Ведьмак, однако, неверно понял молчание собеседника и продолжил:
— В Международных силах всем плевать, кем человек был раньше, — ведьмаков интересует лишь, умеет ли их новый коллега сражаться! А если вы выжили в Туннелях и при встрече с диким драконом, это значит, что вы очень неплохой и везучий боец, и никаких проблем на новой службе у вас не возникнет! У ведьмаков никто и никогда не назовет вас выродком, а здесь, в Британии, к вам навеки прилипло это прозвище! У нас вы сможете начать жизнь с чистого листа…
— Проблема в том, что я не собираюсь начинать жизнь с чистого листа! Я слишком хорошо помню, кто я есть, — точнее, кем я был когда‑то и кем мог бы стать, если бы все сложилось иначе… Поэтому я и не хочу присоединяться к Международным силам!
— Эх, где мои девятнадцать лет! – Энджи хмыкнул. – Хороший это возраст! Но, возможно, вы измените свое мнение спустя несколько месяцев или лет, мистер Малфой, так что на всякий случай возьмите мою визитную карточку!
Крохотными пальцами ведьмак достал из нагрудного кармана пижамы визитку и протянул ее собеседнику. Драко, мельком взглянув на квадратный листок картона, увидел какую‑то длинную славянскую фамилию – не то Садковски, не то Сладковски, — и спрятал карточку в карман пижамы, чтобы не обижать собеседника.
Когда Крис и Том вернулись, Энджи молча лежал на кровати и не обратил на них ни малейшего внимания. Больше ведьмак с юношей не разговаривал ни о Международных силах, ни на другие темы.
Драко выписали из больницы в канун Рождества. Отдавая юноше вещи и палочку, целительница торжественно сообщила, что миссис Нарциссе Малфой, лечение которой проходит успешно, будет позволено провести Рождество с сыном.
— Но запомните, пожалуйста, мистер Малфой, что вашей матери предстоит провести в больнице еще как минимум восемь месяцев! Организм миссис Малфой отравлен многолетним феллерством, и ваш сыновний долг – помочь ей не наделать глупостей в праздничные дни. Тогда состояние вашей матери не ухудшится, и нам после ее возвращения в больницу не придется начинать лечение заново! И имейте в виду: миссис Малфой вообще нельзя употреблять алкоголь! Даже если она выпьет хоть одну бутылку сливочного пива, последствия будут чудовищны!
Нарцисса прибыла в лондонское здание больницы по каминной сети и ждала сына в приемной. Увидев маму, Драко вздрогнул: она еще больше похудела и постарела, на лице появились морщины, а волосы поблекли и… неужели поседели?!
Нарцисса бросилась навстречу сыну, обняла его и заплакала навзрыд, повторяя:
— Живой, живой! Я знала, что с тобой все будет хорошо! Я молилась…
Как всегда, в приемной ходили, сидели и стояли пациенты, посетители и целители, и юноша чувствовал себя очень неловко.
Когда мама успокоилась, они по каминной сети отправились домой. Только назвав пункт прибытия, Драко сообразил, что в опустевшем особняке сейчас, наверное, нет не только елки, но и еды, а камины не топились как минимум месяца полтора. Летя мимо чужих каминов, юноша пытался сообразить, как побыстрее подготовиться к празднику, но, едва они прилетели к себе, почувствовал запах хвои.
На стенах холла, как и всегда перед Рождеством, висели венки из еловых ветвей и ветки омелы, а перед камином стояла одетая в крохотную золотистую мантию молоденькая домовуха, начавшая выполнять обязанности Добби, когда тот ушел в Туннели. Увидев прибывших, она поклонилась и сказала:
— Миссис Малфой, мистер Малфой, добрый день! С наступающим Рождеством вас! Из больницы мне заранее сообщили о вашем прибытии, и я взяла на себя смелость подготовить дом к Рождеству. Я, конечно, не знаю, как здесь было раньше; я советовалась с Кикимером и Тиби Малфойсом, но все равно многое пришлось делать на свой страх и риск, так что не обессудьте, пожалуйста…
— По–моему, все очень мило, — сказала Нарцисса, оглядываясь, — ты прекрасно справилась! Как тебя зовут, девочка?
— Орти Либерти («liberty» в переводе с английского означает свобода – прим. авт.) к вашим услугам, миссис Малфой. Вы желаете поесть сейчас или подождете ужина?
— Я пообедала в больнице и сейчас есть не хочу. А ты, Драко?
— Я тоже сыт, — юноша постарался скрыть беспокойство. – А теперь скажи, пожалуйста, Орти, откуда ты взяла деньги на еду, дрова и эти венки?
— Вы не оставили мне никаких указаний, мистер Малфой, — голос домовухи слегка дрожал, — а когда я узнала, что вы находитесь в больнице, то постеснялась вас беспокоить. Я обратилась к вашему начальнику, и он помог мне под расписку получить часть вашего жалованья… — увидев, как изменилось лицо хозяина, она затряслась всем телом и быстро заговорила: — Что я сделала не так, сэр?! Все счета и чеки я сохранила, вы можете их проверить! Я у вас ни одного лишнего кната не взяла!
— Драко, девочка хотела как лучше, — Нарцисса дотронулась до руки сына.
Юноша разжал кулаки и придал лицу более дружелюбное выражение, а затем отчеканил, очень стараясь говорить спокойно:
— Я понимаю, что ты хотела как лучше, но если ты намерена и дальше у нас служить, никогда, — слышишь, никогда! – не смей обращаться за помощью к Артуру Уизли! Сейчас, конечно, в случившемся есть и моя вина: мне следовало предупредить тебя заранее. Но впредь никогда больше так не делай!
— Хорошо, сэр, — Орти немного испуганно поклонилась. – Все счета я положила на стол в вашем кабинете, сэр.
Драко не предполагал, что после того, как он перестал возвращаться домой, эльфийка, не получая денег за свою работу, все же продолжала вести хозяйство. Верность почти незнакомой домовухи приятно удивила юношу, и он сказал:
— Так или иначе, Орти, мы с матерью очень благодарны тебе за то, что ты присматривала за нашим домом. Сейчас я все рассчитаю и заплачу тебе за работу!
— Это очень кстати, сэр, — эльфийка поклонилась.
— Кстати, ты не знаешь, что с Добби?
— Он жив, сэр, — домовуха смутилась и слегка покраснела. — Добби получил серьезные ожоги, но сейчас уже вылечился и продолжает воевать в Туннелях – очищает их от оставшихся монстров.
Поднявшись на второй этаж, Малфои обнаружили, что Орти купила большую елку и установила ее на обычном месте – в гостиной. Нарцисса с радостным криком принялась наряжать елку, а Драко отправился в отцовский кабинет проверять счета. Как выяснилось, нищеброд передал эльфийке очень крупную сумму, поскольку всем охотникам на инфери платили еще и дополнительные боевые гонорары. Домовуха потратила лишь небольшую часть полученных денег, и в распоряжении наследника Малфоев и Блэков осталась очень приличная сумма. Так что финансовая проблема благополучно разрешилась хотя бы на ближайшие месяцы…
Незадолго до ужина юноша отправился на кухню и строго–настрого запретил Орти подавать к столу алкогольные напитки. Та немного удивленно ответила:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
