— Тебе нужно немного поспать. У нас тренировка рано утром.
— Ладно.
Серьезно? Белов пришел, чтобы уложить его спать?
Нет! Не может быть.
Майк медленно подошел, словно опасаясь спугнуть дикое животное, и выключил яркий верхний свет. Лампа на прикроватной тумбочке отбрасывала мягкие тени.
Теперь что?
— А ты не собираешься ложиться? — небрежно спросил Майк, словно это в порядке вещей.
Алексей коротко кивнул и тут же оказался рядом, подталкивая Эрдо к кровати. Спина Майка только коснулась простыней, а Алексей уже скользнул под одеяло и прижался к нему всем телом: голого зада Майка касалась мягкая фланель штанов, а спину согревала грудь Белова.
Майк выключил лампу и расплылся в улыбке.
***
В предрассветный час будильник Майка начал орать визгливой попсой, и после четвертого такта Эрдо вырубил надоедливую музыку и снова провалился в сон.
Алексей уткнулся лицом в шею Эрдо и попытался сделать то же самое.
Вчера, наконец сдавшись, он заявился в квартиру Майка и проспал всю ночь, как младенец. До этого Белов изнывал от любопытства, уставившись в потолок и прислушиваясь к глухим звукам, доносившимся из спальни соседа.
В итоге он не выдержал и помчался к Майку.
Потому что Алексей первосортный идиот, да еще и слабохарактерный.
Он заерзал, стараясь отодвинуться от задницы Майка. То, что вчера у Алексея тут же не встало из-за близости теплого тела Майка, было явным доказательством его усталости.
Но сейчас, когда он выспался и полон сил, поводов для радости уже не находилось.
Майк словно услышал его мысли и перевернулся на спину — с полуулыбкой на губах и уверенным стояком в паху.
У Алексея потекли слюни. Он откинул одеяло и уставился на длинный, массивный член Майка, гордо устремленный вверх.
Алексей поднял глаза к лицу Майка, и при виде этой улыбки, ошалелого от сна взгляда и следов подушки на щеке в груди Белова что-то перевернулось. Майк был красив, как никогда.
Впрочем, улыбка чересчур самодовольна на вкус Алексея. Но Белов мог легко это исправить.
Он до основания заглотил член Майка, а затем, сильно втягивая щеки, поднялся по всей длине вверх.
— Твою ж мать! — выкрикнул Майк, подкидывая бедра на кровати.
Алексей, ухмыльнувшись, устроился между ног Эрдо и прижал их ладонями. На ум пришла сотня команд, но Белов и не думал их озвучивать. Майк не сопротивлялся. Не хватался за голову Алексея. Вообще ничего не делал — только не сводил изумленного взгляда.
Алексей снова взял член глубоко в рот, проводя языком по всей длине вниз и, втянув щеки, поднялся. Затем обхватил пальцами основание шелковистого наощупь ствола и провел рукой вверх, одновременно опустив голову.
Майк вцепился руками в простыню. Боже, этот парень — само совершенство.
«Кто сказал, что у них не выйдет?»
Алексей закрыл глаза и отключил мозг, который генерировал множество ответов на этот вопрос. Сейчас ни один вариант Алексея не устраивал. Белов сосредоточился на Майке: на его вкусе и мягкости кожи, на рвущихся из груди звуках, дрожи и судорогах, которые так легко, так красиво удавалось из него вытянуть.
Алексей языком почувствовал пульсацию вены у основания члена и понял, что Майк долго не продержится. Белов потянулся к собственной эрекции, лихорадочно надрачивая и подводя себя к черте, за которую нырнет вместе с Майком.
Тот рвано дышал ртом, все его тело мелко трясло. Член во рту Алексея напрягся.
Белов сменил рот кулаком и задвигал по всей длине в такт движениям на собственном стволе и спешно залез на кровать.
Майк судорожно глотнул воздуха и с криком выпустил его наружу.
Вот и все.
Алексея трясло от мощи накрывшего оргазма. Сил едва хватило додрочить Майку, горячая сперма которого, смешиваясь со свидетельством оргазма Алексея, стекала по пальцам, вниз по стволу и яйцам.
Не сводя глаз с рук Алексея, Майк, едва различимо выдохнул его имя, и оба снова содрогнулись в экстазе.
Алексей понимал, что так нельзя. Это не должно было случиться. Ему следовало мучиться от чувства вины и сожаления.
Тогда какого черта он такой довольный?
***
Майк на полном ходу влетел в угол и швырнул Эрика Ларссона к борту. Эрдо в рамках правил удерживал плечом противника, держа клюшку на расстоянии, и при этом пытался порвать сукина сына на куски.
Толпа одобрительно взревела, гнев зрителей нарастал вместе с яростью Майка каждый раз, когда Ларссон «случайно» врезался в ворота. Дважды за сегодняшний матч.
Игроки не цеплялись к вратарям. Так не поступали. Особенно бывшие одноклубники. В этой команде и в этом городе. Но сегодня Ларссон, видимо, сделал исключение, и Майк терпеть не собирался.
Как и болельщики. А вот судьям, казалось, все равно.
С трибун и скамейки раздавались все более возмущенные крики, но Майк сосредоточился исключительно на игре. На своей работе. На смене Майк перевалился через борт, не сводя глаз с Алексея. Ларссон кинулся за шайбой и снова подсек вратаря. Майк мгновенно вскочил на ноги. Только крепкая хватка Гаррика помешала ему броситься на лед — и заработать удаление, — пока Алексей и Ларссон обменивались репликами и толчками.
Что, вашу мать, нашло на этого сучонка?
Дождавшись выхода на лед, Майк подобрал шайбу и помчался во весь опор. Он запустил шайбу далеко вперед, отступил назад, блокируя собственным телом следующий удар по воротам и отбил рикошет.
Эрдо изо всех сил старался облегчить работу Алексея, прикрывая сетку и тесня противника позади. Белов сделал отличный сейв, и тут раздался свисток. Майк повернулся и оказался лицом к лицу с Ларссоном.
Эрдо врезался в него своей грудью.
— Отвали, придурок!
Ларссон толкнул в ответ, но схватил за джерси, что на международном хоккейном языке означало: «Готовься к драке».
Наконец-то!
Майк ухмыльнулся, кровь забурлила, как ни на одной игре прежде. Кто ж знал, что секс так заряжает? Эрдо мечтал вдолбить ублюдка Ларссона в лед, а потом пойти домой, где уже Алексей вдолбит майкову задницу в матрас.
На самом деле, это было бы идеальным завершением дня.
Впрочем, противники даже замахнуться не успели, как между ними возникли Белов и судья. Майк попытался заговорить с Алексеем, но тот увлеченно расчленял Ларссона взглядом.
У Эрдо чесались кулаки — так хотелось стереть ухмылку с рожи этого засранца.
Но шанс представился только в третьем периоде. Майк боролся за шайбу перед воротами, и Ларссон наконец вывел его из себя. Ублюдок врезался в Эрдо, и оба полетели на Алексея, сбив того с ног и падая грудой в сетку. Ноги Майка запутались в щитках Алексея и Ларссона, но он все равно скинул перчатки, собираясь сделать то, чего смертельно хотел последние пару часов.
Расквасить морду долбаного придурка.
Ларссон с насмешкой посмотрел на Алексея.
— Твой новый парень?
Вне себя от ярости, Майк набросился на Ларссона и повалил на лед. Он вцепился в противника и рывком приподнял мудака со льда, ударившись с ним шлемом. Алексей схватил его за джерси, но Майку уже было плевать. Никто поблизости не мог их услышать.
Майк зарычал на Ларссона.
— А ты догадливый сукин сын!
Эрдо целых три секунды наслаждался потрясением на лице Ларссона, прежде чем черно-белая полосатая рука обхватила его поперек груди и оттащила.
Время, проведенное на скамейке штрафников, не помогло усмирить ни злость, ни либидо.
А вот эталонное пренебрежение Алексея в раздевалке после победного окончания игры, очень даже.
Майк быстро переоделся и рванул с арены, следуя за Алексеем по пятам. Утром они приехали вместе — как обычно — и Майк не сомневался, что без него не уедут, но рисковать не собирался.
Впрочем, грозное выражение на лице Белова навело на мысль, не лучше ли вызывать такси.
