— Вы все вспомнили? — тихо спросила она.
Казимиро пожал плечами:
— Думаю, что да.
Впервые за долгое время он чувствовал себя цельным. Наконец он узнал вкус свободы, который ощущал, пока был с Мелиссой, радость наслаждения жизнью обычного человека. Тут же он почувствовал пустоту вынужденного возвращения в золотую клетку.
— Вы… Вы раскаиваетесь? — спросила Мелисса.
— Раскаиваться — значит попусту терять время, — заметил он холодно. — Сейчас самое важное — наш брак. Мы должны заключить его как можно скорее.
Глядя на его бесстрастное лицо, Мелисса в очередной раз подумала о том, что человека, в которого она влюбилась, больше нет или вообще никогда не было. Казимиро лишь играл роль. Вряд ли она сможет жить с ледяным королем.
Мелисса вздохнула и покачала головой:
— Я не собираюсь выходить за вас замуж.
— Боюсь, это не обсуждается, Мелисса. — Казимиро был непреклонен.
— Вы не можете силой заставить меня выйти за вас. Вы что, собираетесь тащить меня к алтарю, пока я буду кричать и брыкаться? — Она смерила его взглядом, пытаясь скрыть сжимавший ее сердце страх. Конечно, он мог принудить ее к чему угодно. — Не думаю, что это положительно скажется на вашей репутации.
— Вы правы, я не могу жениться на вас насильно. Но я могу отнять у вас сына. Вы ведь не хотите потерять своего маленького мальчика?
Мелисса застыла. Голова ее закружилась. Казимиро прибегнул к самой страшной, самой действенной угрозе. Это было жестоко с его стороны — пытаться отобрать у нее единственную радость жизни, того, кого она любила больше всего, — ее дорогого сына!
— Вы так не сделаете! — воскликнула она, едва сдерживая ужас и гнев, охватившие ее.
— Неужели? Вряд ли вы будете в одиночестве противостоять власти монарха. — Губы короля изогнулись в саркастичной улыбке. — Вы считаете, что наследник престола может расти в таких нищенских условиях?
— Бен растет в чистоте, он сыт, им занимаются. Он счастлив!
— А его дом? Разве это подходящее жилище для принца крови?
Мелисса впервые подумала о сыне как о наследнике трона. Несмотря на то что она была его матерью, величие титула испугало ее. Бен — принц крови, а она — простая женщина, и в будущем это станет препятствием между ними. В конце концов ее сына вынудят занять место Казимиро, и тогда он неизбежно отдалится от матери.
— Мы переедем, если вы будете настаивать на новом месте жительства для Бена! — воскликнула она — мрачное выражение его лица ужасало ее.
— Вы имеете в виду, что позволите мне приобрести для вас дом? — вкрадчиво спросил король.
Тут Мелисса попалась в ловушку:
— Если вы так хотите.
— Значит, вы все-таки готовы принять от меня деньги, Мелисса. — Глаза Казимиро коварно сверкнули. — Поразительная перемена. Но я не удивлен.
Теперь он пытался выставить ее жадной охотницей за богатством. Король переиначивал все ее слова. Мелисса будто оказалась в словесном лабиринте.
— Я думала, это ваше желание, — смущенно пробормотала она.
— Нет, — прошипел он. — Я просто пытаюсь представить, что последует после того, как я куплю вам подходящий дом и обеспечу всем необходимым. Мужчины начнут крутиться вокруг вас.
— Вы омерзительны!
— Нет, Мелисса. Я просто практичен. Дайте женщине богатство, и она станет дичью.
— Сделайте ее бедной, и она станет ручным зверьком? — парировала она.
На его лице появилось подобие улыбки. Он откинулся на спинку стула. В этот момент блюда с едой унесли, а стакан Мелиссы снова наполнили водой.
Казимиро решил, что настало время для блефа.
— Хорошо. Поступайте, как считаете нужным. — Он беспечно поиграл длинными пальцами, и Мелисса увидела на мизинце блестящее золотое кольцо. — Не хотите выходить за меня — не надо.
Мелиссу удивила неожиданная уступка Казимиро.
— Вы же говорили, что это не обсуждается.
— А вы любезно возразили, что мне придется силой тащить вас к алтарю. — Он прожег ее взглядом. — Согласен, вряд ли народу Заффиринтоса понравится подобное зрелище. Значит, мы не будем вступать в брак и я вынужден буду финансово обеспечивать Бена. Вы поселитесь в каком-нибудь надежном месте, чтобы всякие безумцы не преследовали вас. — Казимиро откинулся на спинку стула, внимательно следя за выражением лица Мелиссы. — И конечно, мы должны уладить формальности и подписать необходимый договор.
— Какой договор? — тревожно спросила она, удивленно взглянув на короля.
— Дело в том, что Бен не может быть признан моим законным наследником, так как он незаконнорожденный. — Он посмотрел на нее с вызовом. — Но все же я хочу воспитать его в традициях королевского двора.
Мелисса почувствовала, как ее охватывает слабость, — слово «незаконнорожденный» неприятно резануло. Сейчас, когда иметь ребенка и быть при этом не замужем уже не считалось позором, никто так не говорил — подобные определения казались устаревшими и звучали нелепо. Но в устах Казимиро оно обрело новую жизнь.
— Незаконнорожденный? — замерев от ужаса, потрясенно повторила Мелисса.
— Это справедливо, не правда ли? Вы этого хотели. — Король бесстрастно смотрел на нее.
Он играл с ней в какую-то безумную жестокую игру, не объяснив ей правил. Она не могла даже возразить, так как практически утратила способность трезво мыслить.
— Бен будет иногда встречаться со мной, — невозмутимо продолжал Казимиро. — Образование он получит на Заффиринтосе. Там он выучится свободно говорить на итальянском и греческом, поймет культуру острова и проникнется ее духом. Это — наследие его предков. Через некоторое время я женюсь и у меня родится законный сын, который взойдет на престол. Но Бен всегда сможет занять высокое положение при дворе, если захочет.
Каждое его слово больно хлестало Мелиссу, но когда Казимиро упомянул женитьбу, ей и вовсе показалось, что она потеряет сознание от переполнившей ее горечи.
— Вы собираетесь жениться, — тихо произнесла она, боясь пошевелиться.
Король улыбнулся очевидному доказательству того, что никогда нельзя недооценивать женскую ревность — ее можно обернуть в свою пользу.
— Если я останусь королем, что теперь неизбежно благодаря вам, то мне потребуется жена. — Он внимательно следил за ее реакцией. — И в каком-то смысле ваш отказ выйти за меня дает мне свободу. Я подыщу более подходящую спутницу, которая будет любить Бена и заботиться о нем.
Эти слова Казимиро окончательно решили дело. Да, растить ребенка одной было тяжело, и Мелисса выбивалась из сил ради Бена. Но, с другой стороны, она никогда ни с кем его не делила, мальчик принадлежал только ей, она могла видеться с ним когда пожелает, не прислушиваясь к приказам и не подчиняясь заранее составленному графику. Мелисса представила чужую женщину, которая будет укладывать ее малыша спать, держать его маленькие ручки, кормить и пеленать его… Бен станет жить другой жизнью, а настоящую мать заменит другая.
