глоток, он отставил напиток в сторону. От чашки не шел пар. Похоже, кофе остался с завтрака, и наверняка, был совсем холодный. Я коснулась чашки кончиком пальца, подогревая напиток.
В столовую заглянули Лисбет с Обсидианом, они как будто искали нас. Взяли себе по бокалу глёга и сели за наш столик.
- Жаль, что тебя выгнали с тренировки, у меня получилось сделать тройную петлю, хочешь, покажу? - предложила Лисбет.
- Спасибо, может в другой раз, - ответила я.
- Этого идиота кто-то должен был поставить на место. Хорошо, что ты не побоялась это сделать, - поддержала меня Лисбет, - из-за таких, как он, резервуары с предубеждением относятся к магам. Вот посмотрим, как он запоет, когда резервуары станут свободными. Никто не захочет с ним сотрудничать, и тогда не видать ему магии как своих ушей.
- Думаешь, резервуары когда-нибудь станут свободными? - удивилась я, обхватив ладонями чашку.
- Маги и резервуары нужны друг другу, но в цивилизованном обществе сотрудничество должно быть основано на взаимном согласии, - торжественно произнесла Лисбет.
- Думаю, резервуарам бы понравилась эта идея. Да, Алмаз?
Он не ответил.
- Ты будешь удивлена, но не все хотят свободы, - продолжила Лисбет, - некоторые считают, что неплохо устроились при нынешнем раскладе. Обсидиан говорит, что многие элитники гордятся своим положением.
- Для детей из бедных семей стать резервуаром - это неплохая возможность устроить свою жизнь, - подтвердил Обсидиан, - резервуарам нет нужды много трудиться, чтобы прокормить себя. Маг обеспечивает нас всем необходимым. К тому же, маги - это состоятельные люди, а это означает жизнь с комфортом в богатом доме. Если повезёт попасть к доброму хозяину, о чем ещё мечтать?
- А если не повезёт? - хмуро поинтересовался Алмаз.
- Все равно у тебя будет кусок хлеба с маслом и кров над головой, - ответил Обсидиан, - а семье, в которой родился резервуар, выплачивают денежную компенсацию, которой хватит, чтобы прокормить братьев и сестёр. Не каждый может похвастаться тем, что обеспечил родных всем необходимым.
Алмаз промолчал.
- А ты скучаешь по семье? - спросила я Обсидиана.
- Нет, - ответил он.
- Я, конечно, понимаю, что это запрещено, но разве за все эти годы тебе не хотелось с ними повидаться?
- Хотелось первое время, а потом уже нет. Зачем? У них своя жизнь, а у меня своя, - пожал плечами Обсидиан.
- Значит, тебя устраивает такое положение? - спросила я.
- Мне повезло с магом, поэтому я не жалуюсь. Я бы остался с ней, даже если бы стал свободным.
- Это ты сейчас так говоришь! - Лисбет шутливо ткнула его в бок.
- Ты от меня так просто не отделаешься! - улыбнулся Обсидиан.
- А ты, Азиза, за свободу резервуаров или против? - спросила Лисбет.
- Я за! Но как-то не вериться, что это может случиться в ближайшем будущем.
- Будущее зависит от нас. Думаю, среди магов многие поддержат эту идею, если кто-то найдет смелость начать действовать в этом направлении.
- Интересно, кто осмелится бросить вызов ментальщикам из Магистрата? Ведь это они выявляют и контролируют резервуаров.
- Ты не поверишь, но есть общество магов, которые разделяют эту точку зрения, - заговорщическим тоном сообщила Лисбет, поднимаясь из-за стола, - поболтаем в другой раз, перерыв закончился.
Я попрощалась с Лисбет и посмотрела на Алмаза, который все это время сидел со скучающим видом, будто тема беседы его не касалась. Алмаз отличался от других резервуаров, которых я знала. От услужливого Сапфира, который заглядывал в рот Инджи, от сдержанного Рубина, который никогда не спорил с Генриеттой, и даже от Обсидиана, который, не смотря на то, что держался с Лисбет непринужденно, при этом не пересекал границ дозволенного. Наверное, с нами обоими было что-то не так. В отличие от остальных резервуаров, он был совершенно непредсказуем и неуправляем, а я в отличие от других магов не хотела им управлять.
5. Мама, это Алмаз...
К концу учебного года занятия у четвертого курса можно было пересчитать по пальцам. В расписании стояло несколько тренировок с резервуарами к итоговому экзамену, на которых мне нечего было делать, пока не научусь подключаться к Алмазу. А также консультации по теоретическим и практическим экзаменам, которые мне были ни к чему, так как я все уже сдала, по большей части получив оценки автоматом. Поэтому остаток дня выдался свободным.
Когда мы вернулись в квартиру я с облегчением скинула с плеч тяжелый полушубок, с удовольствием сняла сапоги и теплые штаны. Алмаз избавился от пальто и прошел в комнату, а я задержалась в коридоре, чтобы собраться с духом. После случая в столовой я должна с ним серьезно поговорить.
- Ты не должен так себя вести! - я попыталась нащупать в голосе твердые нотки.
Похоже, Алмаз ожидал чего-то подобного. Сидел на диване с непроницаемым лицом, закинув ногу на ногу.
- В первый же день ты умудрился натворить дел на публичное наказание.
- Подашь на меня жалобу? - сухо поинтересовался Алмаз.
- Не подам, но не могу ручаться за других, - ответила я, поджав губы.
- На тренировке ты сама вмешалась, - с претензией заявил он.
- Не думаю, что Вигго будет жаловаться, - сказала я, пытаясь разрядить обстановку, - во-первых, ты защищал меня, а во-вторых, он вёл себя неподобающим образом. Это всплывет, если начнется разбирательство, а для поступления на службу нужно иметь безупречную репутацию. Другое дело, Инджи.
- Кто-то должен был охладить ее пыл! - ехидно заметил Алмаз.
- Охладить глёгом? - невольно улыбнулась я.
- Пришлось импровизировать.
- Хорошо хоть напитки на раздаче уже остывшие, иначе бы твой поступок приобрел совсем другие оттенки, - назидательным тоном заметила я.
То, что он подставил подножку Сапфиру и опрокинул бокал на Инджи было забавно, но последствия этого могли быть не самые радужные.
- Между нами, Инджи заслужила, но она обязательно потребует, чтобы тебя наказали. Я попробую уговорить ее не подавать жалобу.
- Ты попросишь за меня?
Кажется, Алмаз удивился. Неужели за этого человека никогда никто не просил?
- Я попробую, но не могу ничего обещать, - устало сказала я, - может, ты хотя бы попытаешься не нарываться на неприятности? Сейчас и без того хватает проблем.
- Ничего не могу обещать, - отзеркалил он.
Опять он ощетинился
