Выстроившись в правильный походный порядок, отряд испанцев во главе с Кортесом двинулся вперед по дамбе. Несмотря на то что ее ширина позволяла двигаться сразу восьми лошадям в ряд, продвижение сейчас было серьезно затруднено массами собравшихся отовсюду местных жителей, которым страшно хотелось посмотреть на необыкновенное зрелище. По мере приближения к столице испанцы оказались на пересечении их дамбы с другой, где находился хорошо укрепленный бастион с башнями и воротами для их защиты. В этом месте их ждали около 4000 очень богато, но одинаково одетых придворных императора. При подходе Кортеса каждый из них прикасался правой руки земли, целовал ее, совершал поклон и затем проходил дальше. Это по-восточному утонченный массовый церемониал занял около часа. За упомянутым укреплением дамба продолжалась дальше, а перед ее переходом в первую городскую улицу она разрывалась деревянным подъемным мостом шириной в 10 футов, лежавшим над проливом, соединявшим два озера.
Именно перед этим мостом Кортеса встречал могущественный император ацтеков Монтесума. Вот как описывает его торжественно-церемониальное появление и встречу с предводителем испанцев личный секретарь Кортеса Франсиско де Гомара.
«Он шел, несомый четырьмя знатными сановниками, под навесом из золотых и зеленых перьев, украшенных серебряными воланами. Его поддерживали под руки два его племянника великие принцы Куитлауак и Какама. Все они трое были облачены в одинаковые наряды за исключением того, что на ноги Монтесумы были надеты золотые туфли, унизанные драгоценными камнями. Перед ними с каждой стороны двигались по два слуги, стелившие и поднимавшие мантии, так чтобы Монтесума не ступал на землю. Вслед за ними ступала совершенно босиком целая процессия из двухсот касике, завернутых в гораздо более роскошные мантии, чем первые три тысячи придворных начального эскорта. Монтесума двигался по центру улицы, а все, кто следовал за ним — прижимаясь к стенам и держа взгляд долу, поскольку поднять на него глаза означало бы проявить невообразимое непочтение.
Кортес спешился и приблизился к Монтесуме, чтобы обнять его, как это делают испанцы, но ему тут же воспрепятствовали сделать это те, кто его поддерживал, поскольку коснуться его означало совершить грех. Но даже без этого они оба приветствовали друг друга, и Кортес набросил на шею Монтесумы ожерелье из жемчужин, бриллиантов и других разноцветных камней, сделанных из стекла. Монтесума шагнул вперед с одним из своих племянников, приказав другому вести Кортеса за руку сзади него. Когда они двинулись, облаченные в мантии сановники стали подходить к Кортесу один за другим, чтобы сказать ему слова приветствия и поздравить его с прибытием, а затем, прикоснувшись к земле руками, они проходили и становились обратно на свои места. Если бы все граждане приветствовали его так, как им хотелось, то на это потребовался бы целый день, но поскольку император прошел вперед, они все повернулись лицом к стене и уже не осмеливались приблизиться к Кортесу».
Такой торжественной процессией Монтесума привел испанцев к огромному великолепному дворцу, где все они могли расположиться с невиданным комфортом в роскошных королевских хоромах, где, взяв Кортеса за руку, он предложил прибывшим гостям обильную трапезу и приятный отдых перед скорой встречей. Испанцы были потрясены богатством и роскошью своих апартаментов, но Кортес, не теряя времени, в первую очередь расквартировал своих людей и выставил пушки у каждого входа, и только после этою пригласил их всех на обильный императорский ужин.
После завершения трапезы во дворец испанцев прибыл для первой беседы с Кортесом Монтесума. Сначала он выступил перед гостями с обращением, смысл которого состоял в том, что, согласно древней легенде ацтеков, они всегда ожидали появления людей с той стороны света, откуда появились испанцы, которые должны были стать во главе их и править ими от имени могучего короля. Монтесума признался, что по всем признакам, в том числе по их воинской доблести и многочисленным победам, одержанным над превосходящими силами противников, он считает прибывших гостей именно этими людьми. Он заверил их в том, что ацтеки во главе с ним будут им подчиняться, делить с ними все, что у них есть, и передать им все имеющиеся у них накопленные поколениями богатства при условии, если они не будут их обманывать. Со своей стороны радостный и почти ликующий услышанным Кортес подтвердил мнение Монтесумы, что испанцы — это именно те люди, которых так давно ждали ацтеки, а его монарх — подлинный правитель мира и естественный наследник всех титулов и земель предков императора. Он выразил готовность принять упомянутые Монтесумой богатства в качестве ценного дара На этом первая встреча сторон завершилась, а потрясенные происходящим испанцы не верили, что все это совершается с ними не в великолепном сне, а наяву.
В течение последующих шести дней очарованные гости близко знакомились с роскошью, великолепием и богатством многочисленных дворцов, храмов, сооружений, садов, оружейных палат, охотничьих угодий, рынков и строений столицы ацтеков, расположенной на нескольких островах, благоухающих пышными невиданными цветами, деревьями и растениями, и частично на сваях, не переставая восхищаться невероятно высокой цивилизацией этой огромной страны. В эти дни их неоднократно навещали сам Монтесума и его приближенные, а трапезы и внимание к их малейшим пожеланиям оставались столь щедрыми, как и в день их прибытия в Мехико-Теночтитлан. Однако, несмотря на свое сказочно великолепное положение, некоторые участники отряда, и в первую очередь сам его руководитель, испытывали внутреннее беспокойство и тревогу. Кортеса, да и других, особенно взволновало более близкое ознакомление с расположением города, его огромными размерами и многочисленностью его населения. Многие испанцы делились с генерал-капитаном опасениями, что при желании Монтесумы никто из них не сможет выбраться из этой великолепной ловушки.
Кортес прекрасно сознавал пугающую хрупкость положения отряда в Мехико и все больше понимал, что без его полного контроля над Монтесумой ему будет невозможно подчинить себе эту богатую, мощную и обширную империю. Чтобы в этих обстоятельствах устранить возможные и вполне вероятные опасности для испанцев, а также осуществить свою главную цель по завоеванию этой страны, он приходит к выводу о необходимости ареста Монтесумы. На случай уже заранее подготовленного плана расправы ацтеков с испанцами он решает построить как можно быстрее несколько бригантин, поскольку они были совершенно необходимы для обеспечения успешного выхода из города, окруженного широкими водами нескольких озер. Однако арест Монтесумы был ключом решения всех других вопросов, и поэтому Кортесу нужно было сделать это в первую очередь, и он стал искать какой-нибудь предлог, не ставя пока никого в известность о своем плане.
