Знаешь, как он рвался в бой в горах? Из последних сил! Дружинники из «стариков» и приставленные к нему оруженосцы старательно его оттирали во второй ряд.
- Неприятно – покачал головой Хелдор.
- Скажи, что вернешься к своим делам, и дело с концом.
Скрепя сердце, Хелдор согласился. Вдохнул, выдохнул и, открывая дверь, все же решил извиниться – каким невинным ни был вопрос, но вел он себя словно избалованный недоросль, а не командир большого отряда. Однако же…
- Хелдор – первым заговорил Майсфельд - я понимаю, что прошлое лето у тебя прошло в разъездах - и теперь ты изнемогаешь на одном месте, и находиться в это время на одном месте для тебя невыносимо…
- Ваша Светлость – я растроган тем, как хорошо вы меня понимаете, но… Но я справлюсь.
- Конечно справишься – сказал казначей, покусывая трубку - ты и выбранные тобой люди будут головой отвечать за этот груз…
-Что?!
- Мы тишком посоветовались, Хелдор. И я вспомнил фразу, которую ты однажды обронил…
- Я… Я много чего говорил.
- Ты тогда сказал, что приказывать надо людям то, чего они сами хотят.
- Все же… Экспедиция?
- Ну, ты понимаешь, Хелдор, что исследование дельты реки может быть не только увлекательным, но и продолжительным. А мы все хотим, чтобы ты в обозримое время вернулся к своим прямым обязанностям.
- Но вот сопроводить груз в уже разведанный город, с которым мы заключили соглашение – это лишним не будет. - предположил Майсфельд - Вряд ли вам встретятся речные разбойники, но вот в самом городе на товар, действительно, есть кому позариться. А там будет и то, что попытается продать Милош, и товары от гильдий. Туда забредают и поморы, и северяне, и наиболее отчаянные из имперцев, старающиеся продать свой товар втридорога.
- Я тут как раз прикидывал – казначей продолжил мысль – с хорошей охраной не придется гнать струги порожними - вновь отчеканенную медь, некоторое число шлемов, бригантин, а еще немалое число сукна, драгоценностей, пива и того товара, что мы получили от южан лучше не оставлять нескольким десяткам рыбаков, плотников и полудюжине торговцев. Этак мы все это отдадим задарма… Или вообще потеряем людей.
- И… И когда выдвигаемся? – выдавил из себя Хелдор, не веривший своему счастью.
- Дня через два. Там наши, пусть и громко сказано, матросы что-то подсчитали, чтобы на обратном пути был прилив и вам было проще тащиться на кораблях вспять.
- Двух десятков бойцов точно хватит, Хелдор. У нас всего несколько подходящих струг для такого пути.
- Может, однажды получится сделать большой корабль и…
- И на обратном пути его придется переть волоком – разбил его розовые мечты Халдык.
- Да, и правда. Кстати, да, ты отправляешься со мной.
- Какая неожиданность – весело буркнул зеленокожий.
Хелдору едва хватило отведенного времени – нет, он не потратил их на сборы личных вещей. Оставляя своих бойцов, он должен был всячески проинструктировать их, потому как большинство заступало обратно в дозоры, охранения, обходы. Некоторые будут навещать отдаленные деревни, проверяя, как там справляется местное охранение – ну и долю, положенную графу, тоже можно будет забрать. Теперь в лагере и на плацу был лишь необходимый минимум инструкторов, который будет тренировать крестьян, посадских и горожан.
Первой мыслью командира было собрать себе отряд из бойцов, что тогда, на пути в столицу, его выручили. В конце концов, двигаться опять предстоит примерно в ту же сторону, но по реке и не под конвоем, как он сам шутил. Однако, шутки шутками, но хорошие бойцы нужны и городу.
Ивви и Фиону он был вынужден оставить, что называется, на берегу. Других бойцов из бывшего Ордена, как-то Фальда, Белку и Норку – тоже. Поразмыслив, с собой он взял десяток Флеры, чтобы не разбивать их довольно сплоченный отряд, но пики , опять же, пришлось взять короткие, о трех метрах. В качестве усиления к ним пошли неплохо владеющий пикой Трубадур, Конрад с одолженной у Хелдора глефой, и еще Михаэль, из того же отряда, отличившийся в весеннем сражении. Из щитоносцев напросился в путешествие Иверень, хотя Жостин и отпустил сержанта очень неохотно. Не самый умелый, но пообтершийся в боях товарищ прихватил с собой еще троицу подчиненных. Единственным толковым стрелком, не занятым на подготовке ополчения, был Рен – но его уговаривать не пришлось. Свое прошлое он скрывал очень тщательно, но было видно, что такая оседлая жизнь ему явно в новинку и он надеялся развеяться.
Хелдор не хотел брать с собой своего адъютанта, но своими тщательными сборами Крисс поставил его в тупик. Мальчишка старался учесть каждую мелочь, сверялся с пыльным фолиантом о службе пажей, то и дело чихая, с собственным, коряво почерканным списком. Все добро он тщательно упаковывал в один большой узел, чистил кирасу и шлем Хелдора. Вощил ремешки, привел в порядок щит, что добыл в оружейной для себя, подшивал набивняк… Командир считал бы себя последней скотиной, если бы приказал мальцу остаться дома.
Все это время полевой лагерь сворачивался – дружинники перебирались обратно в город. Второй раз сборы проходили быстрее. Ближе к вечеру городским заведениям пришлось с честью выдержать серьезное испытание – помимо обычного наплыва посетителей, почти семь сотен бойцов решили разом прогуляться по кабакам и облегчить кошельки от накопленного жалования. Конечно, командир и раньше позволял отлучки из лагеря в город, но нечасто и не всем сразу…
Кое-где кутеж пошел не по плану, поэтому сейчас Хелдор был еще не в своем любимом заведении, а фирменная похлебка трактира «Под Бревном», старательно приготовленная для него, стыла. На сей раз, к счастью, его никто похищать и везти на казнь не собирался, все было гораздо прозаичней. Командир с почетным сопровождением из стражников прошел в другой конец города, чтобы увидеться с четырьмя своими бойцами у стражников в околотке – физиономии у них были слегка помяты, но целы. За решетку их никто не бросил; ни руки, ни ноги у них связаны не были. Понурые и резко протрезвевшие нарушители общественного порядка в изодранных коттах сидели тут же, на
