class="p1">– Вы отказываетесь нам помогать?
– Какая нам будет выгода?
– Меньшее угнетение со стороны нашей цивилизации.
– Неоднозначная выгода, сомнительная выгода.
– Муравьи умеют размышлять на абстрактные темы?
– Умеют только больные. Это болезнь.
*Обоюдное прощание*
***
Когда связь отключили, а 849-я убрала муравья, Ярослав устало проревел и уронил голову на руки, лежавшие на столе:
– Я не знаю, как мы с ними будем договариваться. Я даже не знаю, как их можно использовать. Вот вроде были идеи, а сейчас думаешь, и ничего. Вот как?! Разведчики? Есть плюсы: они не заметны, малы и не проболтаются. Но минусы: из-за своего размера и физиологии они не смогут добыть нужной информации. Оружие? А что они будут делать? Чтобы убить одного беззащитного человека, нужно несколько сотен муравьёв. Это не выгодно. Нет, это была бредовая идея! Я слишком впечатлителен! Но… ведь, с микролюдьми тоже была бредовая идея, но она сработала! Но это было оправданней. Ладно, надо забить на этот план. Поработать с чем-то более реальным. Что там с осьминогами? – Ярослав повернулся к 957-ой, про которую, казалось, забыл.
– Я не знаю. Это не ко мне, – замотала головой та.
– Ясно, – Каргин, кивнув головой, вышел.
***
– Привет, 201-я! – Ярослав махнул правой рукой.
– Привет. Как дела?
– Плохо… Надеюсь, от тебя услышу хорошие новости.
– Ну… Я сейчас только по памяти могу сказать, – 201-я окинула взглядом коридор. – Все данные в лабораториях.
– Меня не интересуют цифры. Пока. Рассказывай.
– Осьминогов можно дрессировать, и это не так сложно. Осталось продумать, как их использовать.
– Разведка отклоняется?
– Скорее всего. Единственный способ разведки – это прикрепить диктофон или камеру. А учитывая тело моллюска, мы этого сделать не можем.
– А в качестве оружия?
– Только в качестве террористов. Если прикрепить к ним какую-нибудь взрывчатку… Но… Это не красиво.
– В крайних мерах прибегнем и к этому. А если в рукопашном?
– Вряд ли тут осьминоги будут эффективны. Они не крупные и больших повреждений нанести не могут. А ядовитых достаточно избегать.
– То есть, это тоже гиблая идея? – разочарованно сказал Ярослав.
– Можно постараться подумать ещё…
***
Погода сегодня отличная: светило тёплое, но далёкое Солнце, дул очень мягкий ветерок, каша под ногами уже не такая глубокая и раздражающая, весёлые снегири, воробьи и синицы… Хорошо… было бы, если бы не зима. Ну не для зимы такая погода! Я ещё понимаю, если б это был конец февраля, но… сейчас середина декабря. А хотя, как у нас обычно бывает: сегодня ноль, а завтра минус двадцать и каток на улице. К Новому Году обязательно приморозит, обязательно…
Ярослав решил съездить в город, не понятно зачем. Он опять пошёл по парку…
Сергей же был абсолютно не против: он был бы очень рад, если бы подвернулся случай ещё поговорить с Викторией, уж больно она приглянулась.
Алёна тоже согласилась съездить: несмотря на погоду, лёд хороший, и почему-то сегодня интуиция подсказывала хороший улов.
***
Ярослав шёл меж знакомых деревьев и… знакомая речь. Только почему знакомая? Кто говорил? Он заметил двух людей, шедших впереди него. Они разговаривали, а точнее, один говорил, а другой слушал. Каргин ускорил шаг и обогнал людей: оба с бледными худыми лицами, у говорившего очки, тёмная шапка, дорогая куртка, слушавший в чёрной шапке с красной полоской, куртка цвета охры.
– Нихрены себе! Вот так встреча! – воскликнул Ярослав, замерев.
Они прищурились, а потом улыбнулись.
– Привет, привет! – сказал Дмитрий Думов.
– Ярик, вот это встреча! – сказал Николай Романов.
– Не ожидал вас встретить. Ты ж в Америке, а ты… в Роскосмосе…
– Да вот решили вернуться и случайно встретились. А вот и ты ещё. Бывают же случайности.
В кармане у Николая зазвонил телефон, он его достал и посмотрел на экран:
– Жаль, что не могу с вами поболтать. Дела. Давайте завтра встретимся, – с этими словами он ответил на звонок и быстро ушёл.
– Вот так. Ладно, рассказывай, как ты, алкаш-философ.
– Замёрз я что-то, может, зайдём куда? – Ярослав специально соврал, чтобы не вести важных разговоров на улице.
– Мерзлявый ты стал. Так давай ко мне, у меня тут квартира осталась, чаю попьём, согреемся. Я ж знаю, что ты общественных мест не любишь…
– Зашибись!
Они ушли из парка, преодолели пару улиц, подошли к старой пятиэтажке, поднялись на первый этаж. В квартире Дмитрий усадил гостя за стол, а сам поставил чайник.
– Рассказывай, чего да как!
– А, чего рассказывать… Ничего не сделал… Всего лишь создал микролюдей, всего лишь собираюсь поднять мировую революцию… – с ироничной скромностью ответил Каргин.
– Гонишь.
– Отвечаю.
– Не, мировая революция – это бред… Что ты собираешься установить? Коммунизм? Или какую-то новую форму? И стать единым правителем хочешь? Власть и всё такое?
– Был у тебя такой минус… При всём своём уме ты порой мыслишь слишком узко…
– Оспариваю!
– Ты можешь к нам присоединиться! И, сними очки, пожалуйста, хочу в глаза смотреть, а не в стёкла, – про глаза Ярослав и тут приврал.
– Не… Меня всё устраивает, – он снял очки, что, наверное, было ошибкой. – Я хочу развивать науку, а войны, революции… всё это тормозит науку. Ну, все направления, кроме тех, которые нужны в войне… Не, я откажусь…
– Ты сделал свой выбор… – Ярослав расстегнул костюм и вытащил красивый блестящий нож. Каргин подошёл к знакомому, смотревшему на него со скрытым страхом, волнением. Ярослав сжал нож так сильно, что рука заболела, и… допустил ошибку: посмотрел в лицо жертве. В голове сразу пронеслись сотни воспоминаний: сколько философских бесед, сколько научной информации, сколько споров и согласий проносилось между ними! Он не был другом, но был собеседником на многие темы. Это так важно… И как можно убить так…? Рука напряглась до предела, а потом и всё тело. Удар! Ярослав ударил кулаком по лицу Дмитрию. Тот ушёл в глубокий нокаут, но… остался жив. Каргин взял спутниковый телефон и позвонил Сергею.
***
Тем временем.
Сергей зашёл в тот же магазин, купил такого же пива, сел на ту же лавочку. Теперь он ждал, медленно попивая «лжеалкогольный напиток».
– И чего я хочу? Чуда? – он усмехнулся и сделал глоток.
«Гав!» – раздалось где-то за домами.
Сергей выпрямился, поправил шапку и замер в ожидании. Через минуту показался источник звука: из-за угла вышла роскошная немецкая овчарка на поводке, который держал старичок лет семидесяти в кожаной куртке.
– Тьфу!
Опять томительное ожидание, долгие минуты. Вот как же всё-таки относительно время. Иной раз минута пролетает мгновенно, а иной раз тянется каждая секунда…
Сергей всё больше погружался в свои мысли. О здоровье, о любви, о будущем. Об этом он
