Мне осталось две большие главы и маленький эпилог. Предпоследняя глава (которая идет за «Туннелями») разделилась как минимум на две части, так что всего глав будет больше двадцати, но, надеюсь, меньше тридцати.
Об экшне и психологии
Некоторые читатели сетуют, что в последних главах экшн забил психологию. Это происходит потому, что во время жестких спортивных тренировок и войны у людей нет времени думать. Такое положение вещей продолжится в 17–ой – 18–ой главах, а потом, надеюсь, все вернется в привычное русло.
О типе фика
По прочтении этой главы у некоторых читателей может сложиться мнение, что дальнейшие события примут слэшный оборот. Спешу кого‑то порадовать, а кого‑то и огорчить – «Выродок» как был дженом с редкими упоминаниями слэша (в рамках PG), так им и останется. М. б., в самой последней главе рейтинг одного слэшного эпизода и поднимется до PG-13, но героем этого эпизода будет не Драко, — точнее, не совсем Драко.
Угадайка – 1
В этой главе раскрываются ответы как минимум на четыре вопроса, мучившие читателей довольно долго.
Должна сказать, что в необъявленной игре «Угадайка» победили Laravi (две правильных идеи – о личности Затейника и Сэме Эпштейне), Миранда ака Сигрлин (заметившая странное поведение Лайонела Кэрригана) и М@ришка (очень близко к истине определившая причины личных проблем Драко). Так же хочется отметить эрудицию Daen'ы, которая правильно назвала фамилии Саймона и Эдгара; из этого я, правда, секрета не делала и намеков в тексте оставила много, но больше все равно никто своими догадками со мной не поделился. :(Вручаю победителям виртуальные букеты гладиолусов!
Угадайка — 2
Когда предпоследняя глава будет выложена полностью, в своем ЖЖ я по примеру Ракуган открою Угадайку, где читатели смогут высказать свои предположения о том, как закончится «Выродок». Еще раз предупреждаю: о времени начала игры будет сообщено ДОПОЛНИТЕЛЬНО, а пока просто подумайте о том, как, по–вашему, может закончиться мой фик.
За прошедшие месяцы я написала еще два фика. Один – социально–экономическая антиутопия «Соловьиный вечер» — лежит на Хнете, а «Гермидрака в перлах» полностью выложена на Астробашне в разделе «Фест «Это не любовь». Рано или поздно я выложу гермидраку в своем ЖЖ, а почему я не хочу выкладывать ее здесь, станет ясно после прочтения.
21 сентября 1999 года – 1 января 2000 года
Туннели, часть III
На следующее утро большой и очень важный филин доставил юноше огромный конверт с печатью Министерства. Вытащив из конверта пергамент, Драко обнаружил, что это приглашение «на торжественную церемонию награждения участников боевых действий в Туннелях, которая начнется в полдень 27 декабря в актовом зале Министерства Магии».
Поначалу юноша не хотел идти на это идиотское мероприятие, но, поразмыслив, понял, что просто обязан там появиться, дабы все увидели: Малфоев еще рано списывать со счетов.
В тот же день в ворота особняка позвонили. Малюсенький домовенок, кланяясь и извиняясь, протянул Драко огромный журнал и сказал:
— Это бесплатно, сэр!
Юноша, хотя и ненавидел навязчивую рекламу, но пожалел малыша и дал ему кнат. Крошка–эльф, низко поклонившись, трансгрессировал.
К изумлению Драко, журнал рекламировал продукцию Тиби Малфойса – «праздничные жинцы всех размеров и цветов, ветеранам войны в Туннелях одна пара предоставляется бесплатно». Поразившись бессмысленной расточительности своего бывшего раба, юноша улыбнулся и отправил рекламное издание в пакет для мусора.
Одежду и обувь для торжества Драко выбирал очень тщательно и после долгих размышлений остановился на ботинках из черной кожи дракона и черной бархатной мантии, украшенной брабантскими кружевами. Нарядный покрой соответствовал характеру церемонии, чествовавшей победителей, а черный цвет напоминал о погибших на войне. Надев мантию, Драко с изумлением обнаружил, что разучился ее носить, то и дело спотыкается и запутывается в широких полах ткани. Чтобы вновь освоиться в некогда привычной одежде, юноше потребовалось некоторое время.
Отцовскую трость Драко решил не брать – не хватало еще, чтобы газетчики вообразили, будто он ранен и с трудом ходит!
А вот с украшениями – жалкими остатками тех, что некогда принадлежали Малфоям – возникли проблемы. Ни одно кольцо теперь не налезало на распухшие пальцы; кроме того, на покрасневших, потрескавшихся руках дорогие украшения смотрелись нелепо. После недолгих раздумий юноша решил скрыть ожоги под черными перчатками из тончайшей змеиной кожи. Орти по его просьбе наложила на них Расширяющее заклятье, чтобы перчатки соответствовали по размеру распухшим кистям. Как у Люциуса, так и у самого Драко имелось по дюжине пар перчаток из драконьей кожи, но надевать их, честно говоря, как‑то не очень хотелось.
Однако перчатки не полностью решали проблему, которая начинала казаться неразрешимой. Диадемы для мужчин вышли из моды лет этак триста назад; впрочем, все имевшиеся у Малфоев подобные украшения были давно проданы. Поразмыслив, юноша надел на шею массивную и очень старинную золотую цепь, которую, если семейные предания были верны, привез из Франции еще основатель рода Малфоев Бенжамен Безье. Это украшение хорошо подходило к строгой, но изящной черной мантии. Затем Драко продолжил поиски в почти опустевшей фамильной сокровищнице, сам не понимая, что ищет. Он осознал это, когда в самом дальнем ее углу нашел странную вещь – украшенный сложным черненым узором золотой браслет, слишком массивный и тяжелый для женщины. Юноша даже не подозревал, что волшебники когда‑то носили подобные украшения, и не знал, как оно попало к Малфоям, но на распухшем, покрасневшем запястье браслет, как ни странно, выглядел великолепно и лишь слегка виднелся из‑под рукава мантии и перчатки, что тоже было неплохо.
Спрятав в карман массивные золотые часы в форме луковицы, некогда принадлежавшие прадедушке Лео, Драко решил, что сборы закончены. Перед самым уходом он в последний раз внимательно осмотрел свое отражение в зеркале и, ни на что особо не надеясь, взмахнул палочкой и произнес заклятие для быстрого роста волос.
К изумлению юноши, они мгновенно отросли до плеч. Волосы остались очень светлыми, почти белыми, но казалось, что теперь они имеют немного иной оттенок, чем раньше; впрочем, Драко понимал, что мог просто забыть, как выглядел до встречи с диким драконом.
Еще некоторое время поразглядывав свое отражение, юноша вполголоса выругался: контраст между темно–коричневым лицом и очень светлыми волосами был настолько резок, что казался вульгарным. Драко сейчас до ужаса напоминал сам себе крашеного солиста любимой девчонками поп–группы. Поразмыслив еще немного, юноша взмахнул палочкой — длинные волосы упали на пол, а на голове остался прежний ежик, казавшийся светло–серым. Теперь собственное отражение в зеркале устраивало Драко больше: лучше уж быть похожим на своих соучеников из боевки — «Д», чем на еще более вульгарных певцов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
