бесконечность за спиной Вудсена.
– Я вся внимание, моя Госпожа, – выдохнула она.
Тело Вудсена буквально сбросило со стула. Поскольку его респектабельный живот не располагал к столь энергичным движениям, то, ударившись им об стол, председатель отскочил назад, и, торопливо падая на колени, увлек за собой и свой стул, рухнувший на пол с гулким грохотом.
Дэлери даже не шевельнулась.
– Благодарю Вас, моя Госпожа, все в порядке.
Скорчившись на полу под столом, Вудсен уткнулся лбом в ковер и зажмурился. Но как он ни зажимал уши ладонями, тихий, с придыханием шепот, просачивался в них, проникая, казалось, напрямую в мозг.
– Нет, моя Госпожа, никаких затруднений…
– М-м-м, в определенной степени, моя Госпожа. Ведь мы очень долго проработали вместе…
– Нет, ничего личного, моя Госпожа. Просто я рассматриваю его как крайне опытного и ценного сотрудника, поэтому…
– М-м-м, да, моя Госпожа, это была моя инициатива. Я сожалею, что…
– Да, конечно! Я полностью в Вашем распоряжении, моя Госпожа…
– Почту за честь, моя Госпожа…
– Ресторан? Мне нравится, как готовят в «Прайме», моя Госпожа…
– Да, я могу это организовать. Как следует отразить это в рабочем расписании..?
– О! Я поняла. Вот только… Советник Локано, Госпожа… он будет задавать вопросы…
– В таком случае, все в порядке…
– М-м-м, я постараюсь, но все равно он наверняка это заметит…
– Хорошо, я что-нибудь придумаю…
– Сделаю все, что в моих силах, Госпожа…
– И Вам всего доброго, моя Госпожа…
Бокалы снова коротко звякнули, и наступила тишина. Вудсен почувствовал, что зуд постепенно проходит, и через некоторое время осмелился осторожно выглянуть из-за края стола. Верховная Жрица сидела в своем кресле, и, облокотившись на подлокотник, задумчиво массировала лоб узорчатой рукой.
– Прием окончен, – бесцветным голосом произнесла она, не открывая глаз.
Вудсен вскочил на ноги, схватил свой портфель, потом поставил его обратно, схватился за упавший стул, приподнял его, опустил обратно, снова подобрал портфель, не выпуская его из рук, еще раз потянулся к стулу, потом неопределенно всплеснул рукой и начал трусцой пятиться к выходу, продолжая непрестанно кланяться. Даже выкатившись в коридор, он не сразу смог остановиться и еще какое-то время отвешивал поклоны перед уже закрывшейся дверью.
Сегодня в ресторане надо будет заказать двойную… нет, лучше тройную порцию «лекарства».
* * *
Верховный Советник Локано поставил свою размашистую подпись на последнем документе и положил его в стопку к остальным. В соседней стопке, поменьше, лежали те бумаги, по которым у него нашлись замечания и уточнения. По несколько десятков документов за каждый присест, причем все на разные темы, и в каждый надо быстро вникнуть, оценить и сделать выводы. У простого человека мозг бы попросту взорвался уже к исходу первой дюжины, но для Верховного Советника это являлось обычным рабочим ритмом.
Работа не сахар, но Локано она нравилась. Здесь он чувствовал себя на своем месте, выступая в качестве последнего рубежа обороны между Сиарной и вечно клянчащими у Нее подачки человечками. Советник удовлетворенно откинулся в кресле и опустил руки на подлокотники.
– Есть еще что-нибудь? – спросил он.
– Да, остался один рабочий момент, – Фиелк, его адъютант, убрал подписанные бумаги в папку и достал еще листок, – техники сегодня закончили обновление табличек и указателей. Я проверил – все в порядке, акт можно подписывать.
– Наконец-то! – Советник оставил на бумаге еще один вольготный росчерк, – Скольких хлопот удалось бы избежать, живи Бекташ в новом корпусе!
Локано всегда отдавал предпочтение функциональности и эффективности, считая привязанность к чему-то старому, привычному и традиционному признаком слабости. Как только завершилось строительство нового корпуса Дворца, он немедленно сюда переселился, не без оснований полагая, что современные инженерные системы, связь, лифты, в конце концов – все это будет способствовать повышению отдачи и работоспособности. Руорн же, вместе с Дэлери и рядом других Служителей остались в старых помещениях, отказавшись переезжать, несмотря на то, что выгоды переселения представлялись совершенно очевидными. Во всяком случае, беготня по лестницам их, похоже, ничуть не утруждала.
И точно так же Локано после повышения отказался переезжать в старый кабинет Руорна, оставшись в своем, лаконичном и строго функциональном, что естественно потребовало замены ряда указателей, установленных в дворцовых коридорах.
– Кстати, ты не знаешь, кому отдали комнаты Бекташа? – полюбопытствовал он, возвращая бумагу Фиелку.
– Никому, насколько мне известно. Господин Руорн пока занимает свои прежние покои.
– Что за ерунда?! С каких это пор у нас смертные обитают в помещениях, предназначенных исключительно для Служителей Сиарны? Почему его до сих пор оттуда не вышвырнули?
– Не могу знать, мой господин, но Сестра Джейх подписала распоряжение, закрепляющие эти комнаты за господином Руорном.
– Собати?! – Локано озадаченно выпятил губу. Вступать в полемику с главной распорядительницей Дворца отнюдь не входило в его планы. – Что это вдруг на нее нашло?
– Кто знает, – адъютант на секунду запнулся, но все же выложил и остальное. – А его медицинское обслуживание курирует лично Сестра Кьюси.
– Вот тебе и невинная овечка Кью! – Советник усмехнулся. – Ну, теперь все становится на свои места. Если ты наткнулся на эту парочку, то где-то рядом должна обретаться и Виан. Без ее санкции они бы не решились на подобное самоуправство.
– Из секретариата Верховной Жрицы никаких распоряжений на сей счет не поступало, – с сомнением заметил Фиелк.
– Само собой! Виан – мастак вершить свои сомнительные делишки чужими руками. Надо бы с ней на этот счет пообщаться, а то ей, похоже, давненько никто хвост не накручивал, расслабилась подруга, – Локано вывел на экран рабочие графики Служителей. – Как раз сегодня вечером у нее свободное окошко имеется. Опять в бассейн собралась, что ли?
– Сомневаюсь, – его адъютант отрицательно покачал головой. – Сестра Дэлери обычно посещает спорткорпус по утрам. Да и вряд ли она стала бы ради этого отменять назначенные встречи.
– Она отменила какие-то мероприятия? – Советник заинтересовано наклонил голову.
– Да, мой господин. Все назначенные на сегодняшний вечер аудиенции у Верховной Жрицы отменены без объяснения причин.
– Вот те на! У нас, оказывается, что-то экстраординарное стряслось, а я и знать ничего не знаю! Непорядок, – Локано сокрушенно поцокал языком. – Как мост освящать, так у нее дел невпроворот, а тут – на тебе! Все побросала и – шасть!
– У Жриц есть свой круг обязанностей, – неуверенно заметил
