- Я не хотел этого, - прошептал он. - Я только обездвижил его! Только обездвижил, слышите вы?! Там не было крови! Если бы я увидел, что он ранен, я позвал бы мадам Помфри…
- Вы не виноваты, Поттер. Хмури не повезло: он наткнулся на вас в тот момент, когда вы были готовы на все, чтобы прийти к цели. Он не понял этого, поэтому сейчас мертв.
- Бездушное чудовище, - Гарри вскочил с кресла и оказался лицом к лицу со Снейпом. - Вам безразличны люди! Для вас не имеет значения, что я чувствую! Вы сами привыкли убивать, потому что Упивающиеся не гнушаются ничем, и Дамблдор это знает! Даже когда вы перешли на его сторону, все равно продолжали убивать и убивать, но не все такие, как вы! Я не хочу, чтобы на моих руках была кровь! Я не хочу, слышите?!
Гарри давно перешел на крик, его кулаки сжались, ногти впивались в ладони. Ярость рвалась наружу, выплескиваясь обвинениями, перемежающимися проклятьями, но боль не уходила, и тогда Гарри заплакал.
- Вам не нужно было столько пить, - сообщил Снейп, шагнув к нему, но Гарри отшатнулся, обхватив руками плечи:
- Не прикасайтесь ко мне! Вы - такой же убийца и я не хочу… не хочу, не хочу…
Чего именно он не хочет, юноша не успел сообщить: Снейп схватил его за плечи и как следует встряхнул, так что у Гарри клацнули зубы и он едва не прикусил язык.
- Я всегда был против того, чтобы Альбус так носился с вами! Посмотрите, что с вами стало, Поттер! Вы жалки!
- Я не хочу убивать! Не хочу крови, не хочу в Азкабан, - твердил он, окончательно осознав последствия собственного поступка.
- Не будет никакого Азкабана, - рявкнул Снейп. - Если вы победите Лорда, об этом забудут, как и о многом другом!
- Но я не забуду!
- Полно! Куда вы денетесь? Вы не виноваты ни в чем. Разве что в неуемной жажде справедливости. Но за это в Азкабан не попадают.
- Вы никогда не поймете…
Гарри стоял, покачиваясь из стороны в сторону, словно рассудок его покинул. Он так рассчитывал, что опьянение поможет справиться с чувством вины и страхом, но все надежды обратились в прах. Он устал кричать, устал доказывать собственную невиновность, потому что Снейпу до этого не было дела, а доказать что-либо самому себе гораздо труднее, чем кому-то еще. Хотелось выть от боли, крушить все вокруг, или забиться под одеяло, уснуть и никогда больше не просыпаться.
- Вы не виноваты, Поттер. Никто не в праве вас обвинять. Вы не хотели его гибели и это докажет любой адвокат. Невозможно управлять случайностью, и вы - не исключение, - сухо проговорил Снейп.
- Почему Вы не сказали мне об этом раньше? - Гарри снова всхлипнул, а потом вдруг вцепился в мантию профессора. - Почему не сказали? Я должен был знать!
Снейп вздрогнул, но не отстранился:
- Это не то, что я стал бы вам рассказывать.
- Почему? Ну почему же, черт возьми?! Почему Вы так со мной поступили?!
Снейп промолчал. Гарри почувствовал прикосновение к волосам и снова всхлипнул, понимая, что профессор пытается его успокоить - неуверенно, неловко, потому что, наверняка, ему редко приходилось утешать кого-либо. Говорить было бессмысленно, но простое прикосновение сделало то, что не могли сделать никакие увещевания: страх отпускал. Несколько минут юноша просто стоял, опустив голову на плечо Снейпа, а затем его пальцы разжались, выпуская мантию профессора, и Гарри неуклюже обнял его, прижавшись теснее и чувствуя, что боль уходит. Ему казалось, что стоит лишиться этой сомнительной поддержки, и страх вернется с новой силой. Он уже не задумывался о том, как профессор может воспринять его действия. Долгожданный покой был гораздо заманчивее, чем недовольство зельевара.
- Что мне теперь делать? - голос Гарри звучал глухо, но Снейп услышал его.
- Перестаньте себя винить. Вы справитесь. Никто и не обещал, что будет просто.
- Я знаю.
- Тогда прекратите заливать слезами мою мантию и отправляйтесь к себе.
Слова Снейпа, сказанные спокойным, без намека на издевку, голосом, вернули Гарри к действительности. Он отступил назад, понимая, что большего от Снейпа ждать не придется, постоял, привыкая обходиться без опоры, и на нетвердых ногах двинулся к двери.
- Да вы совсем пьяны, мистер Поттер, - констатировал профессор. - Отвратительное зрелище!
- Тогда не смотрите, - юноша скривился и продолжил свой путь, однако Снейп оказался проворнее: нагнав Гарри в дверях, профессор обхватил его за талию, поддержав, и направил в нужную сторону:
- Держитесь, Поттер. Будет жаль, если вы свернете себе шею на лестнице, так и не удостоившись лавров победителя!
- Прекратите издеваться надо мной, мне и без того плохо!
- Нет, Поттер. Вы даже не представляете, что такое «плохо», уж поверьте мне…
Пока они поднимались наверх, Гарри окончательно убедился, что, хоть ноги у него и заплетаются, мыслит он, как ни странно, до противного ясно. Складывалось впечатление, будто скотч не возымел на него никакого действия за исключением полного приведения в негодность вестибулярного аппарата.
В спальне он потратил несколько минут только на то, чтобы снять ботинки, и даже освещение ему помогло мало. Снейп с ухмылкой наблюдал за его жалкими потугами, но не комментировал, видимо, полагая, что юноша вряд ли воспримет его слова.
Свалившись на кровать, Гарри перевернулся на спину, раскинув руки, и комната вдруг куда-то поплыла:
- О, Мерлин, - юноша зажмурился, но стало только хуже.
- Что, скверно? - Снейп сложил на груди руки и окинул Поттера пренебрежительным взглядом. - Надеюсь, это отучит вас топить горе в выпивке.
- Погасите свет… пожалуйста…
Снейп тихо выругался, но заклинание освещения отозвал. Юноше осталось лишь поморщиться, выражая неудовольствие собственным самочувствием, и предпринять попытку выпутаться из рубашки, однако его усилия не увенчались успехом. Возился он достаточно долго, но после того, как последняя пуговица едва не была вырвана вместе с куском материи, сдался, решив передохнуть и повторить попытку чуть позже. Молчаливое неодобрение Снейпа раздражало, и Гарри охватила досада:
- Вы сами вчера были не в лучшем состоянии. Думаете, я не видел? - обличающе возвестил он, рассчитывая, что это напоминание сгодится в качестве оправдания.
- Объяснение просто до банальности, Поттер. Вы меня достали. Своими выходками, своей тупостью и гонором, - раздраженно отметил профессор и развернулся, собираясь уходить.
- Куда вы? - мигом встрепенулся Гарри.
- За антипохмельным зельем, Поттер. Меня не прельщает слушать с утра ваши стенания.
Зельевар скрылся за дверью, а Гарри, решив больше не мучиться с одеждой, укрылся одеялом и уставился в потолок. Одиночество и тишина оказались благодатной почвой для вернувшихся угрызений совести и страха. Юноша понял, что еще несколько часов одиночества, и он попросту рехнется, поэтому, когда на пороге вновь показался Снейп, Гарри облегченно вздохнул: лучше слышать упреки профессора, чем метаться в полной тишине, отбиваясь от навязчивых кошмаров.
