в качестве стартовой площадки для начало работы агентов в СССР, было принято решение прибывших с «Прутом» людей взять в разработку, рассредоточив их по квартирам проверенных агентов КГБ. Ничего не подозревавшие гости сразу же установили радиосвязь с Лондоном. Так началась одна из самых результативных оперативных игр начала пятидесятых годов прошлого века.
В процессе проведения данной игры было захвачено более 20 британских агентов, десятки портативных радиостанций и радиомаяков, около 100 шифроблокнотов и кодов, большое количество оружия и боеприпасов, в т. ч. 40 автоматов бесшумного боя, несколько миллионов рублей и много различных ценностей.
К середине 1956 года, когда удалось достичь необходимых результатов и было признано нецелесообразным, чтобы у англичан создалось впечатление о существование в СССР «националистических групп», органы КГБ легендировали их ликвидацию.[83] Подробности этой операции даже в наши продолжают оставаться «закрытыми».
В связи с тем, что советской власти удалось оперативно ликвидировать основные очаги антисоветско-националистического сопротивления, истинные «лесные братья» крайне редко пытались самостоятельно установить контакты с иностранными разведками или быть готовы принимать их эмиссаров. А вот сотрудники госбезопасности, вдохновленные первыми успехами и опираясь на богатый опыт проведения аналогичных операций в отношение германской разведки во время Великой отечественной войны, наоборот, начали активно заманивать вражеских шпионов и диверсантов.
«О возвращение забыть»
Тема деятельности иностранных разведок на территории Советской Прибалтики в годы «холодной войны» почти не освещалась на страницах отечественной и зарубежной печати. Исключение составляли статьи, книги и кинофильмы пропагандисткой направленности регулярно «рождавшиеся» в Советском Союзе начиная с середины шестидесятых годов прошлого века. Тогда это было одним из элементов сражений на идеологическом фронте.
Даже тогда в «открытой» печати нельзя было встретить названий наиболее «известных» операций: «Дуэль» («Duel»), «Вента» («Venta»), «Метеор» («Meteor»), «Люрсен-С», «Волна» («Volna»), «Лес» («Les»), «Неман» («Neman»). Например, операция «Волна» стартовала в 1949 году, а «Лес» в 1950 году. Согласно формулировки сотрудников МГБ их: «главная задача — ввести в заблуждение британскую секретную службу путем создания фиктивных организаций «оппозиционеров» в Советском Союзе и следить за этими организациями…».[84]
Спустя полвека после тех событий Москва, Лондон, Вашингтон, Париж, Бонн и Стокгольм стараются избегать любых упоминаний в «открытой» печати подробностей операций собственных спецслужб. Ведь основу их работы в советской Прибалтике составлял факта существования антисоветско-националистического подполья и бандформирований на территории этого региона. Хотя к 1948 году, как уже говорилось выше, большинство «лесных братьев» погибло в боях с чекистами или оказалось в ГУЛАГе. При этом отсутствие «пятой колоны» старались не замечать по обе стороны «железного занавеса».
В СССР в существование мифа о многочисленных и коварных «лесных братьях» были заинтересованы сами чекисты. Об основных причинах рассказано выше. А еще на «врагов народа» можно было списать трудности послевоенной жизни.
А на Западе очень болезненно воспринимали любые публикации, где говорилось не только о многочисленных неудачах собственных спецслужб в Восточной Европе и об фактическом отказе от реальной поддержки антисоветских национальных освободительных движений оружием, боеприпасами и военными советниками. Ведь наличие многотысячной армии радикально настроенных оппозиционеров не требовало каких либо крупно масштабных акций. Да и опасно это было. Все помнили победоносный поход Советской Армии по странам Восточной Европы.
Была и еще одна причина. Запад пытался использовать многочисленные прибалтийские антисоветско-националистические организации для сбора информации о ситуации за «железным занавесом», хотя при этом декларировал просто поддержку в борьбе с советской властью. А в сфере шпионажа результаты не вдохновляли. Например, Гарри Розицке, руководящий сотрудник отдела стран советского блока ЦРУ, принимавший участие в разработке и осуществление операций по их «поддержке», сделал такие выводы:
«В конце концов, мы потеряли большую часть забрасываемых агентов. Мы не считали, что какие-либо из повстанческих организаций представит какую-либо угрозу для Москвы или агенты обеспечат наблюдение за большей частью территории СССР, как это позднее удалось сделать с помощью самолетов У-2 и спутников. Но тогда мы очень боялись русских и делали все, что могли…
Я считаю, что с самого начала все эти операции были обречены на провал. Тайные операции оказались не более, чем хитроумной выдумкой, дающей результат лишь в том случае, если внутренние силы какой-либо страны уже движутся в том направление, котором хотелось бы подтолкнуть ЦРУ. Если такая ситуация отсутствует, тайная операция или провалится, или даст обратные результаты».[85]
Несмотря на скептическое отношение самих сотрудников ЦРУ к возможностям засылаемой за «железный занавес» агентуры, в СССР к этой угрозе относились очень серьезно. Дело не только в традиционной для И. Сталина «шпионофобии», но и стремление скрыть от потенциального противника реальный уровень боеготовности к третей мировой войне. Первая пятилетка «холодной войны» — это не только создание «ядерного щита и меча», но и строительства множества аэродромов, восстановление ресурсов военно-промышленного комплекса и т. п. Не следует забывать и о «железном занавесе», который в буквальном смысле скрыл от Запада все, что происходило на бескрайних просторах Советского Союза.
Москву очень беспокоила активизировавшийся иностранные спецслужбы. После того, как удалось ликвидировать большинство отрядов «лесных братьев», сотрудники органов госбезопасности занялись борьбой со шпионажем. Первый нормативный акт изданный НКГБ СССР — Циркуляр под № 115 от 30 октября 1945 года «О работе английской разведки против СССР». Прошло четыре месяца, и новый документ: Указание НКГБ СССР от 6 февраля 1946 года «О выявление агентов английской и американской разведки среди репатриантов» Похоже что данная проблема стала актуальной даже для руководства страны. Об этом свидетельствует такой факт — 20 августа 1946 года вышло Постановление ЦК ВКП (б) «Об усиление борьбы с агентурой американской и английской разведки». А 2 февраля 1947 года вступил в действие Приказ МГБ СССР № 0048 «Об усиление контрразведывательной работы по борьбе с агентурой английской и американской разведок»[86].
Чем же должны были заниматься иностранные агенты? Например, английский журналист и авторитетный специалист по истории спецслужб Филлип Найтли в книге «Ким Филби — супершпион КГБ» так охарактеризовал операции британской разведки в Прибалтике в первые: годы «холодной войны»:
«начатая в 1945 году девятом отделом СИС латвийская операция была расширена и распространена на территорию Литвы и Эстонии. Она превратилась в дерзкую и наглую операцию, когда молодые сотрудники СИС совершали ночные рейсы к советскому
