Убейте меня, и может, убьете и ее тоже.
— Может, сегодня никому и не придется умирать, — сказал Каазим.
— Боюсь, что кое-кто все же сегодня умрет, и я решил, что это буду я, — произнес Рорк своим странно спокойным голосом.
— Анита унаследовала от Матери способность отрезать слуг и животных от их Мастеров.
— Это невозможно. Вы лжете, чтобы одурачить меня.
— Люди-тюлени способны чувствовать ложь, как другие верживотные? — спросил Никки.
— Мы можем сказать, когда кто-то боится или нервничает, но это не делает их лжецами.
— Я даю тебе слово, что Анита способна оборвать связь между животными зова и их Мастерами-вампирами, не убивая никого из них, — поклялся Каазим.
— Слово чести? — спросил Рорк.
— Да, — подтвердил Каазим.
— Анита могла бы попробовать освободить вас от вашей госпожи. Никто не должен сегодня умирать, — сказал Джейк.
— Слишком поздно, ведь я предал ее сегодня, и она будет истязать дорогих мне людей, потому что пытки надо мной вредят ей самой.
— Ее человек-слуга желает ей смерти, как и вы? — спросила я.
— Нет, он любит ее. Он наслаждается тем, что они делают вместе, и тем, что они делают с остальными.
— Тогда ты можешь помочь нам захватить его в плен. Если сегодня мы убьем вас обоих, ее шансы на выживание значительно сократятся в отличии от ситуации, где мы убиваем только тебя, — сказала я.
— Она узнает, что я сделал. Я не могу утаить от нее свои воспоминания.
— А если попытаться прикрыться от нее щитами — это возможно?
— На время, но только на расстоянии. Когда она прямо передо мной, я слаб. А когда она прикасается ко мне своими бледными руками, я уже не могу держать от нее секреты.
— А если мы тебя арестуем? — предложила я.
— Что ты задумала? — уточнил Джейк.
— Что если мы арестуем его за нападение или попытку убийства, и посадим в камеру? Будем держать его вдали от нее, и это будет не его вина?
— Вы лишь отложите неизбежное, маршал.
— Кого она отправит, чтобы вызволить тебя из тюрьмы? — спросил Джейк.
— Вы полагаете, что она отправит за мной своего человека-слугу, Кигана.
— А она отправит? — уточнил Джейк.
— Может. Такое вполне возможно.
— Позволь нам арестовать тебя, Рорк, — настаивала я. — Давайте попробуем еще немного продлить жизни.
— Если я на это пойду, мне нужно ваше слово чести, слово чести всех вас.
— В чем ты хочешь, чтобы мы поклялись? — спросил Джейк.
— В том, что, если Киган и я окажемся одновременно в одном месте, вы убьете нас обоих, чтобы уничтожить ее.
— Могу я попытаться освободить тебя от ее власти перед тем, как пустить пулю тебе в голову? — поинтересовалась я.
— Я не стремлюсь умереть, маршал, так что, если хотите опробовать на мне эту магию, я разрешаю. И молюсь, чтобы она сработала, но в ином случае хочу, чтобы вы убили меня прежде, чем я вернусь к ней.
Каазим с Джейк дали слово без колебаний. Думаю, Никки единственный колебался, потому что чувствовал, насколько колебалась я, однако в конце концов согласился. В самом конце, когда мы уже слышали вдалеке приближающиеся сирены, я пообещала Рорку, что если мы не сможем отыскать иной способ, я убью его.
57
Ирландская полиция была счастлива поместить Рорка в камеру. Они были в шоке от того, что я не пристрелила его. Была причина не стрелять в него и не пытаться отрезать от Злобной Суки, пока он находился в церкви: как только он покидал освященную землю, она вновь могла контактировать с ним, как я могла связываться с Жан-Клодом и Ричардом в Сент-Луисе. Так что когда полицейские вели Рорка к машине, чтобы доставить его в тюрьму, он стал вырываться. Не знаю, почему он это сделал — то ли потому, что она уже контролировала его, то ли для того, чтобы все Роаны в округе доложили, что он пытался сбежать и швырнул одного из сопровождавших его офицеров в одну из полицейских машин. Другой полисмен попытался заломать его, но он удержался на ногах и продолжил идти дальше, будто просто хотел прогуляться по улице.
Донни, Бреннан, Эдуард и Нолан рванули к этой свалке, и под весом их тем Рорк зашатался, но не упал. Эдуард сделал что-то с его правой рукой, и правая нога Рорка подломилась, но он поднялся. Стойкий сукин сын.
— Может, помочь им? — спросил Каазим.
— Давай, — согласился Джейк. — Я останусь с нашим начальством, но Роана необходимо посадить в камеру до того, как стемнеет полностью. — Я поняла, что под начальством он имеет в виду меня, Натэниэла и, возможно, Дамиана, но он был прав по поводу времени. Небо темнело и надвигались сумерки.
Каазим присоединился к куче народа, которая пыталась усмирить Рорка, и этого было достаточно, чтобы переломить ситуацию. Рано или поздно Эдуард с Ноланом и сами бы это сделали, но с посильной помощью Каазима им вместе с полицейскими удалось запихнуть арестованного в автомобиль. Офицер, которого швырнули в машину, сидел, привалившись к ней вместе с другим полисменом, который оказывал ему первую медицинскую помощь. Я слышала вдалеке вой сирен «скорой помощи», а значит, ранен он был серьезнее, чем я думала. Рорк был не таким же сильным, как Магда, так что, наверное, камеры в штаб-квартире Нолана смогут его удержать. Фургон с визгом рванул по дороге, увозя пленника.
Эдуард вернулся к нам на ступеньки, Каазимом держался немного позади него. Нолан разговаривал с одним из копов, которого, видимо, он знал лично.
— Что ты такого сказал им, что они так рванули сюда? — поинтересовался Итан.
— Что с наступлением ночи он станет еще сильнее.
— Вполне вероятно, — согласилась я.
— Мы в любом случае хотим, чтобы он оказался в камере до того, как вампиры проснутся на ночь, — сказал Эдуард. Он посмотрел на Дамиана, стоявшего рядом со мной. — Та-Что-Тебя-Создала может ходить днем?
— Да.
— Повезло нам, что она не в Дублине, — ответил Эдуард.
— Ты и представить себе не можешь, насколько, — согласился Дамиан.
Нолан поднялся по ступеням, и хмурился он так сильно, что линии на его лбу, казалось, только что вырезали ножом.
— Что не так? — спросил его Эдуард.
— Они не позволят нам забрать Рорка, а отвезут его в обычную камеру.
— У тебя все равно нет лишней, — напомнила я.
— Полагаю, так и есть, спасибо твоей верльвице.
— Магда сделала все так, как вы ей сказали. Не ее вина, что ваша камера не выдержала.
Нолан кивнул, хмыкнул и сказал:
— Справедливо. Мои люди и близко не так сильны, как Рорк, но даже все мы вместе
