хелдор был не прав. За столом, окруженный ворохом бумаг, казначей отважно и увлеченно сражался с числами, время от времени щурясь, ожидая продолжения перепалки. Скрипнула дверь, в зал зашел Халдык, который отправил часовых у дверей прогуляться по этажу, чтобы почем зря не грели уши.
Что могло случиться? Хелдор мог напиться, подраться или, в конце концов, связаться с чьей-нибудь дочуркой благородных кровей? Нет, нет, и нет. Смертельный поединок с обидчиком? Заложил лошадь и доспехи, играя в кости? Снова нет, но оттого ситуация выглядела еще более идиотской. Хелдор злился, словно ребенок, которому не дали пряник. Красные отметины на лице гневно отдавали в синеву, делая картину еще более странной.
- Хелдор. - граф глубоко и судорожно вздохнул – ты слышишь себя?Ты командуешь пятой, ПЯТОЙ частью дружины. Готовишь ополчение. Какое такое отправиться вверх по реке? -Майсфельд уже десять раз пожалел о том, что позвал его пообщаться с первопроходцами.
- Я только что, только что подготовил три сотни новых остолопов – вот этими вот руками – он показал пожелтевшие ладони, которые были истыканы занозами. И горло сорвал, обучая их.Почему я не могу…
- И теперь ты хочешь грести на веслах и браниться с торговцами за пригоршню соли? - Удивился Майсфельд.
- Но… Но… Это … Это все так интересно - Хелдор надулся, как мышь на крупу.
-Ты провозишься почти до конца лета, и право сказать, ты … Проклятье, Хелдор, под твоей рукой здоровенная силища. Жалование, на которое ты мог бы деревню купить….
- Еще б кто продал – буркнул казначей.
- Если бы не разбазаривал его – граф отмахнулся от советника, как от назойливой мухи – а ты хочешь променять это на роль какого-то искателя удачи? Неужели?
- Ваша Светлость? – Вдруг подал голос Лекс – Я могу с ним поговорить, как его прежний учитель.
- Да… Конечно – Граф несколько смутился не только странной просьбе, но и тому, что Лекс вообще о чем-то его попросил.
Лекс, прикинув, что в зале были все «свои» сделал то, от чего бы оторопел любой из прислуги или фрейлин – он весьма бесцеремонно приоткрыл дверь в опочивальню маркграфа и позвал Хелдора на пару слов.
Дверь, тихо скрипнув, закрылась, и телохранитель маркграфа не стал ходить вокруг да около:
- Что, старая игрушка надоела?
- Чего?
- Наигрался в солдатиками, хочешь попускать кораблики?
- Лекс, но…
- Вот что «но»? Потом тебе надоедят кораблики, чем займешься? Фермером станешь? Ремесленником?Откроешь бордель? Уедешь за океан, присоединишься к колонистам?
Над последним Хелдор задумчиво поскреб подбородок – телохранитель Майсфельда прикусил язык, чтобы больше не подавать ему новых идей.
- Неужели тебе не любопытно, Лекс, увидеть, что там в верховьях реки? Неужто сам бы не рванул? -с нескрываемой тоской спросил его бывший подопечный.
Телохранитель судорожно вздохнул:
- Поздно. Слишком поздно Хелдор. У нас у всех есть определенный круг обязанностей, и…
- Интересно, стоило ли они того? – Вдруг спросил Хелдор.
- Либо ты, друг мой, зажрался, либо тебе кто-то сегодня дал палкой по лбу слишком сильно. Вольная жизнь не так хороша. У нас была она, а потом в один момент все рухнуло – смерти, раскол, бегство. Не гневи богов, и цени, что имеешь.
- Лекс, ну сам ведь поним…
- Понимаю. Отлично понимаю. Мне иногда снится, что спускаюсь вниз по реке, к устью, один, на ладье, и ее несут волны. Но что поделать.
- Придется выиграть пару войн, сколотить деньжат, уйти в отставку и собрать экспедицию?
- Боюсь, к этому времени там особо нечего будет исследовать, и люди будут туда сплавляться как к себе домой. Эх, ладно, ступай.
- Надо бы извиниться перед…
- Особо не за что извиняться. Майсфельд тоже тебя понимает, как никто другой, будучи заложником своего положения.
- Он? Заложником?
-
