не знала, однако это не мешало ей любоваться красотой. Вдоволь насмотревшись и украдкой потрогав экзотические лепестки, она присела на скамейку, расправив платье на коленях, и вдруг услышала уже позабытый тоненький голос.
— Соня, здравствуй!
Она быстро огляделась вокруг и на другом конце скамейки увидела птичку. Соня сразу узнала свою летнюю знакомую, но не поверила своим глазам, даже потерла их и опять взглянула на птичку.
Ничего не изменилось в облике ласточки, та же черно-синяя спинка, светло-бежевый животик, на лбу и горле светлые пятнышки. Не изменился и изящно вырезанный хвост, и длинные тонкие боковые перья.
— Ластуся, неужели это ты? Как же ты узнала, что я здесь?
— Я и сама удивилась, увидев тебя, думала, ошиблась, но разве тебя, Соня, можно с кем-то перепутать? Ну, а мы на Красное море каждую зиму прилетаем.
— Как же вы сюда долетаете, такие маленькие, и крылышки у вас маленькие. Мы сюда очень долго добирались, а ведь у самолета огромные крылья.
— Добираемся долго, и дорога длинная, а главное, опасная. Случаются и ненастье, и дожди, и холодные ветра, мы прячемся в горных пещерах и расселинах, ждем хорошей погоды. В прошлом году за неделю до нас улетела стая ласточек. В горах перед теплым морем встретил их снегопад и ветер, и они на лету оледенели. Покрылись льдом и погибли. Мы горько плакали, прощаясь с ними.
— Их нельзя было отогреть?
— Нет, Сонечка, оживить их уже ничто не смогло бы.
— Ластуся, обратно ты полетишь с нами на самолете, — сказала Соня.
— Это невозможно.
— Почему? Ведь ты можешь погибнуть в пути от холода и ветра.
— Все может случиться.
— Вот поэтому и полетели с нами.
— Спасибо, Соня, Только кто же тогда принесет вам на крыльях весну? Самолет?
Несколько дней ласточка и Соня встречались в саду и вели беседы, за это время девочка узнала много нового о своей подружке.
Узнала, что, если ночью приснится ласточка — жди хороших вестей, а ласточкино гнездо — счастье в доме. Узнала народные приметы-присказки: ласточка летает — тепло зазывает. И еще: люди добрые живут там, где ласточки снуют.
Узнала она, что ласточка много лет назад отличилась при распятии Христа — крала гвозди, которыми прибивали его руки и ноги на кресте, и пыталась снять с его головы терновый венец. Поэтому Христос сказал: «Касатушки, птички добрые, вы меня, Иисуса Христа, жалеете! А я, Иисус Христос, скажу вам такое слово, чтоб людям вас не трогать, не убивать, чтобы вам, касатушки, стужи вовек не видать, а кто вас обидит, у того рука отсохнет».
И вот пришла пора расставания.
— До свидания, Ластуся, — сказала Соня.
— До свидания, Соня, — попрощалась ласточка. — Жди меня весной.
Соня и Лягушка
Прекрасным солнечным днём Соня сидела на скамейке у реки, что несла свои воды в далёкое синее море. Скамейка была на высоком берегу, а у самой воды на маленьком складном стульчике сидел Сонин брат Паша и ловил рыбу. Тонкое красивое удилище блестело на солнце медными вставками и катушкой. Большой разноцветный поплавок, крутился на воде. Паша забрасывал леску в разные стороны, но сегодня не клевало. Соня внимательно следила за поплавком, пока не увидела, как что-то плывёт по реке, отчаянно выныривая, а сверху, пытаясь схватить пловца, мечется чайка.
— Ой, Паша, смотри, что там такое?
Паша посмотрел по направлению вытянутой Сониной руки, бросил удочку, вскочил в стоящую у берега лодку, и, отогнав веслом чайку, подсачником подхватил пловца.
— Паша, кто это?
Соня подбежала к лодке.
— Держи, спасительница, — сказал брат, повернув подсачник к Соне.
— Это же лягушка!
— Конечно, лягушка.
— Я боюсь её. Она большая и страшная.
— Чего лягушек бояться, они ведь не кусаются.
— А я всё равно боюсь.
Паша прошёл по берегу к маленькой тихой заводи, заросшей камышом, вытряхнул из сетки лягушку и снова сел на свой стульчик. А Соня потихоньку, маленькими шажками подошла к камышам и стала рассматривать нежданную гостью. Тело лягушки вздымалось и опадало, словно она тяжело дышала.
— Ты никого не бойся, — успокоила ее Соня. — Тебя здесь никто не обидит.
— Я не боюсь, — неожиданно ответила лягушка.
— Ой, ты умеешь говорить?! — воскликнула Соня.
— Разумеется, умею. Я прожила большую жизнь, побывала в разных краях и научилась говорить.
— Как здорово, я никогда не видела говорящей лягушки.
— Смотри, пожалуйста. Я сегодня показываю себя бесплатно.
— Паша! Паша! — закричала Соня.
— Что такое? — нехотя отозвался брат.
— Иди сюда! Лягушка, которую ты спас, оказалась говорящей!
— Ага, так я и поверил. Выдумщица ты, Соня. Лягушка, кроме «ква-ква», ничего вымолвить не может.
— А ты подойди сюда, сам всё услышишь.
— Не мешай, Соня, у меня клёв начался.
— Вот всегда так, видишь, лягушка, какой у меня брат.
— Вижу и слышу. Но ничего здесь не поделаешь, старшие всегда считают себя самыми умными.
Лягушка выбралась поближе к Соне и села на большой плавающий лопух. Лопух под её весом стал крениться и уходить под воду.
— Ты же можешь утонуть, прыгай на берег! — испугалась Соня.
— Утонуть я не могу, мы, лягушки, можем жить как в воде, так и на суше. Однажды я пряталась от лисы и провела в воде несколько дней, пока лиса не убралась восвояси.
— А как же ты дышала?
— Я дышу через кожу, и делаю это и на воздухе, и в воде. Чтобы кожа хорошо пропускала воздух, она должна быть тонкой и всегда влажной. Вот поэтому мы так любим сырые места. Днём прячемся от жары под листьями и травой, а на охоту выходим в сумерки или ночью. И между прочим, через
