заметные глазу нити, они тянулись параллельно и перпендикулярно полу, напоминая прутья клетки. Откуда?! Не Верген же такое сотворил!
– Ты иди, поближе подойди, а то отсюда плохо видно. И смотри внимательнее, – предложил Верген, подталкивая меня в спину.
Я сделала шаг на негнущихся ногах. Магическая сеть выглядела обманчиво безобидно, только трогать её ни в коем случае нельзя. И держала она крепко. Я погасила не родившийся крик. Внутри находился сычик.
Он распластался спинкой вверх, беспомощно разложив крылья; поверх пёстрых перьев я не сразу разглядела тонкий шнур. Приложив ко рту ладонь, я смотрела сквозь светящиеся линии на едва дышащую птицу. Как же сильно я цеплялась за надежду, что он сумел улететь!
– Что с ним? Кто это сделал? – просипела я.
– Да вот сам не ожидал, что такой эффект будет, – раздался негромкий голос сбоку, и я подпрыгнула, всем корпусом разворачиваясь на звук. – Но я наконец-то имею представление, как он выглядит человеком. Здравствуйте, дэйна Уинблейр.
Со знакомого смуглого лица на меня смотрели очень тёмные глаза. Об улыбку Гарео Фитри можно было порезаться. Он сидел в расслабленно-небрежной позе прямо на полу, но неудобств никаких не испытывал.
– Странно видеть вас… такой, – светски продолжал айт Фитри, поскольку я молчала. – И позвольте заметить, дэйна: ложь вам не пристала.
Только ни капли стыда за давнее своё враньё я не испытывала. Ещё один приступ изумления – да. Сначала Уэлт, теперь приятель Вергена. Сколько ещё магов окружает моего мужа?..
– Что вы здесь делаете? – спросила я, с трудом проталкивая через себя слова.
– У нас со старым другом, – кивок в сторону Вергена, – состоялся занятный разговор. Я, старый забывчивый болван, не удосужился сразу объяснить моему дорогому другу, в чём уникальность этой невероятной птицы. Как итог – я получил любезное приглашение вашего мужа ещё раз посетить ваш прелестный замок. Верген был уверен, что в этот раз я смогу увидеть своего… питомца. Как видите, мы не ошиблись.
Велейна-заступница, да останови же ты это!
– Зачем это всё? – я указала на магическую сеть. – Что вы с ним сделали?
– Да пока ничего, успокоил только. Очень уж резвая птичка!
В этот момент по тельцу сыча прошла судорога. Он затрепыхался и начал увеличиваться в размерах. Миг, другой – и на волне очередной судороги на соломе лицом вниз растянулся человек. Одежды на Рене не оказалось, на бледной спине в области лопаток выделялись неровные старые шрамы. Я протянула руку к силовым «прутьям», но коснуться не успела: циркач неожиданно резко ударил меня по пальцам.
– Не вздумайте. Шарахнет так, что вон к той стенке отлетите, – предупредил он.
Я забыла, что такие плетения трогать нельзя. При единственном взгляде на Рене голова стала совершенно пустой, а меня всю затопил ужас. Как справиться вот с этим всем? С ними всеми?!
– Вы с ума сошли! – прохрипела я и перевела взгляд на Вергена. – Что ты устроил, зачем?! Это не животное!
– А с животным было бы проще, – огрызнулся муж. – Ты смотри-ка, какие переживания! И будешь продолжать вешать мне лапшу на уши, что этот пернатый тебе никто?!
Я метнула взгляд сквозь линии: Рене лежал без сознания, шею плотно охватывал кожаный шнур, по телу пробегали судороги, на лице застыла мученическая гримаса.
– Этот «пернатый» в тысячу раз лучше тебя, – выплюнула я и бросилась туда, где стоял Верген, раньше, чем сообразила, что делаю.
Успела дотянуться до удивлённо вытянувшейся физиономии, вцепилась скрюченными пальцами.
– Прекрати издеваться, отпусти его немедленно, сволочь! Скотина!
Верген взвыл и выругался, не выбирая выражений, попытался стряхнуть меня с себя; мои ногти проехались по шее над воротом расстёгнутой рубашки. Сейчас… Нельзя недооценивать загнанную в угол женщину! Если удастся перекинуть ему через голову так удачно болтающуюся на руках цепь…
О свидетелях этой сцены я не вспомнила. Пока Верген уворачивался от «взбесившейся гарпии», подоспел Уэлт и ловко перехватил меня за талию и за руки, так, что не вырваться. Я попыталась лягнуть сволочного лакея, но он почти танцевальным движением уклонился в сторону, не выпуская меня из захвата. Расцарапанный Верген тяжело дышал и смотрел на меня незнакомым взглядом. Циркач оставался на том же месте, наблюдая неожиданно разыгравшееся представление из первых рядов. Комментировать увиденное не торопился.
– Всё, Герда, успокойся! – рявкнул муж.
– Отпусти Рене! – потребовала я и всё-таки дотянулась до Уэлта, пнула его в голень.
Вышколенный слуга-менталист сдавленно охнул, но хватку ослабил.
Верген пригладил разлохмаченные остатки волос, оправил на себе одежду и весомо изрёк:
– Этот вопрос нам с тобой тоже надо всесторонне обговорить, милая. И я настаиваю на спокойном доброжелательном тоне.
Он вытащил из кармана белоснежный платок и приложил к расцарапанной щеке. Этот жест вдруг отрезвил меня. Что я натворила, как?? Верген справился бы со вспышкой моего негодования и сам, мы никогда не были равны по силам. Правда, я никогда и не кидалась на него…
– Смотри, – как ни в чём не бывало сказал Верген, указывая на сеть.
Рене внутри выгнулся, зубы лязгнули друг о друга, очертания мужского тела поплыли, разом съёжились – и я снова увидела маленькое тельце сыча. С момента оборота прошло минут пять, не больше.
– Что это такое? – уставилась я на Фитри.
Тот пожал плечами:
– Я же говорю: понятия не имел, какой эффект будет. Вот уже несколько часов наблюдаю: парень ваш не задерживается долго ни в одной из ипостасей. Швыряет туда-сюда.
– Это же опасно! – воскликнула я.
Циркач переглянулся с моим мужем.
– Прекратите это немедленно! Он же не приходит в себя, а такой расход магических сил приводит к потере рассудка! И даже больше. Если не остановить неконтролируемые обороты, из Рене уйдёт жизненная сила и сама жизнь. Фитри не мог этого не знать. И не мог не сказать Вергену.
– До этого,
