Только его шрамы, в отличие от ее пока еще не затянувшихся ран, на виду у всех. Опустив глаза на руку мужчины, небрежно державшую нарядные босоножки, она увидела и на ней следы ожога. Холли вдруг почему-то стало его жаль, но она тут же одернула себя. Человек такого склада, как он, вряд ли нуждался в чьем бы то ни было сочувствии.
— Я… ненадолго прилегла, — сбивчиво пробормотала Холли.
Тот понимающе кивнул.
— Извините, что заставил вас ждать. Маурицио сказал, вас зовут Джульетта.
— Д-да.
— Какое приятное совпадение. А меня можете называть Ромео. — И мужчина церемонно поднес ее руку к своим губам, Холли словно ударило током. Никогда еще ласковое прикосновение не вызывало у нее такой ошеломляющей реакции. Все ее тело словно занялось жаром. Это он! — промелькнуло в ее сознании. Неужели она и впрямь встретила своего принца?
— Вас действительно так зовут? — нерешительно спросила Холли, стараясь сбросить с себя наваждение.
— Ну, почти. — Ромео выпустил ее руку и улыбнулся.
Девушка неловко переступила с ноги на ногу. Он наверняка привык к искушенным светским красавицам, а она ведет себя как неуклюжая провинциалка.
— Мне жаль, что Рина не смогла прийти, — тихо произнесла она. — Надеюсь, вы не очень разочарованы.
Ромео слегка прищурился, пристально вглядываясь в ее лицо, словно проверяя, насколько она искренна. Холли почувствовала, что ее щеки вот-вот лопнут от прилившей к ним крови. Собственная внешность всегда была для нее источником переживаний. Мать всегда внушала, что следить за собой грешно, а накрашенная женщина — пособница дьявола. Гленн тоже не баловал ее комплиментами, и она стеснялась своего небольшого роста, слишком хрупкой комплекции, рыжих волос и веснушек. Она и не подозревала, что ее хрупкость придавала ей вид воздушного эльфа, а сочетание медно-рыжих волос, непокорными кудрями струившихся по плечам, ясных, зеленых, как молодой листок, глаз и нежнейшей молочно-белой кожи делало ее порой просто ослепительной. Впечатление усиливалось тем, что она явно не осознавала, насколько хороша собой. Вот и сейчас стоявший перед ней мужчина был искренне восхищен, но Холли это и в голову прийти не могло.
— Позвольте мне, — повторил он и, наклонившись, осторожно взялся за ее лодыжку, заставив немного приподнять ногу.
— Что вы делаете! — испуганно ахнула Холли, но он уже ловким движением надел босоножку и застегивал ремешок. Девушке оставалось лишь молча подставить ему вторую ногу и с бешено бьющимся сердцем наблюдать за его действиями. Теперь она понимала женщин, готовых броситься в объятия мужчины и отдаться ему безоглядно.
— У вас красивые ноги, — объявил Ромео, слегка проводя пальцем вдоль ее икры, отчего Холли чуть не рухнула на ковер.
— Спасибо, — еле слышно прошептала она и, просто ради того, чтобы что-то сказать, прибавила: — У вас усталый вид.
Она действительно успела заметить темные круги у него под глазами и напряженно сжатые губы.
— День был тяжелый, — неожиданно сухо отозвался Ромео. — Но не волнуйтесь, скоро у меня откроется второе дыхание. Он бросил взгляд на дорогой «ролекс» на своем запястье. — Боюсь, что коктейли нам уже не достанутся, но на банкет мы еще успеем.Дайте мне пять минут на то, чтобы переодеться.
Он решил, что она намекает на его опоздание!
— Я не это хотела сказать, — пробормотала Холли. — И вообще, можете не торопиться, — прибавила она, кладя руку ему на локоть.
— Глупости! — решительно заявил мужчина. — Вы пришли на свидание, чтобы посетить самый дорогой ресторан в городе, и я не стану лишать вас удовольствия.
Он и впрямь устал, но готов идти на банкет, потому что таково было неписаное правило. Он считает ее такой же пустышкой, какими в его представлении были жадные до развлечений Рина и Селеста.
— Знаете что? — Холли невольно крепче сжала его локоть. — Мне вообще-то все равно пойдем мы куда-нибудь или нет. — И, встретив его недоверчивый взгляд, поспешно прибавила: — Я уже наелась замечательных тарталеток Маурицио, и дорогой ресторан будет пустой тратой времени и денег. По мне, так мы можем вообще никуда не идти.
Глаза Ромео подозрительно сузились.
— Вы готовы отказаться от развлечений только из-за того, что у меня был тяжелый день? — спросил он.
— Полагаю, что здесь я найду все развлечения, какие мне потребуются, — неожиданно для себя храбро заявила Холли.
Ромео откинул голову и расхохотался.
— Вот уж не ожидал, — объявил он. — Вы просто идеальная спутница для человека, весь день пахавшего в офисе. Что ж, раз так, пойду попрошу Маурицио приготовить нам легкий ужин.
— Но вам, наверное, надо съесть что-нибудь существенное, — запротестовала Холли, но тот лишь улыбнулся и покачал головой.
Подняв руку, он легко провел пальцем по верхней губе девушки, и у нее сладко защемило внизу живота. Ее романтическое приключение обещало стать захватывающим…
— Не бойтесь, что я смажу вам помаду, — заметив, как вздрогнула Холли, сказал Ромео. — Она все равно уже стерлась.
— Я ее съела вместе с тарталетками, — засмеялась девушка. — Но я могу снова накрасить губы, пока вы разговариваете с Маурицио.
— Не надо, — улыбнулся он. — Мне нравится контраст между вашими тщательно накрашенными глазами и нежной невинностью ваших губ.
— Если вы рассчитываете встретить во мне невинную особу, то не надейтесь, — кокетливо отпарировала Холли, удивляясь сама себе. Оказывается, у нее есть все задатки женщины-вамп, а она об этом и не подозревала.
Ромео осторожно взял ее за подбородок и приподнял ее голову. Однако смотрел он вовсе не на лицо Холли. Его взгляд медленно скользил по ее шее к небольшой груди, приподнимавшей платье под вырезом. У нее вдруг возникло ощущение, что груди наливаются, а соски призывно набухают.
— На тебе нет бюстгальтера. — Мужчина сопроводил свое открытие медленным движением пальца по ее шее, намеренно избегая касаться нежных холмиков.
Холли, смутившись, отодвинулась.
— У меня слишком маленькая грудь, так что я в нем не нуждаюсь, — пробормотала она, чувствуя, как кровь молотом стучит в висках.
— Самое лучшее не всегда должно быть самым большим, — тихонько произнес Ромео, снова притягивая ее к себе. Он провел ладонью вдоль ее бедра и ниже — к колену. — На тебе чулки или колготки?
— Чулки, — выдавила Холли, едва ворочая языком.
С первых дней вдовства она выяснила, что дешевле покупать чулки, которые можно комбинировать, если один порвется, чем выбрасывать колготки, как только на них спустится петля. Однако сегодня она надела чулки вовсе не из этих соображений.
— Так, попробую угадать, — продолжал Ромео. — Черный кружевной пояс?
