– О’кей. Доброй вам ночи, мисс.
Я его старше на год, не больше, а он обращается ко мне «мисс». Виной тому обретение силы: я стала выглядеть по-другому.
Я пошла к столику и села. Передо мной на столике сиротливо лежал телефон. Я получила еще две эсэмэски от Биша, три раза звонил Калеб, потом был еще один пропущенный звонок – уже от папы. Ничего себе.
Я оттолкнула телефон и съела ложку вязкого вкусного пломбира. Я начинала успокаиваться и теперь могла поразмыслить, не переборщила ли. Нет, не переборщила. Это они сошли с ума.
Они кланялись! Кланялись мне!
Когда от мороженого ничего не осталось, я выбросила тарелочку и решила прогуляться. Я понимала, что уже темно и время позднее, тем более в Калифорнии, но вернуться к джипу и поехать домой еще не могла. Признаться, я даже не была уверена, что помню, как возвращаться.
Я обратила внимание на расчищенный участок сбоку от киоска – видимо, он служил для чего-то важного. Подойдя поближе, я заметила небольшую площадку, окруженную со всех сторон большими каменными глыбами. Надпись гласила, что это мемориал в честь мужчин и женщин, которые служили своей стране. Я села на скамейку среди камней в самом темном месте и расплакалась. Я плакала из-за всего, по поводу и без, по мелочным и даже дурацким причинам. Я разошлась и не могла остановиться.
Я чувствовала себя ужасно. Сердце тревожно трепыхалось, томясь по Калебу, но я постаралась выровнять дыхание, чтобы он не подумал, будто я попала в беду. Я решила увидеть его и убедиться, что с ним все в порядке. Сфокусировалась на нем и увидела, что он сидит на ступеньках переднего крыльца, держа в руках телефон. У Калеба немного тряслись руки. Одной рукой он потер сердце и, поморщившись, шумно вздохнул. Я знала, что ему больно, как и мне, даже больнее. От этого я почувствовала себя еще хуже. Но мне нужно было еще немного продержаться.
Калеб подскочил, когда зазвонил телефон.
– Мэгги! – проговорил он взволнованно… – О, папа, ее все еще нет. – Питер что-то сказал, и Калеб поморщился. – Нет. Она меня блокирует. Не могу пробиться к ней, а телефон не отвечает. – Калеб рукой потер себе шею. – Я знаю, папа… Знаю, что сам заварил эту кашу. Я все исправлю, только бы она заговорила со мной, понимаешь… Да, я уверен, что она Провидица, у нее есть метка и она рассказала нам… Самое главное для меня – это она. Вся эта чертовщина с ясновидением не имеет значения. Единственное, о чем я думаю, – как вернуть ее в целости и сохранности. Нет. Я был словно заколдован или что-то вроде того. Не ощущал ничего, кроме преклонения. Очень странное чувство, я будто потерял контроль над собой. Мне все равно, поженимся мы или… Пошли все к черту, если думают, что заставят меня отступить или отказаться от Мэгги. Кто может защитить ее лучше меня?.. Да, я знаю, что уже натворил дел, но это не повторится. Когда Мэгги вернется, я… я… Не знаю. Я что-нибудь сделаю. Все исправлю. – Калеб повесил трубку и стукнул кулаком по перилам лестницы на крыльце.
Мне захотелось прижать его к себе, обнять, чтобы успокоить, но я не могла двинуться с места – пока не могла. Мне казалось, сперва я должна сделать что-то еще.
Калеб сидел, выпрямившись и часто дыша.
– Мэгги?
Я сидела как зачарованная. Неужели он почувствовал, что я смотрю на него?
– Мэгги, вернись! Прости меня. Пожалуйста, детка, – попросил Калеб. – Я здесь умираю, не зная, где ты!
Я вскочила со скамейки, прежде чем он успел вычислить, где я. Я осмотрелась вокруг, со всех сторон были огромные камни. Потом увидела человека, направлявшегося в мою сторону. Продавец из кафе-мороженого.
– Эй, ты что тут делаешь?
– Просто сижу.
– Ну, знаешь, это не очень-то безопасно для девушки. Одна, вечером, да еще в таком месте.
Его освещал только лунный свет.
– Да ничего со мной не случится, – улыбнулась я.
– У тебя что, есть «черный пояс»?
Я усмехнулась, вспомнив, как дядя Макс давал мне мысленные уроки «карате».
– Да, вроде того.
– А, ну тогда… – кажется, у него закончились аргументы. – Все равно, не думаю, что тебе стоит быть здесь.
– Я недолго.
– А в чем дело? У тебя что-то случилось?
– Да так, кое-какие неприятности.
– А-а, у всех свои неприятности, – парень усмехнулся и присел рядом со мной.
– Догадываюсь, но у меня все ужасно запутано.
Продавец кивнул. Потом вытащил из кармана квитанцию и что-то написал на ней. Оторвав от квитанции клочок, отдал его мне.
– Не хочу тебя пугать, я не такой, но меня в жизни не раз жевали и выплевывали. – Я взяла бумажку, на ней был номер телефона. – Я живу на той стороне дороги, в самом вонючем на свете гадюшнике. – Он указал направление. – Если тебе понадобится перекантоваться на ночь или пристроить кого-нибудь, звякни.
Я с улыбкой посмотрела на него.
– Очень тебе признательна, но я не местная. И не представляю, сколько здесь пробуду.
– Джорджия? – спросил парень.
– Теннесси.
– Мог бы догадаться по акценту. Я из Небраски. Да, тем, кто из другого штата, не спрятаться, вычислим. – Он снова рассмеялся, и я засмеялась вместе с ним. – Я серьезно. Похоже, ты хорошая девушка. Просто в голову не идет, кто мог тебя обидеть.
– В общем, так получилось. Со мной… ну, со мной кое-что произошло. И нет, я не беременная, – предупредила я его мысли. – Просто не хочу быть такой, как все ждут.
– А… По крайней мере, есть люди, которым ты, кажется, небезразлична. Некоторые не виделись с семьей тысячу лет, а приятели, что у меня есть, за пару баксов всадят нож в спину.
– Мне жаль. Это, должно быть, тяжело.
– Приходится с этим жить. Жизнь штука длинная, а потом – все, и тебя нет, – парень, не переставая, вертел в руках мобильник. – Ну ладно, я тебя задерживаю, иди… куда собиралась. Ты же не планировала спать прямо тут, верно? Если что, мое предложение насчет ночлега в силе.
– Нет, я пойду домой.
– Ты точно в порядке?
– Точно.
Парень пожал плечами, мол, сделал все, что мог.
– Тогда ладно. – Он протянул руку. – Приятно было встретиться, Теннесси.
Я улыбнулась.
– И мне тоже, Небраска.
И только я дотронулась до его руки, как меня озарило еще одно видение.
Глава 6
В моем видении парень уезжал куда-то с чемоданом в руке. Его отец был рассержен, мать плакала, а брат с мстительной и ревнивой миной наблюдал, как он уходит.
Однако юноша не знал, что мать ушла после него. Она, глядя вслед его потрепанному автомобилю, попыталась остановить сына, но было уже поздно. Он уехал. Она разругалась с семьей из-за того, что они его прогнали. Ударила мужа по лицу, собрала вещи и отправилась на поиски уехавшего сына.
