Но Данте ухватил ее за локоть, удерживая:
– Куда ты направляешься?
– В галерею Уффици.
Данте наградил ее очередным унизительным взглядом:
– В это время дня? Там толпы туристов, а попасть можно, только если билет заказан заранее.
– Я ничего не заказывала, – с сожалением призналась Топси.
– Тебя ждет кошмар. Откажись от этой идеи. Обещаю как-нибудь организовать тебе особый проход, так ты сможешь все осмотреть спокойно.
Глаза Данте встретили ее взгляд, мир словно покачнулся. В этот пьянящий момент значение имел только Данте, который наполнял ее голову безумными мыслями, а тело – знакомыми реакциями, с которыми она ничего не могла поделать. Она хотела его, как никого не хотела прежде, – жаждала всем своим существом.
Губы Данте изогнулись в медленной торжествующей улыбке, и он опустил солнечные очки, разрывая связь, которая заставляла все тело Топси трепетать от возбуждения. Она моргнула, на мгновение потерявшись в когтях неудовлетворенного желания, и опустила голову, пытаясь взять себя в руки.
– Ты даже не сказал, что здесь делаешь, – сбивчиво выдохнула она.
– Мама забыла попросить тебя забрать ее контактные линзы из аптеки, – прозаично сообщил он.
– О… Конечно, а я и не вспомнила. Она всегда просит меня сделать какие-то дела в городе, но я не хотела так рано ее будить, чтобы узнать, что нужно. – Топси прижала руку к гудящей голове, словно это могло заставить ее снова мыслить логично.
– Это первое здание Банка Леонетти, который много лет назад основал один из моих предков. – Данте остановился перед высоким строением из песчаника, в лучших традициях старинной флорентийской архитектуры. – Я начал работать здесь, когда мне исполнилось двадцать один год, а спустя несколько лет мы перенесли центральный офис в Милан и пожертвовали здание городу, чтобы открыть в нем музей.
– Двадцать один? Это юный возраст. Ты никогда не хотел быть кем-то еще, не банкиром?
– Моя будущая карьера была определена в день моего рождения, – сухо сообщил Данте. – Отец не позволил бы мне выбрать другой путь. К счастью, я унаследовал деловую хватку Леонетти и талант к вычислениям. А ты мне так и не объяснила, как умудрилась заметить вчера ошибку на документе.
Топси покраснела:
– Я просто увидела, что вычисления неправильные.
– Но ты смотрела на них всего пару секунд.
– Ничего не могу поделать; иногда мои мозги работают как компьютер, – призналась она негромко. Из-за своих талантов она часто выглядела одаренным ребенком, вундеркиндом, и неловкость сохранилась и во взрослые годы. – Куда ты меня ведешь?
Они направлялись на оживленные средневековые улочки между Виа Маггио и Пьяцца Питти, в квартал художественных мастерских. Они словно перенеслись назад во времени, шагая между витринами, где выставляли свои работы переплетчики, изготовители скрипок, кузнецы, скульпторы и сапожники. Улочки были очаровательны – настоящая средневековая Флоренция, которую мог показать только местный житель. Топси несколько дней бродила по городу с путеводителем, вместе с бесконечной толпой таких же прилежных туристов, пока достопримечательности не начали сливаться, а мозг не оказывался перегружен информацией.
В дизайнерской студии она выбрала в подарок для Кэт красивую эмалевую рамку для фотографий – и удивленно нахмурилась, когда Данте попытался заплатить за ее покупку.
– Это не для меня, а для моей старшей сестры, в подарок, – сообщила она, вежливо отказывая ему.
Но Данте удалось купить ей лимонное мороженое, такое вкусное, что у Топси вырвался жалобный стон удовольствия от вкуса. Взяв салфетку, Данте вытер кончик ее носа и уголок рта, испачканные мороженым.
– Ты как ребенок, carissima mia.
Завороженная его весело-насмешливой улыбкой, Топси подняла на него необычно серьезный взгляд. Данте легко мог причинить ей боль, и еще вчера ее охватывал страх, но теперь осторожность казалась всего лишь поводом не жить в полную силу. Ее взгляды менялись, она жаждала новых впечатлений, ее снедало любопытство по поводу Данте и тех ощущений, которые он вызывал у нее.
– Идем обедать, – решил Данте.
– Мне нужно возвращаться к работе, – возразила Топси.
– Мама тебя не ждет. К ней приедут обедать друзья.
Данте провел ее к своему автомобилю – на этот раз «бугатти-вейрон», – окруженному стайкой восхищенных мальчишек. Он вручил самому высокому из них купюру, поблагодарил за то, что он позаботился о машине, и усадил Топси на пассажирское сиденье.
– Где твой «пагани»? – напряженно спросила она.
– В мастерской, и останется там в обозримом будущем, – мрачно признался Данте и покосился на нее. – Ты опасная женщина.
– Но ведь никто не пострадал, – ответила Топси, покраснев. – Где мы будем обедать?
– Увидишь.
Ее взгляд остановился на сильном стройном бедре, обтянутом джинсами, и Топси потребовалось усилие, чтобы отвести глаза, прогнать охватывающие ее дикие желания. Любопытство не оправдывает глупости. Между ними ничего не случится без ее на то желания; и она убеждала себя в том, что не сделает такой ошибки. Однако мысли у нее разбегались: то она хотела Данте, то уговаривала себя, что должна сопротивляться.
– Куда вы с Витторе ходили утром? – мимоходом поинтересовался Данте.
– Он просил совета по поводу подарка графине на день рождения, – ответила Топси, не видя смысла это скрывать.
– Зачем ему твои советы?
– Потому что он всегда выбирает не то.
– Не то? – переспросил Данте.
– Он любит блестящие вещи.
К удивлению Топси, Данте понимающе рассмеялся:
– Тогда понятно, зачем ему твоя помощь.
Полчаса спустя они оказались в знакомой местности, поднимаясь по извилистой горной дороге. Однако, свернув на гравийную дорожку, Данте остановился.
– Боюсь, отсюда нам придется пойти пешком, – сказал он в ответ на удивленный взгляд Топси.
Она выбралась из автомобиля и оперлась на дверцу, любуясь открывшимся ей видом на лесистые холмы и город, оставшийся далеко позади.
– Где мы?
– На самом краю поместья Леонетти. – Данте закрыл багажник, бросив Топси одеяло и оставив себе внушительную корзинку для пикника.
– Пикник? – изумленно посмотрела на него Топси.
– Еда будет лучше, чем обычно на пикниках. У меня непревзойденный повар.
Топси неуверенно перехватила одеяло покрепче.
– Не думала, что ты любишь пикники.
– Ты сама виновата. Мне нужен был веский повод надеть джинсы, – ехидно сообщил Данте, направляясь под укрытие деревьев и предоставляя Топси идти следом.
Облегающее хлопковое платье Топси приподнялось, когда она пыталась поспеть за Данте. Задыхаясь от жары, девушка одернула подол.
