Эйприл широко раскрыла глаза:
– Не думала, что тебе так неприятно это знакомство!
Вместо ответа Джек встал, легким движением спустив ноги на пол, и обогнул разделявший их столик. Эйприл вскочила и отступила на несколько шагов. Джек немедленно остановился, прищурив зеленые глаза.
– Я ведь обещал, что ничего не стану делать без обоюдного согласия!
Эйприл расправила плечи и прямо взглянула ему в глаза. Досада Джека сменилась невольным восхищением. Не так-то легко, подумал он, глядеть в лицо мужчине на голову тебя выше!
– Я старался не торопить тебя. – На лице Эйприл отразилось недоверие, и он слегка улыбнулся. – Прежде чем что-то делать, я каждый раз ждал твоего согласия – разве нет?
– Да, если не считать тех фотографий на свадьбе.
– Не о фотографиях сейчас речь. – Он шагнул вперед, чувствуя, как разливается по телу огонь желания. Никогда за свою жизнь Джек не испытывал такого бурного, всепоглощающего чувства! – Я хочу узнать тебя. Хочу любить тебя, Эйприл. И после того, что произошло в саду, я не могу поверить, что ты не разделяешь моих чувств.
– Да, Джек, я хочу, чтобы ты меня поцеловал, но мне это не нравится. Меня пугает такое сильное влечение; я… я ничего подобного не планировала. Джек, давай будем честными друг с другом. Что бы ни произошло между нами, я не собираюсь ходить вокруг да около.
Ее прямота неприятно поразила Джека. Ему показалось, что он идет по краю пропасти: один неверный шаг – и он полетит вниз.
– Эйприл, я ничего от тебя не скрывал и не скрываю. Мне показалось, ты дала понять, что хочешь продолжить начатое. Видимо, я ошибся. Кстати, если уж на то пошло, «планировать» такие вещи невозможно!
Он положил руки ей на бедра, удивившись хрупкости и изяществу этой женщины. Эйприл не пыталась освободиться, и Джек отдался своему желанию: он прижал ее к себе так, чтобы она могла почувствовать его растущую страсть.
– Ты хочешь откровенности? Вот что я чувствую к тебе, Эйприл, каждый раз, когда смотрю на тебя или слышу твой голос. Даже когда ты на меня зла как черт. Эйприл, мне это тоже не нравится. До сих пор мне казалось, что я – хозяин своим чувствам. Но я, как и ты, не собираюсь прятаться от самого себя.
Эйприл пошатнулась и ухватилась за плечи Джека, чтобы не упасть. Она дышала часто и неровно. Никогда в жизни Эйприл еще не испытывала такого жгучего, всепоглощающего желания!
– Джек! – прошептала она.
– Что, mi tesoro?
«Мое сокровище…» В этом обращении Джека слышалась и обжигающая страсть, и глубокая нежность.
– Я тоже хочу тебя. – Джек тихо застонал и крепче прижал ее к себе. – Но, мне кажется… я боюсь… – Она опустила глаза. Боже, как близки они сейчас друг к другу! – Боюсь, что потом возненавижу себя за это.
Джек приподнял ее голову за подбородок.
– Эйприл, не бойся ничего. Но, если ты не хочешь этого, скажи «нет» – и я остановлюсь!
– М-м… – Она не знала, на что решиться, и неожиданно предложила: – М-м… Давай сначала пообедаем.
– Что? – недоверчиво воскликнул он. – Ты что, хочешь есть?!
– Ни капельки.
– Да вы, леди, надо мной издеваетесь! Эйприл приложила дрожащий пальчик к его губам.
– Я ведь сказала, Джек: не надо меня торопить. Пусть все идет само собой.
Джек шумно выдохнул сквозь стиснутые зубы. Он отчаянно боролся со своим желанием.
– Само собой? Эйприл, я знаю тебя меньше недели, однако мне нужна вся сила воли, чтобы не повалить тебя прямо на пол и не сделать так, чтобы ты молила меня о любви!..
Зрачки Эйприл расширились так, что почти скрыли золотистую радужку. Она выглядела такой растерянной и такой соблазнительной, что Джек поспешно опустил глаза и тут же сжал кулаки, чтобы справиться с собой, ибо полупрозрачная блузка Эйприл не скрывала ее напрягшихся от желания сосков.
– Интересная мысль, правда? – произнес он и сам не узнал своего голоса.
– Даже не представляешь, насколько, – выдавила из себя Эйприл и, высвободившись из его рук, направилась на кухню.
Джек неохотно последовал за ней: он понимал, что торопить Эйприл не стоит. Она сейчас пребывает в смятении, потрясена силой и глубиной своих чувств – и, надо сказать, не она одна. Джек откашлялся, чтобы голос звучал не так хрипло, вошел на кухню и прислонился к шкафу.
– Если хочешь, можем устроить пикник на пляже. Думаю, ты знаешь здесь все уединенные местечки. – Поймав быстрый взгляд Эйприл, он поспешно добавил: – И людные тоже.
– Пойдем-ка лучше на общий пляж.
И Эйприл неуверенно улыбнулась. Джек ответил широкой улыбкой: машинально он вновь надел свою обычную маску, помогавшую ему очаровывать людей, но не приближаться к ним слишком близко.
– Но помни, когда-нибудь настанет моя очередь, – заметил он, подмигивая. – Ты готова рискнуть?
Глаза Эйприл на мгновение потемнели от желания; но прежде, чем Джек успел насладиться этим зрелищем, она быстро отвернулась. Джек мысленно выругал себя: зачем он ее дразнит? И, кстати, отправляясь на пляж, надо надеть что-нибудь другое. Эти шорты слишком обтягивающие, под ними ничего не спрячешь.
– Не отвечай, не надо. – Он подхватил корзинку. – Я понесу еду, а ты – одеяло. Договорились?
– Договорились. – Эйприл свернула и сунула под мышку одеяло. Джек отступил, пропуская ее вперед, и она вышла, не оглядываясь.
Эйприл быстро взглянула на часы и снова перевела взгляд на волейбольную площадку. Черт возьми, она «болеет» за Джека уже два часа! Однако мысли о времени улетучились, как только Эйприл вновь увидела мускулистую, обнаженную по пояс фигуру. Джек высоко подпрыгнул и отбил мяч у самой сетки. Судья засвистел: взволнованные болельщики разразились возмущенными криками.
К своему удивлению, среди их голосов Эйприл услышала и свой собственный. Да она просто с ума сошла: ругает судью на чем свет стоит и клянется, что уволит его, если он немедленно не признает удар Джека правильным! Залившись краской, Эйприл оглянулась кругом, но никто не обращал на нее внимания. Все смотрели только на площадку и на игроков.
Эйприл села на одеяло и с невинным видом принялась доедать манго. После салата из тунца, свежих фруктов и легкой, ни к чему не обязывающей болтовни Джек предложил ей прогуляться по пляжу. Но Эйприл отказалась. Не потому, что ей не хотелось пройтись – еще как хотелось! Но она начинала понимать, что Джек прав: их отношения лучше хранить в тайне, за закрытыми дверьми.
Во время пикника он вел себя по-джентльменски, однако пульс Эйприл все убыстрялся. Она боялась, что не сможет идти с ним под руку по пляжу: не пройдя и нескольких шагов, повиснет у него на шее, затащит в первый же укромный уголок и…
Поэтому Эйприл отказалась. Джек мило улыбнулся и не стал настаивать. Эйприл ощутила смутное беспокойство, но в этот миг на волейбольной площадке началась игра, и Джек пригласил ее присоединиться к команде. Сама Эйприл после первой же партии перешла в разряд болельщиков, а Джек уже часа два играл как ни в чем не бывало.
