буратинке нос», — бойко щебечет репортерша, — В связи с этим только за утро полиция зафиксировала свыше двадцати дэтэпэ с участием драголемов. Как вы можете это прокомментировать?
— Я? — Бар с неприязнью посмотрел на микрофон, сунутый ему под нос, — Не знаю, как комментировать. Наверно эти драголемы плохо подходят для полетов в условиях плотного городского трафика. Поэтому и попадают в дтп слишком часто.
— Но есть информация, — не отстает репортерша, — Что профсоюз назначил премию за вовлечение драголемов в дорожные происшествия.
— Какая незадача, — посетовал Бар, — Лично у меня такой информации нет.
— Но камеры дорожной фиксации показывают, что их постоянно подрезают, — репортерша не оставляет надежды вывести Бара на чистую воду, только Бар «тёртый карась», на чистую воду выводиться не желает.
— В городе богов все друг друга подрезают, — он продолжает отвираться на хрустальном глазу, — Увы, все спешат. У всех срочные дела. Только раньше это не приводило к падению транспортного средства так часто.
— Вы думаете, драголемов вывели на дороги неподготовленными без должного тестирования?
— Это пусть решает дорожная полиция, — отморозился Бар, — Вопрос не в моей компетенции. Извините, у меня дела.
Бар тактично свалил, оставив репортершу у заправки. Она еще пыталась приставать в очереди за арбузиком, но парни ее дружно игнорировали. В итоге репортерша прекратила прямой эфир и свалила на своей виверне.
— Бар, такими темпами мы разоримся на премии, — я выразил озабоченность, когда тот появился в баре.
— Не так все печально, Марк, — довольно ответил Бар, — Из всех случаев дэтэпэ едва ли треть произошла с участием парней из профсоюза.
— О как. А остальные что, случайно произошли?
— Нет конечно. Просто это резко вошло в моду. Все подряд хулиганят, пару подрезок устроили технобоги.
— Да уж. Дурной… хороший пример заразителен.
— Пресс-служба Техноса уже выступила с заявлением, что драголемов отправят на доработку. Ведь это результат, Марк.
— Результат, конечно. Хотя проблемы он не решит. Технос оснастит драголемов всякими усилителями и выпустит обратно на дороги.
Лула отписалась, что у нее появились новости, поэтому в офис так и не поднялся. Парни сами знают, что делать, я вернулся на парковку в кабину Гора.
— Марк, спецназ Коплепокапля ждет нас у воронки, — отчиталась она.
— Да неужто сподобились. Не будем заставлять ждать таких серьезных ребят… Гор полетели.
Увидев пятерку бойцов еще на подлете, сразу понял, что это именно бойцы, даже скорее воины: два бога войны, два бога стихии и разрушений, а пятый вообще бог смерти. Он так и стоит в характерном черном балахоне с косой в костяной руке, вместо лица белый череп.
— Не обращайте внимания на Дэсфа, — приветливо сказал бог войны, поздоровавшись со мной за руку, — Он сегодня не в духе. С утра ходит в боевой ипостаси. Он так-то славный малый.
Может, он и славный, может, он даже и малый, но я всю дорогу старался близко к Дэсфу не приближаться, а то ещё махнет косой ненароком. Мы с Лулой провели спецназеров по всем местам посещений. И по тоннелю прошли, и показали схрон, где Техоня изваял статую, а в конце привели в пещеру сатанистов, где на стенке изображен портрет матери Мэгры.
— Задачу понял, — заверил меня бог войны, — В пещере оставим засаду. Тоннели будем прочесывать.
В качестве засады оставили одного Дэсфа, а остальные пошли прочесывать. Лично мне оспаривать такое решение даже в голову не пришло. Я почему-то решил, что Дэсф с лёгкостью управится с любым количеством сатанистов. Он сел на камень, положив свою косу на колени и уставился на портрет Мэгры.
— Марк, он так и будет неподвижно сидеть? — осторожно спросила Лула, косясь на бога смерти.
— Не знаю. Пусть сидит. Может, ему портрет понравился.
Этот Дэсф за все время совместного похода не проронил ни слова, и у меня нет желания завязывать с ним непринуждённую беседу. В конце концов нам тут есть с кем поболтать. Мы с Лулой прошли в центр пещеры и спустились на пленку между мирами. Бес уже поджидает нас на своей стороне. В аду сегодня особенно ветрено. От холода бес отстукивает зубами чечетку.
— Узнал что-нибудь?
— Кое-что узнал, — радостно сообщил бес, — Ты трубочки сразу воткни на место. Пусть плошка наполняется, пока я буду рассказывать.
Я усмехнулся, но спорить не стал. Вернул трубочки на место, плошка начала наполняться отработкой.
— Рассказывай.
— Значит так. Для ритуала отражения требуется зеркало. Особое! Оно должно быть изготовлено здесь.
— В смысле здесь? В аду что ли?
— А ты тупой что ли? — сразу вскинулся бес, — Конечно в аду.
— Ну а как оно должно попасть сюда?
— Через парадные ворота. К нам не все проваливаются через дыру. Некоторые заходят нормально, как разумные существа.
— У вас еще и парадные ворота имеются.
— Конечно имеются. Для дорогих гостей, — бес горделиво подбоченился, — У нас вообще много чего имеется.
— То есть зеркало, которое использовалось в ритуале, находится в городе богов?
— Момент…
Бес предупредительно задрал вверх когтистый указательный палец и разинул рот, чётко угадав момент, когда наполненная отработкой плошка опрокинется.
— … а-а, хорошо… — проглотив отработку, бес закатил глаза от наслаждения, — … сейчас кайфану.
— Э, але. Я тебе вопрос задал, — возмутился я, но бес только расплылся в дурацкой блаженной улыбке.
Глава 7
Ругаться на вштыренного беса бесполезно, мы просто решили подождать, когда он слегка оклемается, предварительно вынув трубочки из плошки. Надо было это сделать раньше, захочет ли он с нами теперь говорить, неизвестно.
Через полминуты бес разлепил-таки зенки и посмотрел на меня более-менее осмысленно.
— Зеркало,
