class="p1">- Вам так много платят? – Позволил себе нотки зависти один из ребят, но тут же скукожился, сам испугавшись своей «дерзости»
- Не совсем, я не успеваю тратить - честно сказал Хелдор. Из-за доспехов, что смастерил мне Кварт, я бы наверняка ощутимо обеднел, да вот деньги он брать отказался. У меня даже цацки остались непроданные еще с тех пор, как мои труды… гм, были не вполне праведны…
- Вы правда были разбойником? Из-за этого ведь и была дуэль, правильно? – прогудел самый здоровый из десятка.
- Ну если прямо честно, то да, так и было. Наш отряд, хоть и не терял хватки, но был все менее многочисленным и, наверное, где-то уже после Междоусобицы стал вне закона. А может нам просто не повезло в борьбе за власть, и, напротив, мы были бы потомками князя и его личной дружины, как знать…
- Как это? – удивился его собеседник.
- Ну… Я кое-что читал. После той трагедии хозяев не было – кто чего захватить успел, тот и князь, в общем-то. Вот была ваша деревня, друзья, под Арреном. А может ее успел бы захватит Теодорик. Или отец Теодорика – или вообще его дед и оп – мы стали врагами – от последней фразы здоровяк съежился, только что не спрятавшись под стол. – Так что хорошо еще, что все случилось именно так – подытожил Хелдор, глядя на возникающие на столе кружки и еще парочка подносов со снедью – свежий хлеб, мясо, зелень и кое-какие овощи. – Налетайте, тоже вам – махнул рукой Хелдор. Ну так как насчет искупаться?
- Да я в речке сегодня…
- А я в баню в Цитадели ходил…
- Пф, ну ты сравнил, тут тебе бадейка, в нее полотно устелят, а потом побреют, спинку поскребут -почесав затылок, сказал Хелдор – а то чего в Цитадели с мужиками в бане задницами толкаться – подытожил Хелдор, начав пить из кружки, в которую ему подлили немного пенного.
-А что такого? – Нарочито удивленно спросила Флера.
Сначала Хелдор непонимающе вытаращил глаза, потом поняв шутку, начал смеяться, едва не подавившись пивом, и то, противно щекоча, пошло носом. С ним засмеялись и остальные.
- Уф, предупреждать надо - придя в себя, сказал Хелдор – короче говоря, соглашайтесь. Потом дней десять только в реке скрестись, а потом, кто знает…
- Что – потом? – спросил один из непонятливых.
- Ну мало ли, что нас там ждет… - Произнес Хелдор. Потом продолжил, выдержав драматическую паузу: вдруг еда невкусная, выпивка мерзкая, вода холодная…
- Банщицы страшные -предположила Флера, толкнув командира в бок острым локотком.
-Вот именно, сплошные лишения! Словом, если в монетах дело – то вообще не вопрос… Так что купят твои родители корову, или что там им надо…
После непродолжительной беседы Беатрисс сообщила, что бадьи нагреты, и можно подниматься на второй этаж. Дружинники, довольно ворча, стали подниматься из-за своих мест, беря с собой кружки и кувшины. Трактирщик стал просить их не таскать посуду наверх, дескать, им там все подадут в лучшем виде. На лавке до последнего в некотором смущении сидел Конрад, но, когда стало очевидно, что наверх поднимаются все добрых три десятка человек (и один орк) – не стал оставаться в стороне. Хелдор вновь оказался в полутемном помещении без окон. Оно было с помощью длинных и тяжелых отрезов тканей было поделено на отсеки. Интересно, стража знает, что тут за полночь жгут свечи, или нет? Хотя, если так подумать, то скорее пожар будет от огромного очага, в котором грелась вода, нежели от свечей… Но боги миловали.
Первым не терпелось сюда попасть, кажется, Халдыку. Он раньше всех занырнул в ближайшую бадью, да и расплылся там, как большая зеленая лягушка. До полного счастья, как он мечтал, наверное, с весны – Беатрисса стала старательно приводить в порядок его космы, клятвенно пообещав вплести все его бесчисленные украшения обратно – а перед этим каждую бусину, косточку и перышко она складывала рядом. Говорили они, к еще большей радости Халдыка, о еде и способах ее приготовления. Хелдор лишь улыбнулся таким вывертам, да сам стал раздеваться.
В самом большой бадье состоялся практически военный совет, но без участия Хелдора – там расселись его сотники, кто в исподнем, кто обернувшись простынями: млели от приятной, чуть горячей воды. Посреди бадьи им поставили широкий поднос, на который подали кубки, кувшин и кое-что из закусок.
Флера, оставшись в одной длинной нижней рубахе, чуть толкнула локтем Хелдора и кивнула на огороженную драпировкой помещение, находившееся чуть поодаль:
- Ты не против посидеть там? От шума голова разболелась.
Прежде чем Хелдор без всякой задней мысли согласился, за спиной у Флеры послышались сдавленные смешки – конечно, это были не старшие товарищи, которые никогда не лезли в личные дела других, и уж тем более не бойцы из ее десятка. Троица из отряда Ивереня стала гадливо хихикать, а Михаэль растянулся в улыбке, масляно сверкнув глазами.
Флера на сей раз не стала никому ломать нос – наверное, пожалела девушек, которым пришлось бы тут потом замывать полы и простыни. Однако, Михаэль, стоявший ближе всех, познакомился с ее локтем, которым она треснула его в грудину.
- Кому-то еще непонятно слово «посидеть»? Есть вопросы, или пара лишних зубов мне на память?
Михаэль примирительно поднял руку и, отдышавшись, полез в бадью, чуть потеснив других. Пикинеры из десятка Флеры теперь вполголоса посмеивались над бедолагой, но приняли в свою компанию.
Хелдор нырнул под драпировку, которая почти сразу приглушила разносившиеся по этажу голоса. Тут было темнее и уютнее – словно он оказался в шатре. Довольно широкая бадья с парящей водой была переложена белым полотном. Сама бадья была на постаменте, снизу ее подогревала небольшая печка, в которой тлели угли… Очень хитро.
Трактирщик поселился в городе одним из первых – его заведение в столице разорилось. Когда он разбирал понравившееся помещение, нашел очаг и специальный железный обруч на ножках, что поднимал бадью над полом. Брошенная посудина к появлению новых обитателей сгнила в труху, но остальное было во вполне сносном состоянии и… первая баня для горожан появилась именно здесь – даже раньше, чем в Цитадели сделали новый сруб под бараки.
Молодой воин залез в горячую воду, нырнул с головой. Над
